Благодаря гармоничному взаимодействию духовной и светской властей, сложившемуся на заре возвышения Московского государства, Россия неуклонно поднимала в мире свой авторитет в различных областях: культуре, богословии, науке, политике и экономике. Россия достигла статуса страны, которая пользовалась большим авторитетом в Европе и во всем Мире. Гармоничное взаимодействие Русской Православной Церкви, Власти и Народа наглядно отразилось в исторических событиях, происходивших в политической, экономической и духовной жизни Москвы. Благодаря такому единению властей 300-летний период правления Романовых позволил России стабильно развиваться и пройти огромный путь от Смутного времени до становления Сверхдержавой, могущество которой признавал весь Мир.

Стабильность и интенсивный прогресс нашей страны были обусловлены социальным строем, в основе которого лежало общинно-сословное построение российского общества. Несмотря на многонациональность, многоконфессионность, неравноправие мужского и женского населения и другие издержки, присущие любому государству, Российское общество не сотрясалось серьезными социальными катаклизмами до тех пор, пока основы общинно-сословного построения не стали разрушаться партийными движениями и борьбой между ними. Основы общинно-сословного построения Российского государства были окончательно разрушены игрой политических сил на неравенстве сословий по их социально-государственному статусу.

События подготовки на территории Заяузья (Таганки) Куликовской битвы явились яркими примерами объединения княжеской и церковной властей при участии народа. Княжеская власть в лице князей Даниила Московского и Ивана Калиты укоренила в Москве опыт самоуправления, развития ремесел и торговли привнесенный из Великого Новгорода и Пскова. А церковная власть получила возможность своего развития в результате пожалования от первых московских князей земельных вотчин в свое «вечное пользование», что позволило Церкви активно развиваться и принимать участие в государственном строительстве. Народ приветствовал гармоничное взаимодействие церковной и светской властей. Москва в эти времена начала интенсивно развиваться и превратилась из малого градца, обслуживающего торговый путь «из варяг в греки» в крупную торговую столицу, производящую свой собственный товар. Торговля продуктами сельского хозяйства, как внутри России, так и за ее пределами, позволила Москве получить огромные средства на дальнейшее развитие ремесел, покупку новых территорий, интенсивного городского строительства. Вокруг Таганки появились крупные ремесленнические слободы Кожевники, Сыромятники, Кузнецы, которые и производили товар, пользующийся в те времена особым спросом. В этих слободах возникали новые приходские церкви и монастыри. Получили дополнительное развитие рынки: у Рогожской заставы – по продаже зерна и фуража, Крестьянский – по продаже сельскохозяйственной продукции, рынок на Таганской площади, где сходились три крупных дороги, рынок в Зарядье, а позже Китайгородские торговые ряды. В Москве сформировалось понятие сословий (дворянского, духовного, военного, купеческого, мещанского, цехового, крестьянского) – групп людей, объединенных по профессиональному признаку и общим интересам, которые в свою очередь объединялись в местные общины по месту проживания.

Представитель купеческого сословия Н. А. Найденов в «Материалах для истории Московского купечества» в 1883 году описал расселение в Москве купцов, мещан и ремесленников: «Население Москвы, из которого в XVIII столетии образовывались купеческое, мещанское и ремесленное сословия, составляло одно, делившееся на сотни (в числе которых малочисленные носили названия полусотен и четвертьсотен) и слободы, имевшие самостоятельное устройство и управление, с подразделением принадлежащих к ним лиц на людей большой или лучшей, средней или меньшей статьи. В различных актах и отрывочных описях XVI и XVII столетий видно, что это расселение в то время было следующее: сотни – Гостинная, Суконная, Новгородская, Сретенская, Дмитровская, Покровская. Ордынская, Ржевская, Ростовская, Екатерининская, Никитская; полусотни – Мясницкая, Устюжская, Кожевницкая; четвертьсотни – Арбатская, Чертольская; слободы – Алексеевская (Ново-Алексеевская), Заяузская (Алексеевская), Баражская, Басманная, Бронная, Воронцовская, Голутвенная, Гончарная, Кадашевская, Казенная, Конюшенная, Конюшенная-Овчинная (Овчинники), Кошельная, Кузнецкая, Кузнецкая Новая, Большие Лужники (Лужницкая), Малые Лужники за Москвой рекой, Малые Лужники за Девичьим монастырем, Мещанская (Новомещанская), Напрудная, Огородная, Панкратьевская, Саввинская, Садовницкая (Садовая), Садовная (близ Покровских ворот), Семеновская (Заяузская Семеновская), Новая Семеновская, Сыромятная, Таганная, Хамовная, Тверская Константиновская, Красное село.

Из перечисленных выше сотен Гостинная и Суконная пользовались преимуществами перед прочими сотнями и слободами. Они пополнялись лучшими людьми не только из других сотен и слобод, но даже из иных городов. Принадлежащие к Гостинной сотне лица, за особые отличия были жалуемы гостинным чином в звание гостей, имевших высшие права. Прочие сотни и слободы, кроме находившихся в дворцовом ведомстве, были тяглыми и именовались «черными».

Лица, входившие в состав сотен и слобод назывались сотенными людьми и слобожанами. Кроме того, в черных сотнях и слободах им присваивалось название вообще тяглецов или тяглых людей, а в Гостинной и Суконной сотнях – людей торговых и купецких.

Во главе своей имели сотни – сотских, так же как сотни Гостинная и Суконная – старост.

Не подлежит сомнению, что первоначальное деление это выражало место жительство принадлежавших к той или другой части лиц, но в последствии оно стало терять это значение. И в настоящее время по не существованию уже слобод оно остается только номинальным».

Постепенно Москва своими ближайшими и далекими соседями была признана политической и экономической столицей Руси, в результате чего на ее территории появились слободы: Немецкая, Иноземная, Хохловская, Грузинская, Армянская, Ордынская.

Потомки князя Александра Невского – князья Даниил Московский и Иван Калита привнесли в Москву опыт общинного самоуправления Великого Новгорода и Пскова, а Крутицкие митрополиты – опыт взаимодействия Церкви с княжеской властью, сформировавшийся в период Киевской Руси.

Господин Великий Новгород разделялся на «концы», «сотни» и «улицы», и все эти деления представляли самоуправляющиеся общины, они имели свои местные веча и выбирали для управления и представительства сотских, а также кончанских и улицких старост. На вечевую площадь собирались все свободные и полноправные новгородцы, и все имели одинаковое право голоса. Иногда на вече принимали участие жители новгородских пригородов (псковичи и ладожане).

^{Новгородский вечевой колокол. В.Г. Худяков. Середина XIX века.}

Компетенция новгородского веча была всеобъемлющей. Оно принимало законы и правила, которые были оформлены в 1471 году в Новгородский судебник, или так называемую «Судную грамоту». Вече приглашало князя и заключало с ним договор, а в случае недовольства им изгоняло его; вече выбирало, сменяло и судило посадника и тысяцкого и разбирало их споры с князем; оно выбирало кандидата на пост архиепископа Новгородского, «миром» ставило церкви и монастыри. Вече даровало государственные земли Великого Новгорода церковным учреждениям или частным лицам, а также давало некоторые пригороды и земли «в кормление» приглашаемым князьям. Вече было высшей судебной инстанцией для пригородов и для частных лиц, ведало суд по политическим и другим важнейшим преступлениям, соединенным с наиболее тяжкими наказаниями – лишением жизни или конфискацией имущества и изгнанием. Наконец, вече ведало всю область внешней политики: делало постановление о сборе войска, о постройке крепостей на границах страны и вообще о мерах обороны государства; объявляло войну и заключало мир, а также заключало торговые договоры с чужими странами.