К 2023 году ХАМАС получал миллиарды долларов международной помощи от США, Великобритании, Евросоюза и других международных организаций, в основном выделяемых ООН своим различным подразделениям, таким как Агентство ООН по оказанию помощи и организации работ (БАПОР). К моменту терактов 7 октября, по оценкам, только руководство группировки накопило личное состояние в размере около 11 миллиардов долларов. Исмаил Хания, глава так называемого политического крыла ХАМАСа (не имеющего никакого отличия от военного крыла), в течение многих лет жил в роскошной квартире в Катаре. К моменту терактов 7 октября его личное состояние оценивалось примерно в 4 миллиарда долларов.
Другие лидеры также обогащались, а их дети и другие семьи наслаждались величайшей роскошью, которую только можно себе представить. При этом они держали жителей Газы в такой нищете, которая привлекла внимание всего мира.
Существовало мнение - хотя оно и оказалось неверным - что почти за два десятилетия своего правления Газой руководство ХАМАС осталось довольным своим личным положением, как бы сильно оно ни разоряло свой народ. Считалось, что они просто хотят быть коррумпированными и наслаждаться плодами своей коррупции. Кроме того, существовало убеждение, что лидеры не захотят делать ничего, что могло бы поставить под угрозу роскошный образ жизни, которым наслаждались они и их семьи.
Среди множества других вещей, которые эта "концепция" не учла, был один из самых кардинальных уроков: если одни фанатики могут быть умеренными благодаря мирской роскоши, которую им предоставляют, то другие просто фанатики. И если одних фанатиков можно подкупить, то другие просто имеют в виду то, что говорят, а руководство ХАМАС относится к тем типам, которые имеют в виду именно это.
Если не принимать во внимание их действия, то о руководстве ХАМАС и его устремлениях всегда было трудно судить по их словам. В 2012 году заместитель спикера парламента ХАМАС в своей проповеди сказал: "О Аллах, уничтожь евреев и их сторонников. О Аллах, уничтожь американцев и их сторонников. О Аллах, пересчитай их одного за другим и убей их всех, не оставив ни одного". В 2019 году высокопоставленный представитель ХАМАС Фатхи Хамад заявил: "Евреи есть везде, и мы должны атаковать каждого еврея на земном шаре путем резни и убийств". В апреле 2023 года, за полгода до терактов 7 октября, высокопоставленный представитель ХАМАС шейх Хамад аль-Регеб сказал: "Уничтожьте евреев. Парализуйте их, уничтожьте их образование". И, пожалуй, самое главное - лидер ХАМАС в Газе Яхья Синвар.
В 2018 году он выступил с обращением к жителям Газы, в котором сказал: "Мы разрушим границу [с Израилем] и вырвем их сердца из их тел". Израильские лидеры, поверившие в собственную "концепцию", были бы не первой группой людей, которые не поверили врагу на слово. Но во всех этих случаях руководство ХАМАС говорило это, потому что имело в виду, потому что хотело действовать и планировало это сделать.
В течение многих месяцев после 7-го числа я разговаривал со всеми израильскими политическими лидерами, с которыми только мог, от левых до правых. Я говорил с теми, кто был в правительстве 7-го числа, с теми, кто давно не был в правительстве, и с теми, кто мечтал быть в правительстве. Я разговаривал с военачальниками и экспертами разведки. И каждый раз я начинал с вопроса, который слышал от выжившего за выжившим. Как это произошло? Как страна с одним из лучших в мире военных и разведывательных аппаратов оказалась застигнута врасплох этим врагом? И где были солдаты? Что пошло не так в тот день? В конце концов я задал этот вопрос высшему военному и политическому руководству страны и получил ответ. Но пока для меня самым важным было выяснить, что произошло, как вообще возник тот день, который вскоре стал известен как "черная суббота".
Глава 2
.
Что я видел
На что похожа сцена массового убийства? Люди часто описывают ее как "неописуемую". Но это неправда. Здесь просто воняет смертью. Вы можете почувствовать смерть. Вы можете видеть смерть. Хуже всего то, что вы чувствуете запах смерти.
Русский еврейский писатель Василий Гроссман (1905-1964) был не только журналистом, но и романистом. И как журналист он освещал все. Он участвовал в битве за Сталинград и был первым журналистом, проникшим в нацистский лагерь смерти Треблинка. Треблинка не была концентрационным лагерем. Это был лагерь смерти. План состоял в том, чтобы уничтожить всех сразу или почти сразу после прибытия.
В июле 1944 года, войдя в город вместе с русской армией, даже повидавший все Гроссман был потрясен. Он увидел сцену, которую нацисты пытались скрыть и лишь частично преуспели в этом. И он был одним из первых, кто понял, что там произошло. Среди множества захватывающих подробностей его рассказа - описание остатков жизней, которые все еще лежали на земле. Золото и драгоценности еврейских мертвецов или тех, кто скоро умрет, были тщательно собраны с их тел. Даже самый жалкий кусочек жизни, пусть и не имеющий ценности, мог быть взят, если он казался убийцам полезным. Гроссман описывает, как на земле до сих пор валяются бумаги, в том числе личные документы.
Он пишет: "Удивительно то, что свиньи использовали все, даже бумагу и ткань - все, что могло пригодиться кому-либо, было важно и полезно для этих свиней. Только самое ценное в мире - человеческая жизнь - было растоптано их сапогами "16.
Нир-Оз также был местом ужасной резни, не такой масштабной, как в Треблинке, но, как и в Треблинке, трудно понять, как ходить по этой земле.
Это была относительно бедная, но в то же время красивая община. Утром 7 октября там проживало около четырехсот человек. В небольшой общине, где все друг друга знают и знают, что происходит в соседнем доме, за несколько часов исчезло более четверти населения: их либо зарезали, либо увезли в Газу. Четверть кибуца исчезла в один миг.
Пока кровь была еще влажной, Рон Бахат показал мне руины своей общины. Рон - пятидесятисемилетний мужчина, муж и дедушка.
7-го числа он готовился отметить праздник со своей семьей, включая жену, двух дочерей и собаку. Они услышали сирены в 6:30 утра и узнали красный сигнал тревоги, который сработал. Вскоре после этого Рон получил информацию о том, что в его кибуце находятся террористы. Рон понял, что ему придется не просто завести семью в безопасную комнату, но и найти способ ее запереть. Он вышел на улицу, взял веревку и попытался привязать ручку изнутри. Ему и его семье предстояло провести в безопасной комнате почти десять часов. Все это время они слышали, как вокруг них бегают люди, как в них стреляют, как пытаются проникнуть в их дом, как разбивают окно безопасной комнаты и пытаются убить всех, кого он знал. Когда он услышал стрельбу за домом, у него возникло одно непреодолимое, ужасное чувство - осознание того, что все, кто был возле их дома в то утро, хотели их убить. Что люди, наводнившие их общину, "пришли сюда, чтобы убить нас".
Рон и его семья слышали шум весь день. Это было ужасно. Весь день, пока он и его семья укрывались, они слышали, как люди входили в дома своих соседей и резали или похищали всех, кого могли найти. Когда мы обходили обугленные останки их общины, он сказал, что, возможно, пострадал "каждый второй дом". Он повел меня в дома людей, которые были его соседями. Почти в каждом случае мы оказывались в "безопасных комнатах". Как показали следы на полу, стенах и дверях, в каждом доме истории соседей Рона заканчивались именно здесь - люди отчаянно пытались удержать дверные ручки закрытыми. С одной стороны в то утро были террористы ХАМАС. С другой - люди, иногда в одиночку, отчаянно пытавшиеся их не пустить.
Мы стояли в одной из этих комнат. Что здесь произошло? Это был один из его соседей, который "не смог удержать дверь". Община обнаружила кровь на полу. Армия нашла их тела на земле за пределами кибуца.
