За день до этого…

…Константин Васильевич сидел в беседке. Рядом с ним на столике стояла кружка с ароматно пахнущим чаем. Чай с мелиссой и смородиновым вареньем. Он любил его с детства. И ещё любил осень. Особенно такие дни, когда пожелтевшая листва ещё не до конца облетела с деревьев, обнажая их, а солнце ласково дарило уходящее тепло. Было тихо, ни дуновения ветра и небо, такое светло-синее, прозрачное. Он взял кружку в обе ладони, словно грея их. Сделал глоток. Довольно жмурился, как кот на печке. К беседке подошёл мужчина лет 50. Начальник его службы безопасности. В его руках был нетбук.

— Добрый день, Константин Васильевич.

— Здравствуй, Коля. Присаживайся. Чай будешь?

— Спасибо, но я пообедал.

— Как хочешь. А я вот люблю чай с мелиссой и смородиновым вареньем. Вот так сидеть в беседке в такие дни… Ладно, Коля, рассказывай.

— Аврора сегодня встречалась с Павлом Слуцким.

— Это тот молодой человек, который был якобы её жених?

— Не совсем жених, но они встречались до свадьбы с Глебом.

— Бывшая любовь?

— Что-то в этом роде.

— Слуцкий… Коля, это случаем не сын академика Слуцкого?

— Он самый.

— Гм… Замечательно как. И что? Как встреча прошла?

— Вы можете посмотреть и послушать.

— Даже так?

— А как ещё? Мои ребята не даром хлеб жуют. — Николай положил нетбук на стол, открыл его и включил запись.

Старший Белозёрский внимательно смотрел видео. Досмотрев до конца, закрыл нетбук. Потом отхлебнул из кружки. Молчал. Смотрел на небо.

— Коля, смотри небо какое, прозрачное.

— Осень. Синева лета ушла.

— Ты прав.

— Какие наши действия, Константин Васильевич?

— Никаких. Просто наблюдаете. Глеб знает?

— Уже знает. — Константин Васильевич вопросительно посмотрел на своего самого главного цербера, как он в шутку называл своих безопасников. Николай усмехнулся. — Мы тут ни причём. Ваш внук приставил к своей супруге своего человека, так сказать для негласной защиты.

— Что за человек?

— Радин Станислав Артёмович, 35 лет. Позывной «Стив».

— Кличка?

— Нет, именно позывной. Ценный кадр. Я бы от такого не отказался.

— Сотрудник или военный?

— Военный, бывший. Разведка. Четыре года назад уволился. Там какая-то история случилась, не совсем хорошая. Что за история, не знаю. Эта контора не любит выносить сор из избы. Но парень профессионал. Не только хороший оперативник, но и боевик. Умеет принимать решения в критической ситуации. Не теряется, может моментально, в случае необходимости перейти к силовым действиям. Хороший аналитик.

— Как они познакомились?

— Я не знаю точно, где и как. Но известно одно. Именно четыре года назад, после его увольнения, от него ушла жена, оставив его с маленькой дочерью. Ребёнок больной. Радин очень любит своего ребёнка. Ради дочери готов на всё. Глеб оплатил дорогостоящее лечение в Израиле. По сути, девочку тогда спасли.

— Три года назад?

— Да. Первая операция была три года назад. Год назад было повторное лечение, ещё одна операция. Сейчас с ребёнком всё хорошо. С тех пор Стив работает на Вашего внука.

Константин Васильевич усмехнулся.

— Малыш стал формировать свою команду⁈ — Больше не спрашивая, а утверждая, произнёс он.

— Вы правы, Константин Васильевич. Формирует молодую команду.

— Пусть формирует. Значит, говоришь хороший оперативник? Твоих людей не обнаружил?

— Нет. Он, конечно, профессионал, но и мы не лаптем щи хлебаем. Хотя это дело времени. Думаю, рано или поздно, он вычислит наших. Даже скорее всего раньше, чем позже.

— Это не страшно. Пусть. Любовное гнёздышко, я надеюсь, уже установили где?

— Обижаете, Константин Васильевич. Не только установили, но и зарядили.

— Замечательно. А Глеб, о нём знает?

— Пока ещё нет, но узнает, я в этом уверен. Стив найдёт.

— Пусть ищет. Если Аврора решиться на глупость, твои люди, Коля, должны подстраховать Глеба, чтобы он дров не наломал.

— Сделаем, не беспокойтесь, Константин Васильевич. — Николай некоторое время молчал. Белозёрский тоже. — Константин Васильевич, это не моё дело, конечно, но можно вопрос?

— Задавай, Коля.

— Может не нужно было Глеба с Авророй сводить?

— Может и не нужно было. А может, наоборот, нужно. Если оба голову не потеряют, то для Авроры это будет хорошим уроком. При условии, что она не перейдёт черту. Сам понимаешь какую. — Николай кивнул. — Заодно посмотрим, насколько мой внук хладнокровен и умеет держать себя в руках. Глеб собственник, как и все мы. Если он выйдет из этой истории достойно, значит мальчик вырос. И я буду спокойным, что передал семейное дело в надёжные руки. Володя ещё пацан сопливый, хоть и подаёт большие надежды. А у меня нет ещё 10 лет в запасе, чтобы ждать. Ксюша хороша, но она будет замужем, то есть, в первую очередь, будет действовать в интересах своей новой семьи. А значит передавать в её руки всю вертикаль власти нельзя. Есть, конечно, мои племянники, двоюродные внучатые племянники и так далее. Но они в большей степени не Белозёрские. Хоть и носят двойную фамилию. Всё же на Глеба у меня основная ставка. До сих пор себе простить не могу, что Антона тогда потерял.

Оба мужчины вновь некоторое время молчали. Потом Константин Васильевич посмотрел на Николая.

— Что насчёт Марго?

— Маргарита получила то, что хотела. Живёт в Бразилии, где много света, солнца и тепла. На берегу океана.

— Как с мужем у неё?

— В браке счастлива… Вроде бы.

— Что значит, вроде бы? В браке или счастлив или нет. Третьего не дано.

— С мужем у неё всё ровно. Любви у неё к нему нет, но она его уважает и хорошо относится. Он же её любит, и его такое положение дел устраивает. А что ему ещё остаётся делать? Он ведь её старше более чем на 20 лет. Но Марго всё же счастлива.

— Поясни?

— Она готовится стать матерью. — Николай открыл нетбук и запустил другую видеозапись. Там молодая женщина гуляла по берегу залива. Было видно, что она беременна. Живот уже обозначился и очень хорошо. Она постоянно поглаживала его. Чему-то улыбалась. Пошла другая запись, где она сидит в саду в плетёном кресле. Гладит живот и что-то говорит, словно общается с малышом. Константин Васильевич усмехнулся и покачал головой.

— А ведь я её предупреждал. Вот вредная баба!

— Ребёнок, как я понимаю, Глеба? — Спросил Николай.

— Его, я даже не сомневаюсь. Ну вот и бастард у нас скоро появится. Да, внучек! Наш пострел везде поспел. Тоже мне сперматозоид! Лучше бы жену свою обрюхатил. Может тогда бы у неё эта первая любовь из головы вылетела.

— Времени мало прошло, может уже и обрюхатил, как Вы говорите, Константин Васильевич. — Усмехнулся Николай.

— Дай бог, Коля, дай бог.

— Что будем с Марго делать? Может… — Николай посмотрел в глаза своему боссу. Белозёрский качнул отрицательно головой.

— Нет. Пусть рожает. Известно уже, кто родиться? Мальчик, девочка?

— Девочка. Она на узи уже ходила.

— Молодец, Коля. Хорошо у тебя агент работает. Девочка значит… Правнучка. Что же у нас столько девок рождается?

— Ну почему, Константин Васильевич, мальчишки тоже.

— Надеюсь, Аврора порадует нас в скором времени. А бразильский потомок пусть живёт. Она же всё равно Белозёрская, даже если и другую фамилию носить будет. В конце концов, свою родную фамилию ей можно будет вернуть в любое время, как и вывезти сюда. Так ведь, Коля?

— Конечно. Это не будет проблемой. — У Николая заиграла мелодия мобильного. Он ответил. Выслушал говорившего. Отключился. — Константин Васильевич, Слуцкий привёл на квартиру какую-то девицу. Мне сейчас видео сбросят.

— Не Аврору?

— Нет. Аврора же отказалась.

— Но мальчик был возбуждён и приволок в любовное гнёздышко другую?

— Точно!

— Замечательно. Тогда у меня вопрос, какая же это любовь, о которой он так сладко пел моей невестке, если тут же, попрощавшись с ней, переключается на другую?