Ему нужно было собрать информацию и составить план, а это означало, что ему нужно было дать времени в более широком Нексусе пройти.

Рендидли ворвался в убежище Эдрейн и обнаружил Октавиуса Шрайка и Леди Йеллайю в кабинете. Женщина с перьями подняла брови, оглядывая Рендидли с ног до головы. Её губы изогнулись, а затем приняли более уязвимое выражение.ты, конечно, видел и лучшие дни, да? Я слышала о твоём подчинённом. Мои соболезнования. Есть новости от Эдрейн? — ответил Рэндидли, пытаясь игнорировать, насколько хриплым звучал его голос. Слова Леди Йеллайи задели его сильнее, чем он ожидал.

Потому что она знала, из своей собственной трагической потери подчинённого на передовой. Сочувствие встревожило его.

Действительно ли я удивлён? Я отвлекался работой, но с тех пор, как Хелен умерла, прошло не так уж много времени. Особенно здесь, в Нексусе. Ничего, — Октавиус покачал головой. — Но это нормально, наши роли всё равно заключались в сборе информации. Мы продолжим следить за ситуацией; честно говоря, я буду рад, пока Эдрейн и Велио Данн не появятся где-нибудь и не уничтожат что-то очень публично. С глаз долой — из сердца вон для Нексуса. Пока что это мелочь, но мне нужна услуга. Кожа Рендидли внезапно стала горячей. Несмотря на то, насколько истощено было его сердце, несколько небольших тлеющих огоньков обиды вспыхнули у него в животе. Узнайте всё, что сможете, о Коменданте Уике.

Леди Йеллайя долго смотрела на него. Ты уверен в этом? Это именно то, чего хочет Комендант. Чтобы ты был одержим им и преследовал его.

Рендидли просто кивнул, чувствуя, будто проглотил огромного слизняка, и тот теперь беспомощно ворочался у него в животе. Его аппетит исчез. Затем он извинился и вернулся в свою личную комнату. Его грудь болела; его Ядро Пустоты слабо ныло, всё ещё не в силах собрать достаточно энергии, чтобы стабилизировать ситуацию. Рендидли зачерпнул слишком глубоко из его запасов, полагаясь на те три небольших серых пузыря, чтобы всё не рухнуло.

В тёмной комнате он опустился на пол.

Кажется, это пустая трата, но мне, возможно, придётся снова вздремнуть. Надеюсь, когда я проснусь.

Он не смог закончить мысль, чтобы не пробудить больше эмоций, чем был готов справиться. Поэтому он уснул, заставляя своё тело расслабиться и строго приказывая своему тошнотворному желудку успокоиться. К сожалению, на этот раз ему не повезло так, как в первый раз; ему снились длинные, хаотичные сны, где он яростно сражался с мутировавшими муравьями. Он прорубал залитый кровью путь к внутренней области безумной войны, кровь неуклонно обагряла его тело и застилала взор.

В этом мерцающем ядре он нашёл испуганно выглядящего человека-ящера, которого не узнал. Черты его лица были поразительными, но совершенно незнакомыми. Рендидли резко остановился перед этим индивидом, подняв копьё и остановившись в своей бойне. Кто ты? Что ты здесь делаешь?

Человек-ящер смотрел на Рендидли несколько долгих секунд. Гулкие отголоски боя доносились между ними, искажая пространство. Затем ящер усмехнулся. Я Д’мин. Даже после того, как ты создал и уничтожил меня и мой народ, ты даже не узнаёшь нас? Ты знал Я никогда не хотел быть героем. Я просто хотел убедиться, что у моего брата будет будущее. А теперь.

Влияние +103!

Рендидли резко сел в убежище Эдрейн, крупные капли холодного пота стекали у него со лба. На краткий миг в этом сне возникло какое-то внутреннее, личное узнавание, которое заставило его почувствовать, будто Лизах Д’мин мог говорить прямо в его душу. Но когда остатки сна рассеялись, это чувство исчезло, заставив Рендидли задуматься, не привиделось ли ему это.

Он поднял левую руку и стёр пот, пробормотав ругательство, когда один из острых краёв разъеденных пальцев зацепился за его кожу. Лёгкое касание земли пальцем подняло его на ноги, и он подошёл к умывальнику в дальнем конце комнаты, чтобы умыть лицо.

Зеркала не было, поэтому он просто смотрел на стену, похлопывая себя по влажным щекам. Возможно, он был потрясён, но сон, полный сновидений, по крайней мере, дал толчок его Ядру Пустоты. Пустота текла по его телу густыми волнами. Он чувствовал, как часть её постоянно поглощает крошечные крупицы боли в его сердце за значимость, но он всё равно ценил это.

На этот раз Рендидли проснулся после полных двадцати четырёх часов сна, вернувшись в своё пиковое состояние, но всё ещё чувствовал себя дерьмом. Учитывая обстоятельства, вероятно, никак иначе быть и не могло. Он связался с Невией и обнаружил, что Клодетт всё ещё восстанавливается на Луне. Поэтому Рендидли вышел из своей комнаты и обдумывал свой следующий шаг.

Его мысли быстро сбились с пути; за дверью Рендидли к стене был прикреплён свиток, под которым на полу лежал тканевый мешочек. Рендидли сорвал свиток с крепления и прочитал его. Он узнал почерк Октавиуса.

Дорогой Рэндидли,

Ты выглядел измождённым, поэтому я позволил тебе поспать, хотя за последний день произошло несколько событий. Во-первых, ты получил три письма. Одно от кого-то из Высшего Военного Командования, кто, по словам Леди Йеллайи, является змеёй среднего уровня, служащей другому Коменданту. Ещё одно от Дона Бейгона. Последнее — от того ученика, который курировал представление Великого Образца на Имперском Балу. Тебе следует опасаться, что так много влиятельных личностей обращаются к тебе.

Возможно, что более важно, ситуация в Нексусе продолжает дестабилизироваться. Большая часть политического давления на Семью Свакк рассеялась, поскольку гнев был сосредоточен на Велио Данне и Эдрейн. Плюс большая часть ортодоксального Нексуса сосредоточила свои силы на восстановлении работы системы наложения, но прошлой ночью три могущественных Искателя Вершин напали на штаб-квартиру Семьи Свакк.

Никто не раскрывает информацию о мотивах, но Семья Свакк готовится к войне, а Искатели Вершин окопались на планете на окраине Нексуса. Что бы ни произошло, это должно быть серьёзно.

Рендидли медленно потёр подбородок, перечитывая письмо во второй раз. Казалось, Искатели Вершин не желали позволить этому периоду нестабильности в Нексусе пройти, не захватив какой-либо ценности. Он задумался, не была ли в этом замешана Ледяная Матриарх Клодетт.

В конечном итоге, более широкие проблемы могли подождать. Рендидли снял тканевый мешочек со стены и отнёс три письма обратно в комнату. Он прочитал их в том порядке, в котором их описал Октавиус Шрайк.

Военное письмо было от Пайниона Трейка, который просил сотрудничества Рендидли и некоторых из его подчинённых для усмирения восставшей планеты. Язык письма подтверждал обвинение Леди Йеллайи в том, что он змея; раболепные похвалы и лесть буквально пищали со страницы.

Тем не менее, чтение письма заставило Рендидли задуматься.

Восставшая планета? Если бы Нексус узнал статус Экспиры, её бы тоже посчитали восставшей?

Покачав головой, он перешёл к письму от Дона Бейгона. Когда он открыл конверт, внутри оказались обычный свиток и толстая пачка бумаг, перевязанная ярко-красной лентой. Выражение лица Рендидли исказилось, когда он прочитал очень короткое сообщение на свитке.

Прилагается вся информация, которой я располагаю относительно Коменданта Уика. Ваши отношения непросты, не так ли? Если вы решите изучить приложенные материалы, я полагаю, вы не будете возражать, если останетесь мне должны услугу.

– Дон

Боже, я надеюсь, что Клодетт теперь достаточно сильна, чтобы послать тебя к чёрту, — пробормотал Рэндидли, скомкав свиток. Несколько секунд он свирепо смотрел на красную ленту, надеясь, что соблазнительный свёрток исчезнет. Но, конечно, этого не произошло. Затем он подумал о том, чтобы просто вспыхнуть своим образом и уничтожить наглый свёрток.

В конечном итоге он этого тоже не сделал.

Рендидли заставил себя выдохнуть. Он убрал свёрток в своё межпространственное кольцо. Странный, транзакционный образ Дона Бейгона тяжёлым бременем лежал на этом предложении, но Рендидли знал, что ему не нужно принимать решение сейчас. Ему следовало подождать и собрать информацию самостоятельно, прежде чем бросаться в это решение.