Чужих людей на территорию лицея не пускали: она была огорожена высоким забором-решёткой, оборудованным воротами с металлоискателем. Рядом, естественно, тусовался охранник. Связываться с ним, как я и предполагала, одноклассницы не хотели. Они собрались у решётки недалеко от ворот и начали ждать. Я устроилась поодаль. Как и ожидалось, никто меня не заметил: девчонки были слишком увлечены своим делом, чтоб обращать внимание на столь безынтересных личностей, как Лена.

Прошла минута, вторая, третья...

- Зря мы так торопились, - донёсся до меня Светкин голос.

- Вот именно, зря! - влезла Вика. - И глаза мне накрасить не дали!

- Может, он наоборот уже ушёл, - пробормотала Лариса.

- А и правда, может быть ушёл! - отозвалась Шилова.

Значит, они ждут какого-то парня! Я уже давно это заподозрила, а теперь уверилась окончательно. Секрет раскрылся и оказался неинтересным: ни Собчак, ни инопланетян, ничего криминального... Ну парень и парень - казалось бы, какое мне дело до того, в кого влюблена наша главная вертихвостка? Ведь это же чужая жизнь, не моя... Но до чего стало любопытно! Сама не могу понять, почему мне вдруг так захотелось увидеть юношу, приглянувшегося Поповой. Уйти, не узнав, как он выглядит, я не могла.

Наконец, парень вышел из школы.

- Вон он, вон он! - заверещала Лариска.

Девчонки прильнули к решётке, загородив мне обзор.

- Который?

- Вот тот, тёмненький, высокий! В синей куртке!

- Я вижу двоих в синих куртках...

- Прямо, прямо на ступеньках! Вместе с рыжим парнем! Видишь, засмеялся? Это он!

- А ничего так...

- Симпатичненький, ага.

- И как, ты говоришь, его зовут? - спросила Светка.

- Константин. Константин Соболевский! - Лариска хихикнула. - Звучит, да? Это вам не Вася Пупкин или Петя Козявкин какой-нибудь! Соболевский Константин!

Да уж, подумалось мне. Звучное имечко у человека. Запоминается. Для актёра или писателя подойдёт. Не то что Лена Кузнецова, каких пруд пруди!

- А откуда ты узнала, как его звать? - спросила Светлана.

- Пришлось подойти к незнакомой девчонке из их школы и прямо её спросить. Не могла же я дальше любить безымянного человека!

- Не расскажет? - забеспокоилась Вика.

- Кто расскажет? Что расскажет?

- Ну эта незнакомая девчонка. Вдруг она этому Константину доложит, что ты им интересуешься?

- Ну и доложит, ну и пускай! Так даже проще будет! Эх, Шилова-Шилова, совсем ты ещё малышка: любви стесняешься! Сама подумай: разве можно с кем-то замутить без того, чтобы он узнал о твоей симпатии?

- Не умничай, - буркнула Вика.

- А как ты собираешься с ним знакомиться? - снова поинтересовалась Светлана. - Тоже через девчонок?

- Пока что не решила. Может, сама. А может, через кого-нибудь. Как пойдёт... Ох, какой он милашка! Ну правда! Ой, чуть не забыла!..

Лариса залезла в карман и достала сотовый.

- У меня ещё нет ни одной его фотографии! - сказала она, просовывая аппарат через решётку.

Глядя на неё, полезла за телефоном и Вика. Видимо, тоже решила щёлкнуть этого Костю.

- Тебе-то зачем? - удивилась Лариса.

- Ну так... За компанию... Вдруг у тебя не получится...

- Тихо! Он приближается! - заголосила Светка.

- Срочно отойдите! - потребовала Лариса.

Одноклассницы послушно сделали шаг назад, а сама Попова подрулила к железным воротам и приняла самую кокетливую позу, на которую только была способна.

И вот Константин миновал железную рамку. Только тут я смогла его увидеть. А ведь действительно симпатичный! Высокий, но не длинный, стройный, но не тощий. Чёрные волосы в сочетании с белой кожей - очень красиво. Усики над верхней губой. И к этому голубые глаза - да такие умные!

Лариса изо всех сил бросала страстные взгляды на объект своего обожания, взволнованно поводила плечами и бесконечно приглаживала свой обесцвеченный конский хвост. Но Костя, увлечённый беседой с рыжим приятелем, прошёл мимо, не обратив на неё ни малейшего внимания.

- Не будешь догонять? - спросила Светка, когда Соболевский совсем скрылся из вида.

- Ни к чему. Только напугаю. Я уже решила: буду тут встречать его каждый день, через пару недель примелькаюсь, а там он уже и сам захочет со мной познакомиться! - заявила Попова. - Хороший у меня вкус, да?

- Неплохой.

- Ну что, пошли?

- Пошли.

Девчонки развернулись... и неожиданно встретились взглядами со мной.

- Кузнецова!

- А ты что здесь делаешь?!

- Шпионишь, что ли, за нами?!

- Не-е-ет, - заблеяла я, страшно испугавшись сама не знаю чего. - Так... п-п-просто... гуляю...

- Гуляешь возле "Семёрки"? - спросила Светка.

- Интересно, зачем? - немедленно поддержала её Вика. - У тебя, что, тут знакомые?

- Нет... Я... это... мимо шла...

- Что-то подозрительно!

- Вот именно!

- Да ладно вам, девчонки! - лениво произнесла Лариса, жестами показывая "Ну её, эту Ленку!". - Нашли, из-за кого волноваться! Кузнецова просто пришла помечтать по хорошей жизни. Правда же, Кузнецова? Ну вот. Пусть себе тусуется, где хочет. Всё, уходим! Мы же в магазин ещё собирались!

Следующий день был выходной. Проснулась я около одиннадцати. Могла проспать и ещё дольше, конечно, но с моими домашними особо не разоспишься. Разбудила меня перебранка: мама с бабушкой обвиняли друг друга во всех смертных грехах. Раньше, когда была маленькая, я расстраивалась из-за того, что они так часто ругаются, но теперь иногда даже радуюсь этому: чем больше взрослые заняты друг другом, тем меньше у них времени и сил надоедать мне. И тем я свободнее.

Судя по доносящимся из-за стенки выкрикам, ругались по поводу денег. Это была "излюбленная" тема конфликтов мамы и бабушки. Что и неудивительно: живём мы с ними очень небогато. Денег хватает только на самое необходимое: еду, квартплату, проездные и дешёвую одежду. Который год уже мы мечтаем скопить на ремонт в нашей тесной двушке, в которой вечно то куда-то поддувает, то где-то течёт, то что-то поломано... но чем дольше мы откладываем деньги, тем больше наше жильё приходит в негодность и тем большая сумма требуется для приведения его в порядок. В общем, пока терпим: бабушка - в одной комнате, я - в другой, служащей одновременно гостиной, а мама - на кухне, где есть специальный диван. Она сама так захотела - спать на кухне. Любит спать одна, так, чтобы рядом никто не возился и не храпел. Маме надо хорошо высыпаться, она наша единственная кормилица. Правду работу свою - корректор в газете - на терпеть не может, хотя и таскается на неё уже десять лет. Говорит, что на другую без знакомства не возьмут.

Чем заняться в воскресенье? Пялиться в телевизор? Скучно. Сидеть за компьютером? Надоело. Читать, заниматься, учить уроки? Не очень-то поучишься под этот "аккомпанемент"... Да и погода такая хорошая!

Я быстренько умылась, перекусила, натянула какие-то шмотки - первые, что попались под руку, - и отправилась на прогулку.

На дворе стоял тот единственный сезон, когда лужи и слякоть не огорчают, а радуют - ранняя весна. То есть, по календарю она должна была быть вроде как уже и не ранней - всё-таки, апрель, начало четвёртой четверти - но на деле только-только начиналась. Март ведь это ещё зимний месяц. "Пришёл месяц марток - надевай семь порток" - любит говорить моя бабушка. Лишь сейчас природа просыпается. Дороги и тротуары уже свободны от снега, но на газонах и по обочинам он ещё лежит - грязный, серый... надеюсь, последний. Малышня запускает в ручьях кораблики из конфетных обёрток. Деревья ещё совсем голые: может, признаки их пробуждения и появились уже, но заметны они только взгляду специалиста. Но вот воздух уже весенний - такой по-особенному свежий, каким он бывает лишь несколько недель в году.

Податься мне было особенно некуда: никто меня не звал, а являться на тусовки без приглашения я стеснялась. Просто послонялась по улицам туда-сюда и зашла, как обычно, во все магазины, ничего не собираясь покупать. Я любила просто рассматривать товары и выбирать из них то, что могло бы мне понадобиться, подойти или пригодится в другой, более богатой, счастливой и интересной жизни. В мебельном я мысленно выбирала гарнитур для своих виртуальных апартаментов. В косметическом - помаду и духи, которыми пользовалась бы в сказочном мире другая Лена: красивая, интересная, обаятельная. В хозяйственном я бродила от витрины к витрине в поисках сервизов для собственного ресторана и включала одну за другой десятки люстр - искала подходящую для своего будуара. Зоомагазин служил для меня чем-то вроде зоопарка. А ещё иногда я захаживала туда, где продаются лялечные вещички - присмотреть костюмчик для своей воображаемой дочки или сыночка. Впрочем, последнее время меня туда не тянуло: после того, как наш Вовка, застав меня за разглядыванием платьица на двух-трёхлетний возраст, громко произнёс из-за спины: "Тебе, Кузнецова, оно не налезет!".