Играем и почти сразу неприятности, Ледовских делает навес в штрафную, Панчик опаздывает и Волгин спокойно заносит мяч в ворота точным ударом головой. Пятидесятая минута матча и 1:0 в пользу хозяев.

Да, нет слов, одни эмоции, но играем. И наша атака, разыгрываем с центра, Пономарев играет в стенку с Добровольским, проходит соперника и пасует мне к линии штрафной. Принимаю, в касание разворачиваюсь направо, защитник опаздывает и бью с левой шведкой, и попадаю точно в левый угол. Вратарь, только и смог, что проводить мяч глазами. 1:1 на пятьдесят первой минуте, почти смешно.

И тут же атака хозяев, пас из глубины к линии штрафной, а там кто-то из верненцев в касание отдает в штрафную и на мяч. Откуда-то сбоку, выскакивает Пехлеваниди, переводя его в ворота. Да, неразбериха, центральные защитники не пошли закрывать зону, а Аллахвердиев не успел за греком. И счет становится 2:1 в пользу хозяев на пятьдесят второй минуте матча. Уже не смешно.

Но играем и проходит пара минут, и ситуация повторяется, практически дежавю. Пономарев отдает Добровольскому, тот продлевает пас на меня к линии штрафной, а разворачиваюсь в касание налево и сходу бью правой, и вновь шведкой. И снова вратарь хозяев, как-то удивленно смотрит на мяч в собственных воротах. А что, ни кто и не обещал, что будет легко. И счет 2:2, ничья на пятьдесят пятой минуте матча.

Да, однако. Но играем дальше и игра немного успокаивается, такое впечатление, что хозяева попробовали, не получилось и решили, что хватит. Ну а нас в таком матче счет откровенно устраивает. Еще один гол, по такой игре, будет откровенным счастьем.

И он случается. Принимаю очередную передачу от Пономарева и на этот раз пасую налево Гусейнову, тот неожиданно возвращает мяч чуть назад Добровольскому, а Игорь на замахе убирает противника и скидывает его зачинателю комбинации Пономареву. И защитники, похоже запутавшись со всеми этими хитросплетениями нашей атаки, не успевают накрыть Пономарева, а тот бьет, и вновь шведкой. Но правда верхом.

— Сегодня похоже шведский день — Думаю я, глядя на мяч в воротах и добавляю — И сказочный тоже—

И счет становится 3:2 в нашу пользу на семьдесят седьмой минуте матча.

И играем. Но нет, все таки не сказка, скорее день дежавю.

И вновь передача к нашей линии штрафной, вновь мяч срезают к воротам, вновь сбоку, только уже справа выскакивает Пехлеваниди и сравнивает счет. И вновь центральные защитники понадеялись на подстраховывающего крайнего, а Вахабзаде не успел. И счет становится 3:3, ничья на восемьдесят шестой минуте матча. Ничья.

— Ну что сказать — Думаю я — Счет по игре, как бы то не обидно было. Не всегда возможно выигрывать—

И решаю проверить свое собственное высказывание, отскакиваю в глубину, получаю пас от Ширинбекова, разгоняюсь, обыгрывая по пути двух соперников и бью метров с тридцати. И кажется, что слышу, нет не вагон метро, хотя оно здесь тоже есть, нет мне кажется, что я слышу гул перекладины, о которую чиркнул мяч.

— Все не сказка — Думаю я, уходя с ребятами в раздевалки.

* * *

Сидим в раздевалке, приходим в себя после недавно закончившегося, не самого легкого матча.

Народ не сказать, что расстроен, скорее обескуражен. Привыкли побеждать, а тут едва не проиграли.

И, неожиданно сам для себя, задаю вопрос в тишину:

— Ну что ребята, как Вам Верный? И как Кайрат?—

И в разнобой посыпалась россыпь ответов:

— Город красивый. Ни чего не сказать — Это Пономарев, как всегда, тактичен

— Но играть тут очень трудно — А это уже включился Олег Ширинбеков

— Да, точно, на ногах как — будто гири висели — Вносит свою лепту Добровольский

— И воздуха не хватает, десяток метров пробежишь и все — Подтверждает сложность игры в таких условиях Сулейманов

— Вот, вот. Я и не успел за греком. Да у нас, я бы два раза успел сбегать, а тут как — будто тормоз стоял — Соглашается реактивный Аллехведиев, рядом сидящий Вахабзаде только грустно кивает головой.

— Ладно ребята, успокойтесь, тут все трудно играть, кроме хозяев конечно. Почти высокогорье все таки и атмосферное давление на десять процентов ниже. Гипертоникам тут совсем и плохо с непривычки, давление скачет только так. Да и нельзя все время выигрывать, будут и ничьи, будут и поражения. Надо только играть и бороться в каждом матче, и тогда результат будет — Завершаю я свою жизнеутверждающую речь

— Верно говоришь, Дан. Сыграли не плохо, чуть не выиграли. Надо работать дальше — Это Главный появился, приободрить команду решил.

И как всегда тактичен. Редкость на самом деле среди тренеров.

А у меня тем временем появляется новая мысль. Ни куда без них:

— Расслабился я, не готовлюсь нормально к сопернику. Знал ведь про местные условия, нужно было подсказать решение. Более компактная игра, отказ от длинных рывков. Игра со скидками, короткими проходами и ударами. И тогда все станет проще. Техники у нас хватает. Схемы наиграть можно, кстати надо будет предложить главному, думаю послушает. Разнообразие в игре еще ни кому не вредило—

И мы собираемся и идем по автобусам, сегодня у нас с командой общая дорога только до аэропорта, а там сборники отделяются всей пятеркой и летят в Москву.

Начинается подготовка к важнейшему матчу с французами, но не только это важно. Чем дальше, тем больше крепнет неясное, но довольно отчетливое впечатление, что начинается важнейший этап в моей жизни.

* * *

И вот мы уже в самолете, распределились и заняли места согласно купленным билетам. И самолет, конечно в этот раз не ИЛ-86, а ТУ-154М, наша звезда того периода с увеличенной дальностью полета до 3900 км и количеством пассажиров до 180 человек. Достаточно современный пассажирский самолет для настоящего времени. Один из самых быстрых в мире, достаточно комфортабелен, а с 1984 года, в новой модификации и достаточно далеко летающий.

И мы сидим, а проводницы бегают, со своим вечным пристегнитесь и улыбки, конечно улыбки.

Нам повезло, заняли места практически одним рядом слева направо от окна и через проход — Я, Игорь Добровольский, Олег Ширинбеков, Саша Жидков, Валера Панчик и прелестная девушка. Нет не футболистка и даже не массажистка. Просто девушка по случаю летит в Москву и попала в столь теплую компанию.

Игорек сразу хотел под суетиться, предложил Валере поменяться местами с ним, или девушке с Олегом Ширинбековым, говорит так будет удобнее. Оба варианта подразумевали нахождение прелестницы рядом с Игорьком, но Валера не повелся, а девушка задумалась, но отказалась пересаживаться, постеснялась похоже, почему-то при этом глядя именно на меня.

Так мы и расселись. И самолет начал взлетать, и одновременно с разгоном я почувствовал, что меня неотвратимо тянет сон.

— Ну что же, посплю четыре часа, тоже не плохо — Подумал я проваливаясь в сон.

И одновременно с сонной оторопью, навалившейся на меня подобно ватному одеялу, в памяти вновь начали всплывать цветные картинки неторопливо ложась в стройные кадры недавнего прошлого.

И я лишь успел подумать в последний момент перед наступлением новой серии воспоминаний:

— Да помню я, помню. Разве такое забудешь?—

* * *

Утро, семь утра, проснулся. Любимая под боком, только руку протяни и не Наташка. К сожалению или к счастью не знаю, не решил пока.

Нет, тут Ленка, хорошая Ленка. Если честно не совсем понимаю девчонок, думал будут ревновать, ругаться, нервничать, а они практически открытым текстом заявили:

— Делай как знаешь, мы тебя любим и нас все устраивает—

Сказка, да и только. А с другой стороны, мы ведь рождены, чтобы сказку сделать былью, разве не так?

И вспоминаю ночные события:

— В итоге, вот как мы разбежались вчера по домам, Наташка с нами пошла, ну провожать нас, потом я ее пошел провожать. Я звал Ленку, а она ни в какую, говорит устала, очень устала, отдохнуть хочет. Так что говорит, иди, проводи, только очень уж сильно не задерживайся, потому как соскучилась, очень сильно соскучилась.