* * *

На следующий день было решено не подавать завтрак героям. Это часть адаптации — поскольку они пришли из иного мира, нужно осторожно вводить их в наши традиции. Сегодня каждый сопровождающий должен был отвести своего подопечного в выбранный трактир или ресторан, а затем показать ему город.

Чтобы избежать влияния соотечественников, маршруты для всех героев были составлены заранее. Каждый из них должен был самостоятельно выбрать путь развития, так они смогут принимать решения, не оглядываясь на знакомых. Наш с Алистаром маршрут был прост: завтрак, квартал бойцов, магическая школа, а затем — квартал ремесленников.

Завтрак прошёл спокойно, хотя меня удивило, что он отказался от более престижного заведения и выбрал место попроще. Более того — попросил обращаться к нему на «ты». Это было неожиданно… и непривычно. Я колебалась, но в конце концов решила — почему бы и не попробовать? Может, так будет легче наладить контакт.

В квартале бойцов нас встретил мастер Глори. Он, как обычно, не скрывал своего пренебрежения ко мне, но, узнав, кто такой Алистар, изменился на глазах. От сухого презрения не осталось и следа. В итоге он организовал спарринг между героем и Калебрианом, или, как его называли, просто Калеб — один из эльфийских бойцов.

Честно сказать, я считала это не совсем справедливым. Алистар ведь только прибыл в наш мир. У него не было ни подготовки, ни опыта. Но… он удивил всех.

Он интуитивно укрепил тело и вложил ману в удар, победив Калеба. Когда он увидел, что нанёс серьёзную рану, его реакция потрясла меня. Он испугался. По-настоящему. В его глазах не было страха за себя, а только тревога за другого. Он не чувствовал гордости или триумфа. Он был уверен, что нанёс смертельную рану. И это потрясло его до глубины души.

Мне кажется, он не привык причинять боль. Может, он не видел в этом силы? Это одновременно тронуло и встревожило меня. Он добрый. Это… редкость. И это может стать для него проблемой.

Но всё это означало, что он, скорее всего, не выберет путь мага. Он сражается, как прирождённый воин. А значит… завтра нас разлучат. Его обучение продолжат другие. Я не смогу узнать его лучше. Не смогу быть рядом.

Затем, мы направились в магическую школу.

Я знала, что у него есть дар. Он уже пробудил внутреннюю ману, а значит, с внешней всё должно было пойти быстро. Но чтобы ощутить её, нужно было создать резкую угрозу. Не настоящую, но достаточно сильную, чтобы пробудить инстинкт.

Я выбрала заклинание Водяной Поток — оно позволяло долго удерживать цель под давлением, не нанося смертельного вреда. И я не ошиблась: он почувствовал магию. Он создал барьер. Но… его тело не справилось.

Он потерял сознание от истощения.

Я растерялась. Его одежда промокла насквозь, а он лежал, безжизненный, как кукла. Сердце сжалось от страха, а вдруг я перестаралась?

Я начала снимать с него одежду, чтобы быстрее высушить магией. Когда дошла до штанов, заколебалась. Лицо пылало от смущения, но в итоге я просто просушила ткань, не касаясь лишнего.

А потом… я села рядом.

Я уложила его голову к себе на колени. Осторожно. Как будто боялась спугнуть момент. Его дыхание было ровным, глубоким. Его тело — сильным, тёплым. Я провела ладонью по груди, чувствуя под пальцами очертания мышц, и сердце заколотилось быстрее. Мне хотелось ощутить больше тепла…

Он тихо застонал. Веки дрогнули. А потом… его руки легли мне на бёдра.

И я поймала себя на постыдной мысли, что не хочу его останавливать… но, это необходимо прекратить для его же блага. У стен есть глаза и уши.

— Господин Алистар, вам не следует меня трогать, — произнесла я как можно спокойнее, хотя внутри всё дрожало.

Это нужно было остановить. Уже сейчас я позволила себе слишком многое. Если кто-то увидит, что он прикасается ко мне, к ниварне… У него будут проблемы. Серьёзные. Даже несмотря на его статус героя. Я не могла допустить, чтобы он пострадал из-за меня.

Похоже, он смутился не меньше… А может, ему были неприятны прикосновения? Какая я идиотка…

Алистар выбрал путь бойца. Это означало, что я не смогу быть его наставницей. Моя последняя надежда… исчезла. В груди будто опустела и без того пустая комната. Я открыла рот, хотела что-то сказать, но слова не шли. Только глухая тишина внутри.

Мы отправились в оружейную лавку, герою нужно было получить начальное снаряжение. По хорошему этим должен был заниматься его наставник, но мне хотелось побыть рядом ещё хоть чуть-чуть.

Встретил нас угрюмый гном, чей взгляд сразу потяжелел, стоило ему заметить меня. Он отказался продавать оружие по честной цене. Даже когда я напомнила ему о госпоже Калиндре, он, пусть и снизил стоимость, но она всё равно была нечестной.

Сумма превышала выделенный на закупку бюджет. Не колеблясь, я достала собственные деньги. Я могла бы устроить скандал. Могла бы припугнуть его. Даже сжечь лавку, но… я не хотела показывать такую себя при Алистаре. Не хотела, чтобы он знал, как часто мне приходится бороться даже за простую сделку. Я была к этому привычна, но он мог всё не так понять.

Когда мы вышли, он задал вопрос, который пробил брешь в моём самообладании:

— Лара, что означает это слово?

Я замерла. Сердце сжалось, будто его обмотали колючей проволокой. Я не хотела, чтобы он знал. Не хотела разрушать ту лёгкость, что возникла между нами. Я попыталась перевести разговор, спросив, какой он меня видит.

Он задумался, а затем произнёс:

— Трудно сказать, мы знакомы всего пару дней. Но пока ты кажешься мне очень ответственной, чрезмерно вежливой… и, ну, довольно милой, — его голос был спокоен, как и взгляд, в котором не было лжи.

Мои щёки запылали. Внутри меня будто вспыхнуло маленькое солнце — обжигающее, пугающее, и в то же время тёплое. Я… милой?

— Ну и, конечно, ты невероятно красивая, — добавил он, и я почувствовала, как сердце бешено заколотилось.

Красивая? Я? Та, кого годами называли чудовищем? Та, кто не имеет права даже мечтать? Он… правда так считает?

Но он продолжал:

— Ты действительно красивая. Спроси любого — все скажут то же самое. Я не встречал ещё других эльфиек, так что сравнить мне не с кем, но ты точно одна из самых прекрасных девушек, которых я видел.

Это было слишком. Он не знал, что говорит. Он не понимал, что подобные слова могут погубить его. Он герой — и всё же, даже это не поможет. Я должна была остановить его. Я попросила больше никогда не произносить подобных вещей. И постаралась, как можно скорее, покинуть его.

Завтра у него появится наставник. Он забудет обо мне. Моё отсутствие будет для него благом. Я не должна была становиться его сопровождающей… Госпожа Калиндра ошиблась с моим назначением…

Я вернулась в свою комнату, и как только за мной закрылась дверь — сдерживаемые слёзы хлынули, как прорвавшаяся плотина.

Я тоже хочу быть счастливой. Я хочу быть нужной. Я хочу быть… любимой. Я мечтала быть нормальной. Но я не эльф. И не человек. Я — ниварна. Отродье ненавистного смешения двух рас, нежеланная, непонятая. Ни одна сказка не написана для таких, как я.

Никакой рыцарь не взберётся по моим волосам к башне. Он не поразит дракона, не защитит меня от злых языков. Он не… останется со мной.

Я подошла к зеркалу. В нём отражалась я — с ярко-алыми волосами, нелепо длинными, словно жалкая пародия на сказочную принцессу. Эта иллюзия должна была исчезнуть.

Я схватила ножницы. Взяла первую прядь — и отрезала. Потом вторую. Ещё.

Пальцы дрожали. Зрение затуманилось от слёз. Я больше не могла сдерживаться.

Отбросив ножницы, я рухнула на колени и зарыдала. Беззвучно, срываясь на всхлипы. Всё, что сдерживалось годами, прорвалось наружу. Я слишком давно не плакала. А теперь — не могла остановиться.

* * *

Госпожа прочла мой отчёт молча. Лишь коротко кивнула и, не раздумывая, назначила Олрада наставником для Алистара. Мне же велели ожидать новых приказов.