Потом эти же колебания вибрирующими импульсами выстреливают из энергетического сгустка в разные направления, запуская в моем организме для меня странное, непонятное, неизведанное.

Для себя я это определяю как душевное вибрато. Да, так и есть от прикосновения пальцев Ника к моим в душе моей начинаются вибрации, придающие ей певучесть.

И эти мои вибрации и моя певучесть происходят по большей части бессознательно. Руководит этими вещами инстинкт. Да, именно он подсознательно через эмоции и настроение запускает в душе особые волны, от которых во мне начинает звучать очень нежная и чрезвычайно утонченная музыка. Я ее слышу и даже могу сыграть на струнных инструментах. Вернее всего на скрипке.

Такого в моей жизни не было никогда. Да, до встречи с Никитой точно этого не происходило. И мне ужасно хочется рассказать ему о своих переживаниях и чувствах, потому что они распирают мою душу.

"Слава, держи свои чувства при себе. Ты тело свое шрамированное видела, помнишь? - осаживаю свои порывы, задавая себе вопросы и отвечая на них. - Да, видела и помню. Нет, то есть помню про шрамы, только не знаю откуда и по какой причине они на моем теле. Господи, ну какая-то невозможная, если так можно сказать, жизненная антитеза, заключающаяся в резком противопоставлении понятий, связанных между собой внутренним смыслом".

Обрубив на корню все свои дурацкие мысли и потуги, в оголении своей души перед Никитой, иду с Татьяной на выставку.

Пока наслаждаюсь прекрасными картинамт Васнецова думаю о завтрашнем ужине с Ником. Подготовку к нему решаю начать уже сегодня с десертов, которые Ник очень любит.

Сегодняшний вечер и следующий день проходят в приятных хлопотах и заботах, которые полностью поглощают мои мысли.

Утром раздается звонок от Никиты. Он радует меня тем, что планы не меняются и ужин состоится в оговоренное время. Мы разговариваем с Ником совсем коротко, но даже эти несколько минут настраивают мою душу на веселый лад тональности "до мажор".

После разговора с мужчиной я в отличном настроении отправляюсь на плановые занятия, которые в последнее время стали для меня несколько рутинными. Сегодня они все проходят легко, нет, даже просто играючи.

Педагоги меня искренне хвалят, а я чувствую, как расправляются мои ментальные крылья.

Да, сегодня моей душе хочется парить.

И я на самом деле радостно и легко парю до самого вечера, выполняя все, задуманное мной.

После 17 часов, завершив оформление гостиной и стола к ужину, направляюсь в свою комнату.

Сначала принимаю ароматную ванну. После привожу в порядок голову, собирая свои белые кудри в совершенно простую прическу.

За этим занятием опять вспоминаю свою бабушку, которая мне постоянно говорила о том, что привлекательность и красота женщины в ее естественности.

После погружения в эти воспоминания, в моей душе снова заливаются соловьи, а еще в голове проносятся строчки из арий. Я их напеваю, занимаясь подбором платья к ужину.

Останавливаю свой выбор на простом сине-голубом с клешеным низом длинною в пол. Да, этот наряд будет идеальным для нашего с Ником свидания.

Дав определение сегодняшнему ужину, сначала хихикаю, а потом все же немного пугаюсь и даже несколько напрягаюсь.

Делаю это, потому что у меня никогда не было свиданий. Подумав об этом снова задумываюсь от того, что попадаю в противоречие между "не знаю" и "не помню".

"Ладно, Славка, чего сейчас забивать голову этим. Даже если и было такое в твоей жизни, и ты об этом не помнишь, то можешь считать, что и не было, - уговаривает меня внутренний голос. - Пусть просто все пройдёт хорошо, и все останутся довольными. Да, и главное, чтобы Никитке все понравилось. Хотя нет, бабушка всегда говорила, что женщина - это камертон отношений с мужчиной:"Детка, ты должна как прекрасная нежно-округлая "Ля" появляться из ниоткуда, медленно проходить и удаляться, вся в шелках, с нежным шлейфом и флером. Помни, ты должна быть сама для себя самым большим и искренним удовольствием. Мужчины это чувствуют! Поверь моему опыту, как женщина "лякнет", так мужчина и будет петь с её голоса!"

С этими мыслями я слежу за часами, стрелки которых уже давно перешагнули за 19-ть часов.

Намереваясь все же написать Никите сообщение, иду в свою комнату.

Минут на пять ложусь на постель с телефоном в руке. Вероятно, заботы дня и мысли в ожидании встречи с Ником меня сильно утомили.

В какой-то момент проваливаюсь в воспоминания, снова вижу себя девочкой в голубом платье с бантами на голове и скрипкой в руках. Я играю что-то очень нежно-мелодичное.

Из приятной музыки меня вырывают настораживающие звуки, подскакиваю и выбегаю из комнаты. В холле-прихожей странные звуки повторяются снова.

Я, стоя в темноте, начинаю различать низкие мужские утробные рыки, женские сдавленные зажатые стоны и всхлипывания, потом грубое и короткое "тихо".

Вся эта какофония звуков, различаемых мной, напоминает мне что-то крайне неприятное и страшное. И этот страх со всего маху падает на меня чёрной холодной плитой.

От страха мое тело сначала пробивает дрожь, потом его начинает трясти.

Начинаю рыдать, кричать и задыхаться.

Кто-то чёрный, большой и страшный хватает меня за руки и со словами "тише-тише" наваливается на моё тело, стараясь сильнее прижать.

Мне больно! Мне жутко страшно! Этот ужас поглощает всю мою радость и музыку…

Я утробно истошно кричу и проваливаюсь в чёрную дыру….

Иду вместе с милой женщиной неопределенного возраста в зеленой больничной униформе по огромному белому коридору. На ходу вдыхаю через нос воздух, в котором микс свежей краски, моющих средств, лекарств, горя, отчаяния, боли, непонимания, растерянности.

- Подождите, пожалуйста, здесь, - вежливо произносит сотрудница приёмного покоя, когда мы вместе доходим до большой белой двери, - Александр Валерьевич сейчас освободится и Вас пригласит.

Женщина уходит обратно, а я остаюсь ожидать. За последнюю неделю ожидания стало моим обычным состоянием. Да, все время ожидаю чего-то. Хотя нет, не только. Ещё постоянно думаю и сжираю себя. Сжираю, потому как в том, что произошло со Славиком виноват лишь один человек. И это я.

Говорят, прежде чем сильно разбиться, нужно высоко взлететь, испытав чувство некоторого кайфа, потерять ощущение реальности.

Последнее время перед своей командировкой на север меня практически в прямом смысле накрывает ощущение эйфории от удачи в бизнесе и счастья в жизни, которым для меня становится стремительное восстановление моей Славы.

На тот момент иначе Бэмбика уже и не позиционирую по отношению к себе и её роли в своей жизни.

Прощаясь перед выходом из дома еще со счастливым Славиком, традиционно обняв её стройное тело и втянув в себя запах её волос, снова и снова о девушке думаю с притяжательным местоимением "моя".

И от этой мысли внутренне улыбаюсь, как наш Гато при упоминании слова "вкусняшки".

Мне очень нравится Славкина искренность, отзывчивость, женская мягкость, чуйка и сдержанность.

Смотрю на "мою" девчонку, и в голове всплывают слова Ливона.

- Ник, в Славе есть порода, которую, как и гены, пальцем не раздавишь. Никакая внешняя среда, никакие обстоятельства не смогут выбить из неё эту породу. Знаешь, Слава очень духовно и душевно сильная. Я уверен, что ее сила духа сможет преодолеть нынешние сложности.

Как и Ливон я тоже верю, что моя Славка - сильная и, что все теперь будет хорошо, но увы…

Даже спустя неделю, вспоминая события дня "Ч", моё сердце падает в смесь желчи и кислоты желудочного сока.

Находясь в командировке с Ливом и моим новым партнёром по бизнесу, я все же выбираю время и звоню своему Славику.