Единственная догадка, которая поселилась в моей голове, меня пугает. Сильно пугает. Я, кажется, знаю, кто она такая. Но я боюсь даже спросить об этом Кэт. Потому что этого, не может быть! Если моя догадка верна, то…

- Кэт, ты что, Великая императрица Русичей Екатерина? – собравшись с мыслями, спросил я.

- Да – будничным тоном, ответила Кэт. А потом улыбнулась мне и сказала: - Спасибо, что спас сегодня мою сестру.

После этих слов Кэт снова крепко обняла меня. Я тоже её обнял, но уже не так решительно, как делал это сразу при встрече. Мне кажется, что я сейчас сплю. Ведь так не бывает!

Получается, что первый человек, с которым я повстречался, когда выбрался случайно из бункера, была правящая императрица империи Русичей, которую несмотря на юный возраст уже называют Великой. Как в такое можно поверить? Не зря я этих два года жалел о том, что её не послушался.

Когда Кэт выпустила меня из своих объятий, я решил задать ей вопрос, который меня мучает:

- Кэт, у меня к тебе есть один глупый вопрос. Очень глупый. Более глупых вопросов тебе никто и никогда в жизни не задавал. Но я не могу его не задать тебе. Ты же не выдашь меня руководству бункера?

- Чего? – ошарашенным голосом спросила императрица у меня. При этом выражение лица у Кэт, было не менее удивлённое, чем интонация в голосе.

- Кэт, я знаю, что существует договор между империей и руководством моего бункера, что всех беглецов из бункера империя должна им выдавать. А ещё я знаю, что тебя называют Великой, потому что ты соблюдаешь все договорённости, даже которые тебе не нравится. Я знаю, каким будет твой ответ. Но я просто должен его от тебя услышать.

- Грин, спешу тебе напомнить, что когда мы с тобой только познакомились, то я тебе обещала помочь – улыбаясь, напомнила мне императрица. – А я соблюдаю не только письменные договорённости, но и устные. Так что даже не мечтай, руководству бункера я тебя не отдам. Что касается договорённости с бункером о выдаче беглецов, то в том договоре было очень много лазеек и возможностей, чтобы тебя им не выдавать, даже если от руководства бункера поступил бы запрос о твоей выдаче. К тому же договор о выдаче беглецов, уже расторгнут мною.

- Расторгнут? – удивлённым голосом переспросил я и улыбнулся. – Ты из-за меня его расторгла?

- Не только из-за тебя – сообщила Кэт. – Я тот договор ещё до знакомства с тобой расторгнуть хотела. Не было возможности этого сделать. Не воспользоваться возможностью, которая возникла в том числе благодаря тебе, я не могла. Драка, которую учудила охрана бункера с моими гвардейцами, очень дорого тогда обошлась руководству твоего бункера. Им пришлось согласиться на расторжение целого ряда договоров с империей, а также перезаключить ряд договоров с империей на менее выгодных условиях для бункера условиях.

- Получается, если бы я тогда пошёл с Апрелем и Майей, они привели меня к тебе и у меня всё было бы хорошо – произнёс я свои мысли вслух. А потом спросил: - Если не секрет, как бы ты обошла тогда договор с бункером, чтобы меня им не отдавать?

- Сразу после возвращения во дворец, я сделала четыре документа пустышки. Один документ был для тебя, второй для твоей девушки Ксюши и два других для твоих друзей Славика и Романа. По тем документам, вы бы стали жителями империи в день нашего с тобой знакомства. По тому договору с бункером, империя обязана была выдавать беглецов только после официального запроса от руководства бункера. Причём официальный запрос на вашу выдачу руководству бункера надо было делать до того, как вы станете жителями империи. А если бы вы все четверо стали жителями империи до официального запроса от бункера, выдавать вас, я по закону не имела права как императрица. Ведь, в общем и целом, все жители империи Русичей, находятся под моей защитой. И под защитой моих гвардейцев. На самом деле, делать официальный запрос на вашу выдачу в тот же день, у руководства бункера вряд ли бы получилось, из-за бюрократии в целом. Там можно было обойтись без пустышек. Но я на всякий случай, их сделала заранее.

Не зря я этих два года был уверен, что если бы Кэт нашёл, то у меня всё было бы хорошо. Я не знал, кем была та охотница в лесу. Но я знал, что, если кто мне и сможет помочь, так это она. Интуиция, меня не подвела в этом вопросе. Зато она подвела меня в других вопросах.

Пока я думаю молча, Кэт внимательно смотрит на меня. Точно таким же оценивающим взглядом, как она это делала, когда мы с ней познакомились два года назад в лесу.

- Кэт, а как тебе сразу удалось узнать меня, когда ты в общую комнату вошла? – поинтересовался у императрицы. – Ведь я сильно изменился за эти два года.

- Глаза ничуть не изменились у тебя – улыбнувшись, сообщила Кэт. – На самом деле, Грин, я ещё до прихода в общую комнату знала, что именно ты мою сестру спас.

- Знала? – удивлённо переспросил я. - Откуда?

- Грин, мне сестра сказала, что нашла мою потеряшку в твоём лице – сообщила императрица. – Мия увидев твои глаза и узнав имя, данное тебе родителями, догадалась, что именно ты тот парень, которого я два года ищу, после встречи с тобой в лесу во время охоты. И Алиса, когда встретила тебя у восточного крыла, уже тоже знала, что ты и есть тот самый Грин, которого я искала. Как я понимаю, Апрелю и Майе ты именем Грин так и не представился?

- Нет – сказал я. – Меня твоим гвардейцам сестра Алексеем представила. А просить их меня Грином звать, как-то времени не было.

- Грин, как думаешь, Апрель и Майя тебя узнали?

- Нет – снова сказал я, слегка неуверенным голосом. И вспомнив подозрительные взгляды Майи на меня, сделал уточнение: - Апрель точно не узнал. А вот насчёт Майи, я не уверен.

- Значит, Майя наверняка тебя узнала – сказала Кэт. – Должна тебя предупредить, Майя очень зла на тебя за тот побег. Я их с Апрелем два года долбила за тот случай.

Оказалось, что с момента побега из бункера, я находился в розыске. Кэт показала мне мой фотопортрет на своём портере. Мой фотопортрет у Кэт получился довольно точным. Именно таким я и был два года тому назад.

- Грин, я каждую неделю просматривала документы новых жителей империи твоего возраста, в надежде найти тебя.

- А разве не проще было отслеживать, кто из жителей бункера документы империи получил? – спросил я. – Ведь при получении документов империи, мне говорили, что надо сообщить точное место рождения. Эти данные, проверяются на каком-то детекторе. Я из-за этого и не стал получать документы империи, потому что боялся, что меня руководству бункера отдадут.

- Грин, во-первых, никто по официальным данным за два года из жителей бункера документы не получал – сообщила мне Кэт. – А во-вторых, ты запросто мог детектор обмануть при твоём опросе представителем особого отдела. Грин, ты относишься к той редкой категории людей, на ком детекторы, не работают как надо.

- Правда? – спросил я. – А ты откуда это знаешь?

- Грин, я знаю о тебе больше, чем ты сам о себе знаешь – сказала мне императрица. А потом, показала мне руку, на котором было кольцо с алмазом: - Узнаёшь алмаз на кольце?

- Узнаю – улыбнувшись, произнёс я. – Это же тот самый алмаз, что я тебе подарил.

- Да, тот самый – произнесла Екатерина. – Для меня это кольцо до сегодняшнего дня, было напоминанием о том, что где-то есть мальчик, с очень непростым характером. Которому я обещала помочь. И не смогла этого сделать.

Мне жутко стыдно перед Кэт сейчас. Я чувствую себя дураком. У меня всё давно могло быть хорошо. Не надо было мне тогда слушать Лео, когда у меня появилось желание получить документы империи. Мне надо было зайти в штаб дозорных и просто их сделать.

Хотя, я бы тогда Ленке не помог. Да и сегодня не оказался бы на развалинах Краснодара и не спас бы сестру Кэт. Возможно, всё так и должно было быть, как случилось в итоге. Но в том, что теперь всё будет хорошо, у меня сомнений точно нет.

- Грин, ты даже себе не представляешь, как я тебе благодарна за то, что ты спас сегодня мою сестру – произнесла императрица. Взглянув мне прямо в глаза, Кэт сказала: - Грин, я никогда в жизни не забуду то, что ты сегодня сделал для меня. Дороже сестры, у меня в этой жизни нет никого. Сегодня, ты сделал то, что должны были сделать мои гвардейцы. Но вместо них, это сделал ты. У меня перед тобой теперь неоплатный долг. Меня тетка с детства учила, никогда и никому таких слов не говорить. Особенно будучи императрицей. Вознаградить тебя по достоинству, как бы не старалась сегодня, я не смогу. Поэтом, у меня перед тобой, за спасение моей сестры, будет неоплатный долг.