Когда двое дозорных вышли из убежища и сели в машину, я сразу ломанулся внутрь. Ленка голая лежит на матрасе, положив обе руки себе на грудь. А выражение лица у неё такое, словно кто-то умер.

- С тобой всё в порядке? – поинтересовался я.

- Со мной, полный порядок – сообщила Ленка, поднимаясь с матраса. – А ты идиот! Не мог просто выйти, как тебе было велено?

- Не мог! – воскликнул я.

- Грин, объясни мне, чем ты думал, когда начал перечить дозорным, когда я сними уже договорилась? Почему ты не мог просто выйти из убежища, когда они тебе сказали это сделать?

- Потому что, не мог. Как ты вообще додумалась им такое предложить?

- А что такого? – спросила Ленка. – Нет ничего постыдного или зазорного в том, как я решила нашу проблему. Грин, мне не впервой приходится решать проблемы подобным образом. Да и вообще, поговорим об этом потом.

- Нет, Ленка, мы сейчас поговорим с тобой об этом!

- Грин, засунь свой характер сейчас куда-нибудь подальше. И выслушай меня внимательно. У нас реально большая проблема нарисовалась. И нам крупно повезло, что эти двое дозорных наше убежище нашли!

- Чего? – не веря собственным ушам, спросил я.

- Я была права насчёт зачистки – сказала Ленка, одевая комбинезон. – Дозорные сказали мне на прощанье, что зачистка развалин Сочи начнётся завтра на рассвете. Дозорные для зачистки, уже находятся в Ривьере. А руководить зачисткой будет, один из гвардейцев Элеоноры, который сейчас занимает высокопоставленную должность в структуре дозорных.

- Нам надо срочно валить! – воскликнул Лео.

Лео переобулся в воздухе. Он это умеет делать как никто другой. В его голове даже мысли не возникло, что Ленка специально сейчас сказала, что дозорные предупредили её о зачистке на развалинах, чтобы мы отсюда ушли как можно скорее. Но Ленка, ничего не выдумывала. Сев на матрас, я немного поразмыслил о сложившейся ситуации.

- Поздно валить – произнёс я. – Если зачистка на рассвете, а дозорные не полные идиоты, уйти с этой части развалин, уже не выйдет. До рассвета осталось максимум шесть часов. Я сильно буду удивлён, если к северу от развалин не дежурят уже дозорные.

- А Грин то прав! – воскликнул Лео. – Когда зачистка была в прошлый раз, дозорные взяли развалины в отцепление со всех сторон. И что нам теперь делать?

- Нам надо прятаться – произнёс я очевидную вещь. – Спрячемся там, где нас точно искать не станут.

- Это где? – спросил Лео.

- На одной из высоток – сказал я, показав пальце вверх. – Сомневаюсь, что дозорные станут лазить по ним на самую высоту. Максимум несколько нижних этажей осмотрят.

- Грин, ты гений! – улыбаясь, произнёс Лео.

Поборов в себе желание поговорить с Ленкой на тему случившегося, я начал собирать вещи вместе с остальными. Надеюсь, я прав и никого из мародеров на высотках полуразрушенных зданий, дозорные искать не станут. Думать о том, что будет, если я не прав, мне не хочется. К тому же, других вариантов, у нас сейчас нет.

Забираясь ночью на высотку, мы нарушаем одно из главных Ленкиных правил: никогда не подниматься и не спускаться по высоткам в темное время суток. Высотка, на которую мы забираемся, ближайшая от нашего убежища. Мы её никогда не исследовали ранее втроём. Но Ленка на неё уже забиралась пару раз, будучи частью группы Симки, и один раз будучи одиночницей.

Первые этажи, обычно самые простые для подъема наверх. Но сегодня, мы поднимаемся с добычей, которую собрали на другой высотке. Дополнительный груз, это всегда трудности. Начиная с третьего этажа, прячем бутылки с водой на каждом этаже. Мы так всегда делаем, когда поднимаемся вверх.

Нашу добычу мы прячем, поднявшись на седьмой этаж полуразрушенного здания. И продолжаем лесть выше. Поднимаясь с десятого на одиннадцатый этаж, Ленка сорвалась. Лео вовремя её схватил за руку. А я вовремя схватил его за шиворот. В общем, за малым эти двое не убились.

Подниматься дальше, мы стали с максимальной осторожностью. Пока не добрались до последнего этажа полуразрушенного здания. В общем и целом, мы справились с задачей до рассвета подняться на самый верх. Дальше, нам стоит уповать только на удачу.

Присев возле одного из окон высоки, с видом на наше убежище, я понял, как сильно у меня всё болит. Избиение дозорными не прошло для меня даром. И сидя у окна, я не понимаю, откуда только у меня сили взялись, чтобы сюда забраться сегодня.

Ближе к рассвету, Ленка и Лео задремали. Мне бы тоже следовало это сделать. Но моё тело болит так, что уснуть у меня не выйдет. Да и сердце бешено колотится от переживаний.

С первыми лучами солнца, возле нашего убежища появились первые дозорные. И они приехали на лошадях не со стороны Ривьеры, а со стороны пляжа, на котором мы летом часто бывали с Лео. Один из дозорных, остановившись возле нашего убежища, заглянул внутрь и вышел минут через пять из него.

А со стороны Ривьеры, ещё до появления дозорных на лошадях с севера, на развалины Сочи пожаловало много дозорных на машинах и на мотоциклах. Дозорные в разных местах развалин Сочи, ловят мародеров, надевают на руки наручники и сажают на задние сиденья машин. Точнее даже не сажают, а запихивают. А тех, кто пробует сопротивляться, бьют дубинками и ногами, а кого-то и шокерами бьют.

Причем наибольшее сопротивление при задержании оказывают девчата. Они не только брыкаются, но ещё и кусаются и царапаются, когда их дозорные задерживают. Прямо сейчас, одну из девушек-мародеров мужчина-дозорный схватил за волосы, ударил кулаком по лицу, а потом избил ногами, прежде чем надеть наручники на руки и запихать в машину. В оправдание дозорного могу сказать только то, что девушка всячески сопротивлялась задержанию, поцарапала ему лицо и укусила его за руку.

Лео проснулся, когда в наше убежище в очередной раз зашли дозорные. Глянув на его сонное лицо, я буркнул недовольным голосом:

- У нас не убежище, а какой-то проходной двор. Только ленивый сегодня в него не заглянул. Даже странно, что нас ни разу не ограбили.

- Да грабили меня там – признался Лео. – И не раз. Правда это было до твоего появления.

Двое дозорных, которые зашли в наше убежище последними, вышли из нашего убежища не с пустыми руками. А со свертком из фольги, внутри которого находится буженина. Приготовив шашлык, мы кинули в угли готовиться буженину. И забыли её забрать.

Развернув нашу буженину на капоте машины, дозорные порезали её на несколько кусков. И начали её есть как ни в чём не бывало. Выражение лица Лео глядя на происходящее, было похоже на выражение лица ребёнка, у которого забрали конфету.

Я помню, как Ленка первый раз приготовила буженину для нас троих. Лео смеялся над Ленкой, которая шпиговала цельный кусок мяса чесноком и кусочками морковки. Попробовав буженину один раз, Лео теперь готов есть её на завтра, обед и ужин. А ещё, Лео просит дополнительно класть кусочки

Обычно мы запекаем несколько кусков буженины, перед тем как начать исследовать очередную высотку. Приготовление буженины вчера, в наши планы не входило, но Лео умышленно купил один кусок мяса, чтобы Ленка приготовила ему кусок буженины на сегодня.

Лео недовольным видом посмотрел на меня так, словно это я должен был с углей забрать его любимую бужу. А потом полез в свой рюкзак, из которого достал сверток фольги, внутри которого оказался недоеденный нами вечером шашлык. Шелест фольги, разбудил Ленку. Глянув на происходящее в окне, Ленка заплакала, уткнувшись головой в моё плечо.

Ближе к полудню к наше убежищу подъехало два автобуса в сопровождении шести дозорных на мотоциклах. Следом за ними, к убежищу подъехал черный автомобиль, из которого вышел мужчина в белом пиджаке, брюках того же цвета и чёрных туфлях.

Выйдя из машины, мужчина в белом пиджаке сразу закурил сигарету. К нему подошли дозорные, которые прибыли к нашему убежищу на мотоциклах. Он им что-то сказал, после чего дозорные на мотоциклах разъехались в разные стороны.