— А вы?.. — опять преувеличенно спокойно начал ресс, и нервы у вояки не выдержали:

— А я, мать его, инспектировал пятый, мать его, приграничный полк! Три дня лету от столицы,…! — взорвался тот, как перегретый чайник, но столь же быстро остыл: — Простите.

— Ее видели в том бюро, — не спросил даже, а просто констатировал Пепел. — Вместе с этим Вусли.

— Разумеется, — пожал плечами генерал. — Она ведь и не думала скрываться,

— Странно, что вы еще не на допросе, — Ретен все-таки не смог удержаться от сарказма.

— Разве? — в тон ему откликнулся Сорвени, нарочито пристально оглядывая кабинет.

— Думаю, это вопрос времени, — «разрядил» обстановку Пепел.

— Да, — генерал вдруг резко посерьезнел. — Причем совсем недолгого. Рин опознали, осталось опознать этого Олифуэлла. Дело только за этим.

— Тут-то двери допросной за вами и закроются.

Сорвени глянул на Ретена зло и мрачно, но в итоге предпочел тому не отвечать. Зато не стал молчать Эрдари:

— Хуже, господа. Они закроются за Рин.

После чего в кабинете повисла мертвая тишина.

— Девочка в курсе? — нарушил ее Ретен.

— Нет, конечно! — возмутился министр.

— Немедленно расскажите ей все, — распорядился ресс. — Немедленно!

— Но…

— Она должна четко понимать, что ей нужно сделать и почему. Без вариантов. Иначе будет только хуже.

— Хорошо, — нехотя согласился Сорвени.

— Езжайте и прямо сейчас посвятите ее во все. Абсолютно. И не вздумайте ничего скрывать — насколько я знаю Рин, в обмороки она падать не станет, и вены себе резать тоже.

— Не станет, — эхом откликнулся отец.

— А потом спрячьте: объявите больной и закройте так, чтобы до нее никто не мог добраться. Нет, лучше отправьте в Гранс, на воды. Инкогнито и под охраной. И хорошенько запутав следы… Впрочем, последнее я сделаю сам. Главное, чтобы девушка поняла серьезность положения и не вздумала сбегать или творить еще какие глупости.

— Рин не станет, — обиделся за невесту Пепел.

— Не станет, да, но только если объяснить ей все. Вы меня поняли, генерал?

— Да, — мрачно зыркнул тот на безопасника. — А что будете делать вы?

— А мы займемся господином… э-э…

— Вусли Олифуэллом, — подсказал Пепел.

— Именно. И теми бумагами, к которым он проявил столь ненужное любопытство. Чертежи придется возвращать, причем любыми путями — не вижу другого пути замять дело.

— Хорошо, — не стал спорить Сорвени. — Тогда я поехал к дочери.

— И поторопитесь, пока она не устроила экскурсию еще кому-нибудь. На ваш командный пункт, к примеру.

— Ворон! — возмутился Эрдари.

А генерал молча встал и покинул кабинет, проявив воистину железную выдержку — не то что никого обматерил, но даже дверью не хлопнул.

— Что думаешь? — поинтересовался Ретен у Пепла, как только они остались одни.

— Боюсь, Сорвени не шутит. — В задумчивости тот по старой, детской еще привычке, почесал нос. — Скандал и правда может стоить ему карьеры.

— И он прекрасно это понимает, — кивнул Ретенауи, соглашаясь.

— Полагаешь, как раз это и есть истинная цель? Не Рин? И даже не похищенные бумаги?

— И даже не разгром проектного бюро в ведомстве твоего будущего тестя. Но! Думаю, что у хорошей и продуманной операции целей всегда несколько. И все они истинные.

— Согласен. Тогда спрошу по-другому: главная цель? Генерал Сорвени?

— Ну, на первый взгляд, да.

— А на второй?

— А для второго нужно смотреть гораздо дольше и внимательней. Пока у нас есть лишь первый.

Ретен кривил душой. На самом деле он уже подозревал, что есть и четвертый слой интриги — выманить Пепла из безопасной столичной Рески куда-нибудь к черту на кулички, где прихватить того окажется гораздо легче. Цель достаточно очевидная, особенно если учесть уверенность целого ряда персонажей, что парень знает слишком много важного и интересного, но… Но все равно ничего с этим не сделать! Если возникнет необходимость куда-то ехать, придется отправлять именно его, больше некого. В щекотливый вопрос с генеральской дочкой и так уже посвящены слишком многие.

— Как вообще ты мог настолько запустить ситуацию с Рин? — в сердцах хлопнул он по столу, не выдержав. — Ладно генерал со своими инспекциями у демонов в… на рогах, но ты? Ты сам где был все это время?

— Кабинет обживал, — буркнул Эрдари, прекрасно понимая, что оправдание звучит так себе. — Можешь не напрягаться, я и так чувствую себя до хрена виноватым.

— Когда ты виделся с ней в последний раз?

— Больше недели назад.

— Странно, что твою невесту вообще не увели.

Пепел мрачно зыркнул на изогнувшего бровь ресса и покаялся еще:

— Мы вообще после моего выпуска из Шант Эли всего несколько раз виделись.

— За месяц? — Брови Ретенауи поползли еще выше.

— Так вышло. Она свадьбой занималась — всей этой жутью с ее организацией. — Эрдари явственно передернулся. — Но ей нравилось. Плюс еще до самолетиков своих дорвалась, пока в академии каникулы, а я… Ну да, у тебя тут осваивался.

— Тоже расслабился? Как и ее папенька? Кстати, свадьбу придется отложить.

— Перенести.

— Неважно. Но пока скандал полностью не уляжется, привлекать к Сорвени лишнее внимание не стоит.

— Понимаю. Что-нибудь со здоровьем, да?

— Да. Подходящий диагноз мы ей состряпаем и весь остальной антураж организуем.

— Ясно.

— Ладно, беги к своей Рин. — Ретен начал подниматься. — Вижу, едва сидишь уже.

— Странно, да? — огрызнулся тот.

— Вечером — здесь же, — демонстративно пропустил он мимо ушей и реплику, и тон, которым та была сказана. — Я пока соберу все что можно на этого, как его там…

— Вусли Олифуэлл, — мстительно подсказал Эрдари, вообще не умевший ничего забывать. — Записать тебе?

Ретенауи поморщился, еще раз мысленно покатав на языке типично Сиенурскую фамилию:

— С-соседи…

— Угу, добрые притом.

— Вставай, ленивая задница! — Реальность ворвалась в мысли Пепла как-то слишком уж неожиданно. — Время завтрак готовить, а тебе котлы чистить!

Обладая абсолютной памятью, Эрдари тут же поймал ощущение стойкого дежавю: что-то очень похожее происходило с ним лет пять назад, на борту другого дирижабля, «Небо» — как раз в то время, когда он, считай, второй раз знакомился с Ретенауи. Первый был много раньше, в детстве, до того как его отца, Далана Равеслаута, больше известного как Варан, подставили и убили. Ретен, тогдашний его заместитель, сумел удрать и в итоге отделался легче — десять лет в непрерывных бегах, преследуемый по пятам своей же бывшей конторой.

А свели их в то время судьба и некая девица, подвизавшаяся на ниве частного сыска, которую Ретен вот уже пять лет называет женой, а Пепел сестричкой. Причем называет на полном серьезе, хотя родства между ними нет. Зато с Ретенауи они оказались в дальнем родстве: по матери Пепла, тоже из рессов. И чем ей пришлось пожертвовать, чтобы спасти и спрятать сына, вспоминать удавалось лишь сжимая кулаки от ненависти — к тем, кто не оставил ей другого выхода.

Увы, но размышлять о превратностях судьбы и дальше Пеплу не дали, пинком спихнув с узкой постели да еще и наподдав вдогон. Выпускник лучшей имперской военной академии мог уделать урода в два движения, но не стал. В смысле, не стал выходить из образа — время ленивого и бестолкового помощника по кухне, второпях взятого на борт в Реске из-за болезни предшественника, еще не прошло. Исчезнет тот лишь в Сонресорме, столице рессов, а взамен там появится некий молодой, подающий надежды инженер Ранси, по некоторым причинам предпочитающий делать карьеру не на родине. Но пока…

— Ага, — Пепел решил, что совсем уж спускать подобное свинство по отношению к себе нельзя, и повысил голос так, чтобы расслышали все: и желающие, и не очень. — Что у тебя задница дюже работящая, я давно понял!

И пока посудомойка из ночной смены, которого он должен был сменить, охреневал от возмущения, слинял под дружный ржач остальных обитателей узкой и неудобной служебной каюты в душ — еще более узкий и неудобный. Воду Пепел любил самозабвенно, как и любой из рессов, а котлы… Котлы подождут. Куда им деваться?