– Назад в дом! – закричал Эванс и попытался сбежать.

– Нет! – крикнул я. – Внутрь корабля.

Я не заметил, чтобы кто-то поднял оружие, но что-то ударило по корпусу и унеслось прочь.

Мы вскарабкались наверх и ввалились внутрь, а за нами по пятам неслись воющие безумцы. Кениг захлопнул люк. Снаружи послышались новые крики, приглушенные стенами, и раздались многочисленные выстрелы.

– Как ты думаешь, они могут пробить корпус? – спросил Эванс.

– Я не знаю, – честно ответил я. – Я не знаком с устройством этих кораблей. Я очень надеюсь, что нет!

– А вам не приходило в голову, – вставил Кениг, – что они не смогут причинить нам вред, если мы взлетим?

Я вставил ключ в панель управления и поднял корабль. Крики и выстрелы внизу стихли.

Кениг вернулся после инспекционного осмотра.

– Знаете что? У нас пассажир. Один из тех дураков ухватился за перекладину около замка и повис на ней. Он и сейчас там болтается. Выглядит он довольно неважно.

– Я его не виню, – с чувством сказал Эванс. – Я бы и сам, пожалуй, выглядел на его месте не лучше.

Мы летели над пересеченной местностью, над началом горного хребта.

– Может, лучше приземлимся? – предложил я. – Мы поднимаемся в горы. Мы можем высадить его где-нибудь и начать поиски оттуда. Что скажете, джентльмены?

Джентльмены согласились. Я быстро начал спускаться к поверхности, в то время как Кениг направился к шлюзу, решив пообщаться с незваным гостем. Он вернулся почти сразу.

– Он исчез!

– Кто исчез?

– Наш пассажир. Парень, болтавшийся снаружи!

– Вот чудак! – возмущенно воскликнул Эванс. – И он даже не сказал спасибо за то, что его подвезли.

Я уставился на него, чувствуя тошноту, и сосредоточился на посадке корабля.

– Что ж, джентльмены… – я сделал паузу и обвел взглядом лица товарищей. Мы стояли на скалистом выступе, обрывавшимся перед нами с трёх сторон. Корабль был у нас за спиной. – Джентльмены, наше путешествие началось! Кто знает, может быть, еще до захода солнца кто-то из нас завладеет ею, Дикой Королевой!

В наших глазах сверкало предвкушение приключения. Мы торжественно стояли, взявшись за руки. На грубых картах Кениг наметил план поисков на этот день. Мы должны были встречаться в подходящих местах каждые несколько часов. Мы еще раз пожали друг другу руки и расстались. Я направился по склону влево.

Я бы предпочел не вдаваться в подробности следующих трех душераздирающих недель. В тот день мы не обнаружили прекрасную Королеву хребта Кору до захода солнца; и за этим последовало еще около двадцати таких же бесплодных закатов. Каждую ночь мы возвращались на корабль с пустыми руками, опустошенными сердцами, усталые, разочарованные. Мужество покидало нас. Не раз я понимал, что мне не потребовалось бы много усилий, чтобы отказаться от поисков. Логично было предположить, что мои спутники чувствовали то же самое.

Однажды утром… Я забыл, сколько дней прошло с тех пор, как мы впервые высадились в горах… Кенигу пришла в голову идея.

– Патнэм! Ты можешь снова найти то место, где мы впервые приземлились?

– Легко, – подтвердил я. – Но зачем?

– Я тут вот о чем подумал… Надо же было быть такими тупицами, что не додуматься до этого раньше! Недалеко от этого места должно быть тело марсианина, упавшего с корабля. Мы должны найти это тело.

– Я могу сделать кое-что получше, – перебил я его. – Я имею в виду, получше, чем просто найти место, где мы приземлились. Думаю, я смогу подобраться довольно близко к тому месту, где он упал. Кажется, я припоминаю местность, над которой мы пролетали в то время. Но зачем?

– Неужели ты не понимаешь? – нетерпеливо спросил он. – Это тело привлечет горных крыс. А где стая, там и наша Королева!

– Блестящая мысль! – воскликнул Эванс.

На следующее утро мы зависли над приблизительным местом, где упал марсианский разбойник.

– Это примерно здесь, – крикнул я. – Мы были между вон тем выступом, – я указал на него, – и вон теми скалами.

– Мне кажется, я что-то вижу! – крикнул Эванс. – Опускайся!

Я молча опустил корабль на выступ, который мы увидели с воздуха. Мы втроем выбрались наружу, охваченные благоговейным страхом. Мы стояли у корабля и смотрели вниз, на усыпанную камнями долину. Эванс указал на груду огромных валунов, за которыми, как он полагал, находилось то, что он заметил с воздуха. Мы вместе отправились в путь.

Стараясь ступать как можно тише, мы пробрались по камням, огибая выступающие уступы, к тому месту. Мы остановились как раз по ту сторону валунов, к которым направлялись.

Кениг жестом призвал к тишине – было слышно, как за камнями что-то грызут. Мы молча посмотрели друг на друга. Кениг протянул руку. Мы пожали друг другу руки. Он ничего не сказал, но посмотрел нам в глаза, и мы поняли, о чем он думает:

– Джентльмены, за этими скалами, вероятно, находится наша цель! Дикая Королева хребта Кору! Мы заключили сделку и скрепили ее клятвой. Первый, кто доберётся до неё, получит ее руку! Мы готовы, джентльмены?

И, как будто он задал этот вопрос вслух, мы кивнули. Затем снова пожали друг другу руки. Я поправил одежду, галстук и шлем. Звуки какой-то явной активности по ту сторону скопления валунов привели нас в чувство.

Мы вместе с криками бросились в обход камней!

Кениг каким-то образом вырвался вперед, не успели мы пробежать и десяти футов, Эванс следовал за ним по пятам. К несчастью, я подвернул лодыжку на камне и в результате отстал на несколько шагов; Эванс оказался в пяти-десяти футах впереди. Кениг обогнул последний камень и пропал из виду. Эванс последовал за ним. Ругаясь и наплевав на осторожность, я побежал за ними, не обращая внимания на острую боль в лодыжке. Я на полной скорости обогнул последний камень и врезался головой в замершего на месте Эванса. Он замер не по своей воле, потому как точно так же врезался в лидировавшего Кенига. Кениг пытался устоять на ногах, после нашего внезапного удара сзади. Я мельком увидел тысячи перепуганных крыс, разбегающихся по валунам.

Мы втроем оказались лицом к лицу с Дикой Королевой хребта Кору!

Это был потрясающий момент. Крысы покинули нас. На земле между нами лежал изуродованный скелет упавшего марсианина. Кениг, Эванс и я стояли в ряд с одной стороны, а менее чем в десяти футах от нас, по ту сторону скелета, находилась Королева. Дикая Королева! Кениг посмотрел на Эванса, Эванс перевел взгляд на меня, и я вновь посмотрел на Королеву.

В ее руке был кусок плоти, оторванный, как я понял, от тела несчастного марсианина. Невозмутимая, она стояла и смотрела на нас. Мы ошеломленно смотрели на нее.

Я посмотрел на ее волосы. Волосы ведьмы; они свисали почти до колен и, конечно же, никогда не знали расчески. Спутанные, тусклые и всклокоченные, они свисали колтунами и узлами, из них торчали репейники и сорняки; кроме того, они были украшены маленькими человеческими косточками, вплетёнными ей в грязные пряди.

Левый глаз отсутствовал. Выколотый неизвестно каким образом, он зиял красной застарелой дырой, уставившись на нас и вызывая отвращение.

Она открыла рот, и я понял, к чему приводит оторванность от элементарных благ цивилизации. Её рот украшало лишь несколько зубов. Это были коричневые, гнилые, заостренные клыки. Острые и тонкие, как иглы, они служили для отрывания мяса от костей.

Одна рука торчала под безумным, невозможным углом, и я примерно представлял причину этого. Рука была сломана давным-давно и так и не была вправлена. Она срослась и продолжала расти в том виде, в каком была. Из-за смещения костей в руке она торчала в сторону под безобразным углом. Выглядело это чудовищно.

Она была голой, ей явно было незнакомо понятие одежды. И грязной; единственными ее купаниями, должно быть, были случайные падения в небольшие водоемы или попадание в горные бури. А на Марсе редко идут дожди. Соответствующий запах, исходивший от нее, был невыносимым. Ее ступни затвердели и почернели от путешествия по горам, конечно же, она была босиком. На ее лодыжках были сотни и сотни ужасных красных отметин. Крысиные укусы. Они покрывали ее кожу.