«Ежедневное потребление [хлеба] у римского горожанина несколько превышало 2 французских фунта; у сельского жителя оно превышало 3 фунта. Парижанин съедает 0,93 фунта хлеба; сельские жители в 20-ти де¬партаментах, где питаются главным образом пшеницей, — 1,70 фунта» (там же, стр. 277). «В Италии (современной) — 1 фунт 8 унций, там, где питаются главным образом пщеницей. Почему римляне ели сравнительно больше? Первоначально они ели пшеницу сырой или лишь размоченной в воде; затем они научились ее поджаривать… Впоследствии постигли искусство молоть зерно и вначале ели сырое тесто, приготовленное из этой муки. Для размельчения зерна пользовались ступкой или двумя камнями, ударяя одним по другому или вращая один на другом… Это сырое тесто, puls, римский солдат заготовлял себе на несколько дней… Затем изобрели сито для просеивания зерна, нашли способ отделять отруби от муки; нако¬нец, добавили дрожжи, но вначале ели хлеб сырым, пока случай не научил тому, что выпечка хлеба препятствует его окислению и способствует кон¬сервированию. Лишь после войны против Персея в 580 г. в Риме появились пекари» (там же, стр. 277—279). «До христианской эры римляне не знали ветряных мельниц» (там же, стр. 280).
«Пармантье доказал, что во Франции со времени Людовика XIV ис¬кусство размола сделало большие успехи и что разница между прежним и новым размолом достигает половины хлеба, получаемого из того же коли¬чества зерна. На годовое потребление жителя Парижа сначала назначали 4, затем 3, потом 2 и наконец 1г/3 сетье пшеницы… Этим легко объясняется огромная диспропорция между ежедневным потреблением хлеба у римлян и у нас; а именно — несовершенством способов размола ж выпечки хлеба» (там же, стр. 280—281).
«Аграрный закон был ограничением земельной собственности актив¬ных граждан. Ограничение собственности служило основой существования и процветания древних республик» (там же, том II, стр. 256).
«Государственные доходы состояли из поступлений от государственных имений, из поставок натурой, натуральных повинностей и нескольких денежных налогов, уплачиваемых при ввозе и вывозе товаров или взимае¬мых при продаже определенных продуктов. Подобное положение… суще¬ствует почти без всяких изменений в Оттоманской империи… В эпоху дик¬татуры Суллы и даже в конце VII века (697 г. от основания Рима) Римская республика имела ежегодный доход лишь в размере 40 миллионов фран¬ков… В 1780 г. денежные доходы турецкого султана (в пиастрах) состав¬ляли только 35 миллионов пиастров, или 70 миллионов франков… Как римляне, так и турки большую часть доходов получали натурой. У рим¬лян… в виде налога в казну поступала 1/10 зерна, 1/5 — плодов, у турок — от 1/2 до 1/10 разных продуктов… Поскольку Римская империя представляла собой лишь огромное скопление независимых муниципиев, бóльшая часть налогов и большая часть расходов оставались коммунальными» (том II, стр. 402—405).
«При Августе и Нероне Рим, без предместий, насчитывал только 266 684 жителя». Дюро предполагает, что «в IV веке христианской эры в предместьях было 120 000 жителей. В пределах стены Аврелиана — 382 695, всего 502 695, плюс 30 000 солдат и 30 000 чужестранцев; всего круглым счетом 562 000 душ… Мадрид, который со времени Карла V в течение полутора столетий был столицей части Европы и половины Но¬вого света, во многом напоминает Рим. Его население тоже росло не про¬порционально его политическому значению» (том I, стр. 370, 403, 405—406).
«Состояние тогдашнего римского общества гораздо больше походило на состояние России или Оттоманской империи, чем Франции или Англии: неразвитость торговли и промышленности, огромные состояния рядом с крайней нищетой» (том II, стр. 214).
(Роскошь только в столице и в резиденциях римских сат¬рапов.)
«Римская Италия, со времени разрушения Карфагена до основания Константинополя, существовала, имея перед собой Грецию и Восток, в та¬ком же состоянии, в каком Испания в XVIII веке находилась по отноше¬нию к Европе. Альберони говорил: «Испания для Европы то же, что рот для тела; все туда входит, ничего там не остается»» (там же, том II, стр. 399—400).
«Ростовщичество первоначально пользовалось свободой в Риме. Закон Двенадцати таблиц (303 год от основания Рима) установил процент с денег в 1% в год (по Нибуру — 10% в год)… Эти законы вскоре были на¬рушены… Дуилий (в 398 году от основания Рима) снова ограничил ставку процента одним процентом в год (unciarium foenus ). В 403 году эта ставка была уменьшена до 1/2%. В 413 году ссужение денег под проценты было вообще запрещено плебисцитом, который провел трибун Генуций… Нет ничего удивительного в том, что в такой республике, где гражданам запре-щалось заниматься промышленностью, оптовой и розничной торговлей, запрещению подверглась также и торговля деньгами» (том II, стр. 259— 261). «Такое положение продолжалось в течение трехсот лет, до взятия Карфагена. [Затем было разрешено взимать не свыше] 12% в год. Обычная ставка составляла 6% годовых… Юстиниан установил процентную ставку в размере 4%. Usura quincunx у Траяна означает законный процент в размере 5%… В Египте в 146 году до Р. X. законный коммерческий процент составлял 12%» (том II, стр. 261—263).
[VII—46] Вместе с развитием ростовщичества и денег разви¬вается принудительное отчуждение феодальной земельной соб¬ственности:
«Введение денег, которые покупают всё, и, как следствие этого, за¬щита интересов кредитора, одолжившего свои деньги земельному собствен¬нику, приводят к необходимости законного отчуждения земельной соб¬ственности для взыскания долга» (John Dalrymple. An Essay towards a general history of Feudal Property in Great Britain. 4th edition. London, 1759, стр. 124).
В средневековой Европе «платили золотом обычно лишь при некоторых торговых сделках, по большей части касавшихся драгоценностей. Чаще всего вне купеческого круга платежи золотом имели место в связи с дарами вельмож, некоторыми высокими пошлинами, крупными денежными штра¬фами, покупкой земель. Нечеканное золото нередко взвешивали на фунты или марки (полуфунты)… 8 унций = 1 марке; 1 унция, следовательно, = 2 лотам, или 3 каратам. Из золотых монет до эпохи крестовых походов известны лишь византийские солиды, италийские тари и арабские маура-ботини» (впоследствии — мараведи) (Hüllmann. Städtewesen des Mittelal¬ters. I. Theil. Bonn, 1826, стр. 402—404).
«В законах франкских племен также фигурируют солиды в качестве всего лишь счетной монеты, в которой выражена стоимость сельскохозяй¬ственных продуктов, поставляемых в порядке уплаты штрафов. Напри¬мер, саксы подразумевали под солидом годовалого быка, каким он бывает обычно осенью… Согласно рипуарской правде здоровая корова заменяла 1 солид… 12 денариев = 1 золотому солиду» (там же, стр. 405, 406). «4 тари = 1 византийскому солиду… С XIII века в Европе чеканились различные золотые монеты: августалы (императора Фридриха II в Сици¬лии: Вриндизи и Мессина), флорентины или флорины (Флоренция, с 1252 г.),.. дукаты или цеккины (Венеция, с 1285 г.)» (там же, стр. 408— 411). «В Венгрии, Германии и Нидерландах с XIV века также чеканились крупные золотые монеты; в Германии они назывались просто гульденами» (там же, стр. 413).
«При платежах серебром господствовал обычай взвешивать металл, по большей части на марки, при всех более или менее крупных платежах… Чеканное серебро также взвешивалось при таких платежах, так как мо¬неты состояли из совершенно чистого серебра и, следовательно, все дело было в весе. Поэтому названия фунт (ливр, лира) и марка отчасти обоз¬начали воображаемые или счетные монеты, отчасти перешли на реальные серебряные монеты. Серебряные монеты: денарии или крейцеры… В Гер¬мании эти денарии назывались пфеннигами (пенниг, пеннинг, фенниг)… уже с IX века. Первоначально пендинг, пентинг, пфентинк от pfundig , в старой форме pfünding… то же самое, что «полновесный»: следовательно, полновесные денарии [pfündige Denaren], сокращенно Pfündinge… Еще одно наименование денария, начиная с начала XII века, в Германии, Ни¬дерландах и Англии в связи с звездой [Stern], изображенной на нем вместо креста: стернлинги, стерлинги, старлинги…«Денарии стерлинги» =«пфенниги стерлинги»… В XIV веке на фунт приходилось 320 нидерландских стерлингов, 20 штук на унцию… Серебряные солиды по-немецки — шильд-линги, шиллинги… Серебряный солид в раннем средневековье был не реаль¬ной монетой, а совокупностью 12 денариев… Один солид золотом = 12 дена¬риям (стерлингам), ибо таково было среднее соотношение золота и серебра.
