- Лети к черту! – Крикнул я швырнув вниз пронзенного противника, и снова увидел Оли. Теперь она была рядом со сражающимися с урпами двуногими псами. Ее атаковал карлик на хищной птице. Но кентаврисса ловко надела подвернувшуюся под руку корзинку на секирообразный клюв. Перевернула птицу на спину и затоптала вместе с урпом. Мои друзья – кентавры тоже неплохо сражались. Нападая и отскакивая, они уложили немало урпов. Кентавры не давали им передохнуть. Менее мобильным урпам оставалось лишь обороняться. В это время на скалу поднялся еще один урп. Он был не крупный, обычно урпы не менее двух метров. В отличие от других, он был в доспехах и вооружен двуручным японским мечом. Мы схватились. Этот урп во многом превосходил остальных в фехтовании, стало понятно это с первой минуты. Видимо, он возглавлял отряд. Я долго пытался держать его на скользкой окровавленной дорожке. Но в конце концов он вытеснил меня с удобной позиции. Бились мы около получаса. У меня было превосходство – щит. Но вскоре и его я лишился. Мощным ударом противник сбил с меня каску(Вместо кавалеристской немецкой начала первой мировой я добыл советскую начала второй мировой.),но в тот же миг я сделал молниеносный выпад и пронзил врага. Жуткий вопль пронесся над пустыней. Мертвое тело рухнуло вниз. Все вокруг прекратили драться и смотрели на скалу. (Не будь у меня нового шлемы , остался бы я без головы и валялся сейчас под скалой вместе с заколотым монстром. Старый шлем тоже бы вряд ли помог – вовремя его Эрик выклянчил.)
Внезапно урпы заорали, но отнюдь не от горя. Прямо на меня летело гигантское чудовище. Мне удалось убить пару таких в начале своего путешествия. Но тогда у меня было ружье, а теперь даже арбалет зарядить не успею.Прыгнуть вниз означало погибнуть от мечей урпов, оставаться на скале тоже верная смерть. Вдруг я увидел Оли, скачущую прямо к скале.
- Прыгай на меня! - крикнула она, проносясь в трех шагах от урпов.
Я прыгнул как мог дальше. Оли поймала меня и на скаку забросила на свою спину. Чудовище промахнулось. Но вскоре его зловещая тень вновь нависла над нами. Оли увернулась от ужасной пасти. А я, изловчившись, перерубил крыло летучей смерти. Чудовище грохнулось об камни с такой силой, что земля задрожала. Мы тоже упали, ибо тварь зацепила нас. Я поднялся. Оли лежала рядом в полном изнеможении. Мой меч валялся в стороне. Подобрав его, я прикончил летучую смерть.
- Ты цела? – спросил я Оли.
- Да, но сил нет совсем.
В воздухе просвистела сеть, и я еле успел разрубить ее. Однако несколько других сильно опутали Оли. Двое людей-пауков кинулись ко мне, но тут же пали почти одновременно. Еще десяток рухнули на землю, утыканные стрелами. Пауки, напавшие внезапно, никак не ожидали сами нападения сзади. Они схватились за духовые трубки и начали перестреливаться с арбалетчиками, пришедшими нам на помощь из долины. Один из пауков все же прорвался ко мне. Ему не нужно было прятаться. Стрелы отскакивали от его панциря и шлема. Его меч был несколько короче моего, но тяжелее и шире. В правой руке он держал тяжелый круглый щит искусной работы. Лицо паука закрывало забрало в виде черепа, покрытое золотом. Паук оказался сильным и умелым бойцом. Мне оставалось надеяться лишь на мою ловкость, скорость и длину меча. Тем временем из леса, ломая ветви, вылетел огромный носорог. Он давил лежащих на земле пауков, раскидывал их саженным рогом. Те, что вскакивали на ноги, сразу же попадали под стрелы ящеров и пупсов. Оли несколько раз вырывалась из сетей и вновь попадала в них. Две паучихи, взявшиеся невесть откуда, принялись вязать ее веревками. Еще минута – и их клыки вопьются в тело кентавриссы. Паук-главарь понял это и захохотал. Отчаяние охватило меня. На этой планете не было существа ближе мне, чем Оли. Наверное, не только дружба связывала меня с красавицей. Я уже давно заметил, что любуюсь ею всякий миг и не могу прожить и дня, не увидев ее. Наверное, я влюбился. Но в кого? Впрочем, тогда мне некогда было раздумывать. Вложив всю ярость и силы, я нанес удивленному главарю такой удар, что меч не удержался в его руке и выпал. Вторым ударом был разрублен щит и шлем противника. Враг рухнул. Я кинулся к Оли. На моем пути вырос паук исполинского роста с секирой в руках. Пригнувшись, я увернулся от топора, нанеся удар в спину врага, и кинулся к самкам. Первая упала с распоротым животом, даже не успев поднять своего длинного кривого меча. Вторая – старая косматая ведьма, тощая, в отличие от других, получив удар ногой в лицо, свалилась ее в расщелину. Но старуха успела вонзить свои клыки в плечо Оли. Я разрезал рану, как мог, шире и выдавил кровь. Потом набрал в серебряный шприц крови из шеи еще бьющейся в агонии паучихи и всадил в плечо Оли рядом с раной. Кровь хищников почти всегда содержит противоядие их яду. А в крови пауков я не сомневался. Еще в лесу мне поведал эту тайну Серый Хвост. Лесные кентавры даже «прививают» соплеменников таким способом. Лишь я успел сделать это, как великан, пронзенный мною, вновь набросился на меня. На лице его была неописуемая ярость. Я уклонялся, наносил противнику уколы, но он продолжал драться с еще большим ожесточением. Старуха вылезла из пропасти и, подобрав трезубец, пыталась подобраться ко мне сзади. Когда ей это удалось, я настолько устал, что великан выбил мой меч. С диким воем старая ведьма кинулась пронзить меня. Но в последний момент, я смог увернуться и подтолкнуть старуху вперед. Великан тем временем тоже атаковал и напоролся на трезубец. Огромное лезвие целиком вонзилось в его живот. Он уронил топор, попытался выдернуть трезубец, взвыл от боли и рухнул на землю. Старуха замерла с открытым ртом, и мне хватило времени подобрать свой меч и отсечь ей башку. Великан вырвал трезубец, поднял свой топор, но вновь упал уже навеки. А передо мной снова появился сам главарь. У него была только одна рука. Вторая была отрублена чуть ниже локтя. На голове огромная рана, залившая кровью все лицо. Но сил у паука все же было побольше моих. Постепенно тесня, он загнал меня к краю пропасти. В его руке был кривой меч убитой паучихи. На самом краю он нанес мне такой удар, что я чуть не упал вниз. Однако его ятаган сам разлетелся вдребезги о мой меч. Паук не растерялся и швырнул обрубок мне в лицо. Я еле успел отвернуться. Острый обрубок все же порезал мне щеку. В тот же миг голова главаря отлетела в сторону, срубленная моим мечом. Шатаясь, я поплелся к Оли и начал разрезать ее путы. Выскочивший откуда-то огромный урп поднял над головой топор. И в тот же миг рухнул, придавив меня своей тяжестью. Принц склонился надо мной.
- Мы победили, - сказал он, - враг разбит полностью.
Глава 24. Беженцы
Глава 24. Беженцы
Потери среди жителей долины были незначительные. Несколько раненых ящеров. Гораздо больше было раненых среди гостей. Их исцелили, искупав в источнике, освященном богом дождя. Некоторых он даже оживил. Других торжественно похоронили посредством кремации. Человек-бык, рассказал, что он и его семья узнали о чудесной долине, в которой нет хищников и которой правит добрый король, и решили пойти туда. По дороге им встретилось несколько групп существ, держащих тот же курс, пока не собралась огромная толпа. В долине меня ждал еще один сюрприз. Через горные перевалы и пещеру громового эха, к нам явилась толпа не меньше первой. В основном она состояла из подземных пупсов, навозников и троглодитов короля Ивана, из чего стало ясно, что царству его пришел конец. Были здесь и жа-баки – люди, произошедшие от лягушек, или земноводные люди. Достигнув разума в этом типе, они создали когда-то гигантскую цивилизацию, правившую миллион лет на всей планете и уничтоженную злом. С появлением новых рабочих рук работа закипела как никогда бурно. На месте нашего первого дома возводилась огромная крепость из камня. На границе пустыни и зарослей кустарника строилась стена. Жа-баки были искусными строителями. Их цивилизация не знала металла, но зато научилась обрабатывать камни с невиданным совершенством. Поверхность камня под действием неизвестного раствора становилась нанесколько минут как пластик. Строители клали сверху другой камень, и после застывания их уже невозможно было разделить. Крепость получалась как будто вырубленная из скалы. Настоящим подарком оказался Мардук, так звали человека-быка, или бала, как называли его пупсы. И имя, и название вида люди-быки получили от землян. Попав сюда из Месопотамии, люди начали поклоняться им. Вместе с балами они построили великий город, названный Новым Вавилоном. Но потом, вдруг приняв монотеизм, люди уничтожили почти всех балов. Мардук оказался не только очень сильным и трудолюбивым, но и прекрасным инженером. Благодаря его чертежам мы сделали катапульты, водяную мельницу и маяк на башне, способный осветить даже пустыню. Мне тоже кое-что удалось. После нескольких неудачных попыток я все-таки отлил пушку. За неимением достаточного количества воска, мне пришлось вырезать ее из корнеплода, похожего по форме на редьку, но достигающего в длину 1,5 метра. Заготовку я обмазал глиной, после чего поместил в печь. Пушка получилась почти из чистого золота. Благо, этого металла было в избытке. И он лучше других подходил для таких сложных отливок такими неумелыми мастерами. Испытания прошли отлично. Пушка поразила цель на расстоянии триста метров с первого выстрела. Все присутствующие пришли в восторг. Только Оли, встряхнув головой, сказала, что эта штука грохочет еще хуже митральезы. Кстати, последнюю мне удалось починить. После возращения из пустыни мы не досчитались Зеленой Шишки. Я и Оли очень переживали за ящера, а пупс и буревестник просто злились.
