Люди Шуйских разнесли лабораторию Борисовых-Трубиных и перевернули там каждый камень, безрезультатно пытаясь отыскать там Ставра. Алхимики подали на Шуйских в дворянский суд, но тот принял сторону нападавших.

На следующий день после спасения Ставра и Клары в Верхней Палате Парламента состоялись слушания по вопросу продления госконтракта с домом Шуйских. Как и обещал, я доставил Феликса вовремя и ему удалось выступить, предоставив собранные нами улики, доказывающие участие дома алхимиков в покушении на жизнь мэра. Контракт с Шуйскими был продлен. Что до Борисовых-Трубиных, то от ответственности им благополучно удалось уйти. Новый начальник городской полиции замял дело и большинство жителей Империи так и не узнали о причине взрыва бытового газа в здании полиции. Я непрерывно ждал кровавой мести высокородных алхимиков, однако через пару дней нас со Ставром навестил Финист Старший Борисов. Он сообщил, что весной у главы дома Борисовых-Трубиных юбилей и нас с Шуйским приглашают на праздник.

Обычная и подпольная торговля между Альянсом и Империей возобновилась и не далее чем через неделю мы с Берестом перебросили за кордон свою первую крупную партию зелий. Я получил свои первые заработанные в этом мире деньги — и потратил их почти все за неделю, отмечая чудесное спасение Ставра. Мы непрерывно кутли в лучших клубах и ресторанах, перемещаясь от одного к другому исключительно на арендованных суперкарах. То, что осталось, я раскидал над городом, когда мы в субботу летали над ним на вертолете Ставра. В короткие минуты просветления ума я размышлял о том, как от перепродажи перейти к собственному производству — но умные мысли в те дни легко покидали мою голову.

А потом мне снова позвонила Лиза. В каком-то из странных миров нужно было украсть здание и перенести его целиком в мертвый город Лизы.

Ставр бросил все дела и отправился со мной. Стоя перед вратами в другой мир, он плакал.

Я умер примерно через месяц.

Проснулся ночью на раскладушке в палатке, что стояла посреди леса гигантских грибов. Мы как раз были на одном из заданий, взятых у Ловцов Времени — веселых парней из Вечного Советского Союза, что находится в конце времён.

Грудь жгло изнутри, в горле пересохло. Я встал с койки и вышел наружу, чтобы глотнуть свежего лесного воздуха. Сердце билось через раз, я чувствовал, как щупальца опутывают моё астральное тело. В следующую секунду всё исчезло. Ни света, ни звука. Я рассыпался кучкой пепла и на траву упал полупрозрачный камень, размером со страусиное яйцо. Полежал так час, не замеченный никем в спящем лагере, и, вспыхнув, провалился сквозь толщу пространства и времени.

Я очнулся на берегу реки в центре бескрайней выжженной солнцем степи. В фиолетовом небе сияли незнакомые мне звёзды. Проверил, на месте ли руки и ноги — вроде цел. Но лицо на ощупь было будто бы не моё. Слишком уж гладкое, точно женское. Вскочил на ноги и бросился к кромке воды. Сердце бешено колотилось. Глянул в отражение и с облегчением выдохнул. Слава богам — я всё ещё парень. Сильно помолодевший и совсем не похожий на себя. Зачерпнул воды руками и сделал несколько глотков. Холоднющая.

Поднял ладонь и раскрыл на ней блюдце портала — ну теперь точно можно выдохнуть. Погрузил лицо в зеркало и потянулся из Бездны к вратам в доме Лизы. Рука нырнула в тоннель, пальцы черпнули красный песок. Какого черта? Заглянул через тоннель. Мир, вроде тот же — красный песок, зеленое небо — но подвала нет, да и дома тоже.

Тяжело вздохнул и вынырнул. Ну что ж, придется топать своими ногами. Осмотрелся и неспеша зашагал вдоль реки. На горизонте огненной полосой разгорался восход.

Глава 22, что-то заканчивается, что-то начинается

Шестая Книга Благословенной Тьмы:

Когда Он ниспустился к нам, благодать его расцветила наш мир

Голодные рты счастливо улыбнулись

Голодные очи счастливо приоткрылись

Да воссияет сердце его вовеки

Пусть манит его свет к нам забытые души, дабы обрели они здесь

Вечный приют

Глава 23

Я посмотрел на небо. Там по-прежнему сияли звезды, они здесь не гасли. Заря время от времени окрашивала небосклон, но солнце никогда не всходило. Забыл, сколько времени провел здесь, путешествия вдоль медленно текущей реки. Ловил рыбу, создавая порталами водоворот и жарил её на костре. Все дни походили один на другой. Всё та же холмистая степь, всё та же река. Еще больше времени я проводил в Бездне, перетасовывая и настраивая карты заклинаний. Хотя в этом мире от них было мало проку. Оболочки, никогда не подводившие меня прежде, здесь попросту отказывались работать. Они отслаивались от меня самопроизвольно и мне приходилось постоянно возвращаться в многоцветные воды астрала, чтобы снова выловить их и закрепить. Лишь оболочки души и памяти держались крепко. Мой разум по-прежнему был на своём месте, но вот всё остальное…

Портал вновь заискрил и пропал, в который раз за пару минут. На мокрой траве била хвостом свежепойманная рыба. Наклонился чтобы поднять её и пальцы прошли сквозь неё. Повторил несколько раз, пока не ухватил скользкую тушку. Поднял другую руку к слабо светившемуся фиолетовому небу и посмотрел на неё. Сквозь полупрозрачную ладонь виднелись звёзды.

Истлевать я начал в первый же день здесь. Проснувшись, едва не потерял связь с реальностью. Всё в этом мире было настолько зыбко, насколько это вообще возможно.

Я несколько раз пытался связаться с Лизой, Кзафатом, Ставром — хоть кем-нибудь из тех, кто знал меня — но попытки открыть мои крошечные порталы к ним и поговорить напрямую заканчивались ничем. Места были те же — я видел красный песок до горизонта, видел заснеженные степи и зеленые холмы, но не мог найти ни единого следа присутствия человека. Казалось, их миры обезлюдили и превратились в точно такие же безжизненные пустоши, как и тот, в котором оказался я.

Так проходили день за днём. Идя в сумерках вдоль реки, останавливаясь лишь для того, чтобы поесть, привести себя в порядок и поспать. Изредка я купался в реке. Вода в ней была холодная и непроглядно черная, как тьма, которую я видел во снах.

В тот день я проснулся от странного ощущения присутствия чего-то чуждого. Открыл глаза и увидел над собой небо, всё то же, не привычное голубое, а темно-фиолетовое, с редкими звездами, которые светили тускло, словно сквозь плотную пелену. Вокруг простиралась бескрайняя степь с высушенной почти дочерна травой, которая блестела, как уголь, под редкими лучами света. Странное чувство заставило сердце забиться чаще, но не от страха, а скорее от радости. Если в этом тупике миров мне предстояло провести вечность, я был рад, что не был здесь один. Враг или друг — покажись.

Я сел, огляделся и понял, что и впрямь не один. В нескольких метрах от меня лежало странное существо, похожее на огромную тень с горящими глазами. Оно медленно поднималось, становясь всё выше и выше, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Походившая на шестилапого зверя с коленями, изогнутыми точно у насекомого наружу. Ветер сдувал с нее хлопья черноты, отчего зверюга, казалось, клубилась, точно столб дыма. Тут же попытался встать, но ноги не слушались. Существо приближалось, нависая полупрозрачной горой и я понял, что у меня нет выбора — нужно действовать.

— Тише, тише, — попытался урезонить её я, но тень лишь зарычала.

Я нырнул в Бездну, остановив ход времени, и спешно собрал себе боевую колоду. «Цепь», «Дыхание фурианской гончей» и «Когти древня». Все достаточно быстрые, они должны были сработать даже в этом мире постоянно сбоящей магии.

Вынырнул и первым делом попытался опутать тень. Зазубренная цепь сделала круг, захлестываясь на массивном теле, но в следующий же момент погрузилась в полупрозрачное тело и начала медленно опускаться. Дыхание и когти помогли ничуть не больше. Мощные удары разорвали полупрозрачный силуэт, но он тут же сросся вновь.