— И как долго я должен буду тебе служить? — спросил я, поразмыслив.

— Столько, сколько я пожелаю. Пока ты мне не наскучишь.

Я уставился на неё и внезапно мне стало смешно.

— Извини, но нет, — ответил я, — Я, конечно, научился исцелять свои раны. Вон — уже и рука отрастает. Так что, думаю, что не умру так скоро, как мне пророчили доктора. И вот это своё выигранное у судьбы время я хочу потратить весело и интересно, а не сидя в пустом доме за книгами. К тому же…

— Жить тебе по-прежнему осталось очень мало, — прервала мой монолог Лиза.

— Что, прости?

— Чуть больше семи недель, если быть точной, — ответила она.

— Но я думал…

— Думал, что смог обмануть судьбу, открыв пару клапанов в своём теле? Извини, но это так не работает. Тьма никуда не делась — она по-прежнему сидит в твоём сердце.

Я закрыл глаза и попробовал заглянуть в себя. Тут же открыл их и некоторое время сидел, уставившись в одну точку. Болезнь была за пределами моего материального тела, она прорастала в него своими невидимыми щупальцами, но коренилась где-то за пределами моей досягаемости.

Правда было еще кое-что. Болезнь будто бы замерла — она не тянула жизнь и счетчик отведенных мне судьбой часов остановился.

Лиза заметила перемену в моём лице и улыбнулась.

— А, так ты заметил? Действительно, как я могла упустить самое главное. В этом мире время не движется. Твоё сердце здесь спит, как и поселившаяся в нём тьма. Пока ты здесь, ты можешь жить столько, сколько захочешь. Хоть целую вечность.

Барни подал холодные закуски и ушел дальше присматривать за блюдом, которое, по его словам, должно было быть готово с минуты на минуту.

В целом, обед прошел прекрасно, я впервые попробовал песчаных червей и запеченного скорпиона размером с морскую черепаху. Некоторые блюда я не мог опознать и специально не спрашивал у Барни, что это такое. Впрочем, после сырой медвежатины почти всё, что угодно покажется деликатесом. Но слуга Лизы и правда был неплохим поваром. Мы с ней болтали о всякой ерунде, шутили и я понемногу начал привыкать к новому образу моей подружки.

— Ну так что ты решил? — поинтересовалась она наконец.

Я как раз почти одолел десерт. В буквальном смысле — брусничное мороженое в форме слизня отбивалось от меня вилкой и никак не давало отрезать от него ни кусочка.

— Нужно было поджечь его, как и советовал Барни, — сказал Лиза, с легкой улыбкой наблюдая за сражением.

— Мне эти ресторанные фокусы не очень нравятся, — ответил я.

— Поверь мне, — улыбнулась она, — В отражениях такого полно. В некоторых мирах рестораны просто потрясающие.

— Кстати об этом, — я поперхнулся, — Объясни мне уже, пожалуйста — что такое ключи, отражения и источник, о которых те маньяки меня расспрашивали.

— Ах это, — Лиза улыбнулась и посмотрела в сторону, — Оккультная чушь. Старые сказки, в которые даже я не верю.

— Я люблю сказки, — ответил я.

— В той лаборатории было полно документов об исследованиях «Андромеды», в том числе и об Источнике. Ты мог прихватить их с собой и почитать на досуге, раз так интересуешься.

Я закашлялся.

— А раньше не могла мне сказать?

— Да ну брось, — она отмахнулась, — Корень всех миров, Фонтан жизни, Желание желаний. Некоторым просто хочется верить в существование предмета, способного решить все их проблемы.

— Так его не существует? Этого Источника?

— Ну почему же, — ответила она, — Существует, он вполне реален. И к нему в самом деле ведут семь ключей, разбросанных по отражениям. Или семьдесят семь, или семьсот семьдесят семь — ну ты понял идею.

— То есть туда можно попасть? — спросил я.

— Можно. Но зачем? — пропела Лиза, — Вот, смотри — в твоём мире есть солнце, яркое и теплое. Дающее жизнь всему вокруг. Его наверняка любят, песенки про него поют, а в древности наверняка ему ещё и поклонялись.

— Да, — я кивнул, — Есть такое.

— А хочешь, мы сейчас откроем с тобой портал и отправимся на твоё солнце?

Она взмахнула рукой и в воздухе начал появляться полупрозрачный серебристый диск портала.

— Стой-стой-стой! — воскликнул я, отбрасывая вилку в сторону, — Это уже лишнее.

Она спятила?

В ответ Лиза рассмеялась и захлопнула не успевший открыться портал.

— Источник — то же самое, только гораздо больше. Считай его солнцем, освещающим мириады миров.

Солнце. Я вспомнил ослепительный портал и сияющее существо по другую его сторону. Видение, что посетило меня в той камере. Я попробовал сосредоточиться на нем так же, как сосредотачивался на целях для своих порталов.

Диск в руке вспыхнул тем же нестерпимо ярким светом, затопившим обеденный зал. Лиза вскочила из-за стола и вскинула руку в мою сторону, прокричав что-то на непонятном языке. Облако непроницаемой тьмы окутало мой портал и он захлопнулся вопреки моей воле.

— Ну, теперь ты меня пугаешь, — шутливо-обиженным голосом произнесла она, — Не смотри на солнце — можешь ослепнуть.

— Так это он, — спросил я, — Источник?

— Ага, — она кивнула, — Не сам он, но место довольно близкое к нему.

— Насколько близкое? — заинтересовался я.

— Я не знаю. В семи-восьми отражениях от него. Вверх по цепочке. Последовательности миров связаны в логические цепи, они как бы отпочковываются один от другого. Чтобы пройти вверх по цепочке к прародителю, нужно пройти каждый из миров насквозь.

— Немного запутано.

— Не думай об этом. Когда освоишься с путешествиями карта у тебя сама собой сложится. Считай это внутренним навигатором.

— То есть если найти эти ключи и запросто открыть портал к Источнику?

— Ты чуть мне дом не спалил, — засмеялась Лиза, — Открой ты портал в мир на одну ступень выше ты спалил бы нас и весь этот мир. Даже пепла не осталось бы.

— В самом деле очень похоже на солнце.

Я посмотрел на ладонь. Кожа на ней почернела и обуглилась от близости к порталу.

— Я видел в нём… кого-то.

— Это чистая, нефильтрованная магия. Чем ближе ты к сердцу Миров, тем она плотнее, гуще. Она выжжет тебе мозг, если будешь смотреть на неё слишком долго. Когда впервые связываешься с Источником, он показывает тебе… всякое. Это нормально, видения редко сбываются.

— Какие видения? — спросил я.

— Прошлое, будущее — но чаще всего то, чего не было и не будет. Считай это помехами.

— То есть я теперь связан с Источником? — спросил я.

— Мы все с ним связаны с самого рождения. Просто сейчас твоя связь усилилась, — ответила Лиза.

— То есть любой может получить связь с ним и стать таким как я или ты?

— Наши способности заложены при рождении, — ответила она, — Никто не может получить от него больше, чем он уже дал.

— А зачем тогда он «Андромеде»?

— Откуда же я знаю, — пожала плечиками девушка и снова посмотрела в окно, — Они чокнутые культисты. Можешь спросить их, когда снова встретишь.

Надеюсь, что больше не встречу, подумал я.

— Так к нашему разговору, — нетерпеливо повторила Лиза, — Что ты решил? Ты станешь моим учеником?

Слизень наконец пал и я, страшно довольный собой, наконец попробовал кусочек. В самом деле очень вкусно.

— Мне нужно подумать, — ответил я с набитым ртом, — А пока буду благодарен, если отправишь меня назад.

Хозяйка дома помрачнела.

— Думай сколько хочешь, — сказала она холодным голосом, — Но пока не надумаешь, будь моим гостем.

Весь оставшийся день я слонялся по мертвому городу, пытаясь сжиться с тем фактом, что я пленник и ничего не могу с этим поделать. Со всех сторон нас окружала красная пустыня. Мы были точно на острове, посреди жуткого океана. Почувствовав усталость, я вернулся в дом. Дня и ночи в этом мире не существовала — небо оставалось ярко-зеленым постоянно. Но на часах в прихожей было уже за полночь и я, зевнув, отправился в спальню.

— А ты не торопился, — сказала Лиза.

Девушка лежала на моей кровати одетая лишь в полупрозрачное бельё. Глаза её были черны, как бездна, а голову украшали аккуратные рожки.