Это прозвучало убедительно. Кевин первым побежал по ступеням наверх, за ним Гарри, Кэтрин и Дуэйн. Юной ведьме было очень страшно. Казалось, что она снова слышит тот шуршащий звук, что был в тумане, а еще что-то похожее на цокот когтей по каменному полу.
534/690
Лестница привела убегающих в ещё один коридор, который вывел их на открытую террасу — проход над ещё одним внутренним двором, вернее, двориком, судя по его небольшим размерам. Оттуда они попали на лестницу в ещё одном строении и уже начали подниматься наверх, когда Кэтрин сообразила, что больше не слышит сзади шагов Дуэйна.
— Гарри, остановитесь! Лорд Бёрк, мне кажется, он тоже отстал!
— Так, детки, теперь последним пойду я, — мрачно заявил Стефенсон, остановившись у двери, у которой заканчивались ступени. — Вы оба обязаны дойти до конца, не думаю, что осталось много, мы уже где-то рядом.
— Но вы… — всхлипнула Кэтрин.
— Вперёд! — гаркнул охотник, подталкивая в спину Гарри, который теперь шёл первым.
Юный маг резко распахнул дверь и зажмурился. Это был выход на стену противоположной стороны замка, за ней был небольшой лесок, а не воды озера. Видимо, туда можно было попасть через башню, что была видна впереди. Он помог выйти Кэтрин и выпрыгнул сам, когда услышал за своей спиной тихий шорох. Обернувшись, он чуть не закричал от ужаса. Кевина Стефенсона там больше не было. На месте, где он только что стоял, остались одежда, палочка и револьвер охотника. Гарри резко захлопнул дверь, чтобы не дать Кэтрин ничего разглядеть, хотя его самого потряхивало от случившегося.
Итак, они остались вдвоём. Осталось найти этот мордредов Переход и провести ритуалы. Блэк-Поттер почему-то был уверен, что если у них всё получится, то все, кто исчез по дороге сюда, найдутся, когда они будут возвращаться назад.
535/690
Глава 72. Переход: ритуалы
Гарри и Кэтрин бежали не просто по проходу, а по настоящему боевому
ходу [161] с полноценными бойницами во внешней стене замка, что говорило о том, что нынешний замок действительно раньше был крепостью, но предаваться изучению фортификационных особенностей постройки времени не было. Они мчались так быстро, как только могли, чтобы оказаться за стенами до того, как нечто, скрывающееся в тумане, их догонит.
Юные волшебники буквально впрыгнули в пространство башни, к которой бежали, и понеслись вниз по уже привычной винтовой лестнице без перил, которая сейчас не казалась им такой опасной, как прежде.
Когда ступени снова вывели их во внутренний двор замка, заполненный туманом, Кэтрин едва не задохнулась от ужаса, но Гарри, обернувшись, обрадовался и дернул на себя юную ведьму, указывая на то, что увидел. Башня оказалась надвратной, в нижнем ярусе её имелись ворота, которые были открыты, и за ними уже виднелся не белый туман, а зелень деревьев. Пробегая под толстым каменным сводом, юный лорд Блэк-Поттер обратил внимание на то, что на въезде
имелись и герсы[162], но они были тоже удобно подняты. У Гарри появилось отчётливое желание перерезать канаты, чтобы решётки упали вниз и никто не смог бы до них добраться на той стороне замка. Но, во-первых, решётка — не дверь, и остановить туман она не могла, а, во-вторых, им наверняка придётся возвращаться тем же путём, что они сюда пришли, и не следовало усложнять себе жизнь опущенной крепостной решёткой.
От ворот в сторону, противоположную от замковой стены, шла вымощенная камнем, но заросшая травой дорожка, снова уходящая в туман, однако уже не такой, что во внутреннем дворе замка. Он тоже был густой, но тёмно-серый, как осенние сумерки. Гарри взял Кэтрин за руку, и они пошли вперёд. Когда туман полностью окутал их, молодым волшебникам показалось, что в этих тусклых сумерках они утратили возможность различать цвета. Деревья и трава стали блёкло-серыми, словно выцвели от близости Перехода. Казалось, что каждую травинку, каждый листок пропитывают скорбь и печаль. Разум протестовал против того, чтобы продолжать путь, но юные маги чувствовали, что от них сейчас зависит, увидят ли они снова своих друзей, оставшихся в замке, да и смогут ли сами вернуться обратно. Сила воли была на исходе, приходилось с усилием заставлять себя передвигать ноги, двигаясь вперед.
Вдруг как будто что-то рухнуло прямо перед ними. Это нечто ощущалось как незримая, неподвижная и гнетущая стена, отделяющая мир живого от призрачного мира за Гранью.
— Мне кажется, пора провести первый ритуал.
Гарри проговорил эти слова практически шёпотом, но ему почудилось, что он почти выкрикнул их в царившей вокруг гробовой, мёртвой тишине. Казалось, что через сумрак не проникает ни звука.
Кэтрин достала из кармана уменьшенный до размера носового платка рюкзачок. Она увеличила его и вынула свечу, отлитую одновременно из белого и чёрного воска, а также блокнот с описанием всех ритуалов и словами, которые нужно было при их выполнении произносить. Юная ведьма подожгла фитиль и дала свечу в руки Гарри, а сама стала читать на древневаллийском текст, который в переводе
536/690
звучал примерно так:
«Живые — к живым, мёртвые — к мёртвым. Грань — Предел, за который не выходят мёртвые и куда не заходят живые. Грань меж миром мёртвых и теми, кому лишь предстоит умереть, созданная вечными силами».
Воздух взвыл, дрогнула земля, а пламя свечи вспыхнуло, как звезда. Гарри смотрел на Кэтрин, чьи волосы развевались на ветру. Юная ведьма, казалось, даже не замечала происходившего вокруг, а вот у него начала кружиться голова, а сознание проваливаться в пустоту. Пришлось собрать всю свою волю в кулак и заставить себя внимательно следить за тем, как движутся губы Кэтрин, произносящие слова на незнакомом ему языке, оттого казавшиеся особенно таинственными.
«Я никому не враг, мне никто не враг. Что с земли пришло и за Грань ушло, навсегда отошло. Закрываю Переход на четыре замка: один от Воздуха, один от Земли, один от Воды и один от Огня. Никто не выйдет, и никто не войдёт. Духи-тени, духи-стражи, не рождённые, не умершие, исполняйте долг за Гранью. Я, Хранитель, исполню свой».
Кэтрин закрыла блокнот и, достав небольшой кинжал, легонько полоснула себя по ладони. Ей требовалось всего несколько капель крови, чтобы пролить её на землю. Как только это произошло, резко потемнело, свеча погасла. Налетел новый порыв ветра, который унёс с собой и тьму, и серый туман. Листва и трава вновь стали зелёными, а небо голубым и светлым. Гарри почувствовал удивительное спокойствие и лёгкость, а еще присутствие силы, которая удерживала серую стену тумана. Та больше не была видна, но её наличие совершенно точно ощущалось.
Отбросив почти догоревшую и погасшую свечу, облегчённо вздохнув, Гарри вынул палочку и залечил ладонь Кэтрин.
— Что теперь? — спросил он юную ведьму.
— Теперь нужно просто магией защитить это место от всех нежелательных гостей, а потом провести ритуалы Мабона и заняться призывом осколков души Тёмного Лорда.
— Хорошо, — кивнул юный маг и стал исполнять сложные движения палочкой, накладывая различные чары. — Фианто Дури! Протего Максима! Репелло Инимикум! Репелло Магнетум!
Кэтрин залюбовалась своим сюзереном: его лицо было одновременно сосредоточенным и каким-то одухотворённым. Он был похож на мага из старых легенд и сказаний, которые она любила читать в детстве.
— Смотри, — сказал Гарри, указывая куда-то вправо. — Мне кажется, там очень подходящее для ритуалов место.
Кэтрин повернулась и увидела что-то вроде круга, а, точнее, кольца, сложенного из камней, внутри которого лежал большой гладкий камень.
— Чем не алтарь?
— Думаю, что подойдёт, но меня больше интересует вот какой вопрос: мы сможем сами провести ритуал призыва? Много ли нужно времени на подготовку? Не стоит
537/690
ли сначала разыскать остальных, чтобы все приняли в нём участие? Да и найдём ли мы их вообще… — Кэтрин судорожно вздохнула. Она, конечно, успела привязаться и к лордам Принцу и Бёрку, и даже к охотнику Стефенсону, и их потеря её очень расстроила бы, но утрата Одры, замечательной старшей сестры, что отчасти заменила мать, была бы просто трагедией.
