— Получается, что соперниками ему были бы только Невилл Лонгботтом и Драко Малфой?

— Это так, — снова согласилась с ним Одра. — Первый, у которого чуть больше прав, это Невилл Лонгботтом, чья прабабка Каллидора Блэк была дочерью вашего хорошего знакомого, лорда Арктуруса Блэка, сына Финеаса Найджелуса. Нарцисса Малфой, мать Драко Малфоя, дочь Сигнуса Блэка, правнука Финеаса Найджелуса, но не по линии Арктуруса Блэка, а одного из его младших братьев, тоже носившего имя Сигнус, образовавшего собственную, побочную ветвь Блэков.

— То есть, если бы Шеймус обратился в Совет лордов в случае моей гибели…

— И если он смог бы доказать, что он прямой потомок Айолы Блэк, скорее всего, состоялось бы разбирательство между ним, Невиллом Лонгботтом и Драко Малфоем за право наследовать Блэкам.

— Вот теперь я понял, почему Невилл был уверен в своем праве на наследство Блэков, но собирался для надёжности прибрать его, равно как и наследство Поттеров, через брак с моей вдовой Джинни Уизли, ещё одной с кровью Блэков. Теперь мимо денег Поттеров он пролетает, но, по всей видимости, не теряет надежды на наследство Блэков.

— Я вижу впереди берег Ирландии! — воскликнула Кэтрин.

494/690

Скоро было прибытие.

***

Природа в самом большом и самом южном ирландском графстве Корк была невероятно красива и разнообразна. Благодаря вечным дождям тут все было настолько зелёным, что трудно было поверить в естественность красок, а воздух пьянил сильнее, чем местный эль.

Здесь было много и крутых каменистых скал, и пологих зелёных склонов гор Слив-

Мискиш, Каха, Баллихура, Дерринасаггарт, Шехи и горы Маллагхарейрк[140]. Там же встречались потрясающей красоты ледниковые озера и высокогорные луга. Спустившись с гор, можно было прогуляться по пасторальным равнинным зарослям вереска и лесам. Не менее живописно выглядели и десятки километров побережья Уэст-Корка, где великолепные песчаные пляжи соседствовали с утёсами и отвесными скалами, о которые разбивались волны Атлантического океана.

Корк был намного южнее Льюис-энд-Харрис, и его омывало тёплое Североатлантическое течение, продолжение Гольфстрима, но это лишь благоприятствовало произрастанию тут некоторых видов средиземноморских растений. На западе Корка можно было встретить пальмы и цветущие фуксии. Теплее и спокойнее здесь не было. Зимой были часты штормы и ураганы, хотя и сохранялась плюсовая температура, лето же не баловало жарой, как и на Гебридских островах. И это было ожидаемо, ведь Три ворона на Льюис-энд-Харрис и замок Килбриттайн в Корке, принадлежащий роду Мэллори, разделяло всего примерно 750 миль, и часть из них — это воды Ирландского моря, которое путешественники уже пересекли, а затем аппарировали прямо к конечному пункту своего пути.

Замок Килбриттайн располагался на холме, откуда открывался потрясающий вид на живописную и тихую местность, где изумрудные поля перемежались с небольшими перелесками. Конечно, его построили на возвышении не ради красивого вида, а в оборонительных целях, но сейчас это уже не имело значения. Гоблины заранее расконсервировали замок, а здешние домовые эльфы, которых предки Кэтрин привезли с собой из Магической Британии, привели его в порядок.

В Ирландии, конечно, были и свои домовые — клураканы, но пользы от них было немного. Чаще всего они пребывали в весёлом состоянии подпития, катались на овцах и подбрасывали в воздух шляпы. Это было связано с тем, что они жили исключительно в винных погребах. Считалось, что клураканы следят за сохранностью вина и пива, но чаще всего выходило наоборот: они не отказывали себе в удовольствии промочить собственное горло охраняемыми горячительными напитками.

Килбриттайн был одним из старейших обитаемых замков в Ирландии. Конечно, он неоднократно подвергался перестройке, поэтому основанию и стенам насчитывалось под 1000 лет, но большая часть кладки современного замка относилась к семнадцатому, восемнадцатому и девятнадцатому векам. В частности, старый третий этаж основного здания был разобран, а вместо него надстроены новые, более современные и комфортабельные помещения, где и обустроились Гарри, Кэтрин, Одра и Кевин. Хозяйские и гостевые покои были ничуть не хуже, чем в Трёх воронах, а, возможно, даже и посовременнее.

495/690

Осмотр владения рода Мэллори занял около двух часов. Было бы и больше, но прогулку вокруг стен было решено отложить в силу общей усталости.

— Есть в замке и его окрестностях что-то такое, о чём мы должны знать? — осведомился у домовика-управляющего Стефенсон.

— В двух милях к западу от соседней с замком Килбриттайн деревней, что на дороге в близлежащий небольшой городок Кинсейл, прохожим в сумеречное время является огромная призрачная собака, ирландский волкодав. Таких в давние времена держали на псарне замка и выпускали, когда на замок нападали враги, — подумав пару секунд, флегматично доложил эльф. — Возле северной башни сохранилась яма, в которую бросали врагов, предварительно наполнив её кипятком. Оттуда иногда слышатся стоны и крики, но редко.

— Ну, раз редко, то и думать об этом не станем, — слегка улыбнувшись, что сделало лицо охотника более молодым, проговорил Кевин. — Предлагаю всем отдохнуть до завтра. Поутру приступим к нашей основной миссии.

***

Пирамида Темпло-Майор находилась в домене сокрытом и от маглов, и от большинства волшебников. Нужно было знать место входа и выставить верные символы на колесе священного календаря, чтобы попасть внутрь. Избранным было дано узреть пирамиду, возвышающуюся на 60 метров над поверхностью земли. На вершине её размещались два храма — в честь бога солнца и войны Уицилопочтли и бога дождя и плодородия Тлалока.

Вокруг пирамиды располагалось множество небольших зданий и парящих прямо в воздухе платформ. На одной из которых в тени навеса шаман Шикоба занимался изучением очередной древней «книги». Помимо того, что он был магом и врачевателем, Шикоба был мастером письма и занимался толкованием плодов

трудов древних тлакуило[141], в основном сборников поэм и исторических повестей, если их так можно было назвать.

Когда к платформе шамана приблизился чёрный дым, он нисколько не удивился, так как хорошо помнил, кто должен был явиться из него. Но был очень удивлён, неприятно удивлён тем, кто возник перед ним в этот раз. Шикоба медленно отложил в сторону изучаемый им свиток, взял уже набитую трубку и стал молча её раскуривать, разглядывая необычный вид своего гостя. Затем, сделав две глубокие затяжки, он произнёс:

— И кто ты теперь? Один из демонов Цицимитль[142]? Или божественный Тлалок

уже забрал твою душу, а передо мной живой труп? Что ты натворил, чичимек[143]?!

В конце голос шамана зазвучал почти грозно.

— Я умер и лишился своего тела. Это создано обрядом, в нём только часть моей души.

— Всего этого не должно быть. Ты сам ощущаешь, насколько ты чужд миру живых?

— Да, я уже понял, насколько ошибся.

— Я же говорил тебе, что Шипе-Тотек не вернёт тебя снова к жизни после смерти,

496/690

потому что не увидит твою душу. Ты не услышал меня. Вместо того, чтобы соединить осколки, ты ещё больше её расколол. В сердце твоём уже тогда засел

магуай [144].

— Помоги мне собрать душу обратно, — тихо проговорил Риддл.

— Это тебя уже не спасет. Тогда, в прошлый раз, я смог бы вернуть целостность твоей душе, чтобы ты жил дальше. Но ты уже мёртв, только душа твоя застряла в этом мире. Если ты хочешь снова родиться, тебе нужно собрать душу и отправить её за грань.

— Собрать и умереть?

— Нет, не так просто. Ты уже умер, божественный Тлалок уже приходил за твоей душой, но не нашел её. Теперь тебе нужно собрать душу и найти переход и того, кто тебя переведёт за него.

— Ты можешь помочь мне все сделать?

— Я расскажу тебе, как, сделаю амулет, который поможет. Но тебе нужен переход ближе к месту, где ты был рожден. Они есть везде, ты найдешь свой, я знаю.