— Тут почти всё ясно. Девица должна была принести деньги Поттеров и Блэков и в свою семью, и Дамблдору. Плюс, ещё у неё помолвка с Лонгботтомом. Не знаю, как Альбус собирался распутать весь этот сложный узел матримониа́льно-наследственных дел, чтобы сын Августы смог стать полноправным наследником, но до этого, мы конечно, не дадим дойти. Однако я бы поболтал с бывшим директором Хогвартса. Наверняка у него много секретов в рукаве, — хмыкнул Торфинн.

— Боюсь, такого шанса у нас не будет. Лорд Блэк-Поттер вряд ли оставит его в живых после того, как сам с ним пообщается. Мы ему в этом мешать не будем, — проговорил Яксли. — Как и во всём остальном.

— А с этой шлюшкой что будем делать?

— С девицей Уизли? Прикажи привести её ко мне.

Джиневра, три дня не видевшая своего брата, очень испугалась, когда за ней пришли. Камера уже казалась ей безопасным местом, поэтому она покусала и исцарапала двух Пожирателей, которые вынуждены были её связать.

— Сопротивляемся, значит, властям, — проговорил Корбан, когда Джинни усадили перед ним. — Я изучил ваши предыдущие показания и, с учётом возраста, не считаю, что вас стоит определить в Азкабан. Поскольку OWLs вы уже сдали, можно было бы направить вас на исправительные работы. Но молодой чистокровной ведьме, хоть и из рода Предателей Крови, не место среди простых работников. А учитывая ваш прошлый, хм… так сказать, специфический постельный опыт, я бы не хотел, чтобы меня потом обвиняли в том, что с вами может произойти.

— Меня отпустят домой? — со слабой надеждой в голосе спросила покрасневшая Джинни, догадавшись, на что намекал этот страшный Пожиратель.

— Нет. Вы останетесь здесь до утра первого сентября, когда отправитесь на дальнейшее обучение в Хогвартс.

Глаза Джиневры загорелись, она даже подумала сначала, что неправильно поняла говорившего.

— Министерство выделило средства для закупки для вас полного комплекта вещей и учебников. Но вы будете ограничены в правах. Ваша волшебная палочка будет вам выдаваться только на тех уроках, где она необходима. А на все учебные

437/690

мантии за оставшееся время до отъезда пришьёте вот эти нашивки.

Яксли кончиком собственной палочки пододвинул к юной ведьме стопку алых кругов с буквами ПК.

— Все в Хогвартсе должны знать о вашем статусе Предателя Крови и принимать осознанное решение, общаться с вами или нет. Вашим персональным куратором будет новый заместитель директора Роберт Трэверс. Он будет контролировать вашу успеваемость, поведение и наказания. При первой его жалобе мне вы поменяете школьные мантии на робу заключённых Азкабана. Вам всё понятно?

— Да, сэр! — Джинни постаралась изобразить серьёзность и раскаяние, хотя в душе ликовала. У неё полно друзей на Гриффиндоре, там будет и Лонгботтом, которому она, по плану Дамблдора, должна помогать. Было только одно «но». Она же не стала вдовой Поттера, что скажет Невилл по этому поводу?

***

— Эта помолвка с девчонкой Уизли была огромной ошибкой, — заявила Августа, расхаживая по гостиной перед Невиллом, сидевшим в кресле с угрюмым выражением лица.

— Во всем виноват Дамблдор! Если бы он не упустил Поттера, весь наш план удался бы, а он был почти идеальным, — буркнул Невилл.

— Дело именно в этом небольшом «почти», которое разрослось в огромную проблему. Разрыв магического контракта по нашей инициативе сильно ударил бы по тебе, внук, но, мне кажется, у нас появился шанс расторгнуть эту, теперь бесполезную, помолвку за счёт Уизли. Они и так Предатели Крови, так что ещё один откат не заметят.

— Что это за шанс? — оживился юный волшебник.

— Немного пострадает твоя репутация, так, скажем, возможно, ты на некоторое время станешь героем сплетен и анекдотов, но зато никаких откатов.

— Ты узнала о моей невесте что-то такое, что делает наш брак невозможным?

— Да, мне прислала письмо Амалия Гринграсс. Она вчера была на суаре у Терезы Нотт, и там обсуждались такие новости… Опуская подробности, как именно это стало известно, сразу перейду к делу. Джиневра Уизли давно не девственница, а последние постельные подвиги она совершала с домовым эльфом, — проговорила Августа с хищной улыбкой на лице.

— Мордред и Моргана! — воскликнул Невилл, и его передернуло только от одной мысли, что он бы… Ну ладно, после Поттера, но домовик!!!

— Нужно срочно назначить встречу с Артуром в Гринготтсе. Без Молли. Думаю, что он согласится стать инициатором разрыва помолвки в обмен на неразглашение с нашей стороны её причин.

— Да, только чем мы расплатимся с Эбботами, если не получим денег Поттеров и Блэков?

— Мы их получим, просто другим способом. Всё будет так, как и запланировано,

438/690

только к моменту смерти Поттера не должно остаться в живых ни одного претендента на его наследство, и тогда Магии просто не из кого будет выбирать.

— Ты представляешь себе, о ком говоришь? Кровь Блэков течёт у Нарциссы и Драко Малфоев, Андромеды и Нимфадоры Тонкс. Вся семейка Уизли — дети Блэков сразу по двум линиям, матерям и Молли, и Артура. А главное, наверняка могут быть и неучтённые наследники, о которых мы ничего не знаем… Всё было так хорошо и просто, и надо же было Поттеру неожиданно поумнеть!

***

Как только Молли оказалась дома, она отправила Дамблдору гневное послание с требованием прибыть к ним немедленно, чего он, однако, не сделал, будучи занят в пабе. Альбус выбрался к Уизли в половине первого ночи, когда «Голову борова» покинул последний посетитель.

Из гневных выкриков Молли ничего нельзя было понять, потому, к неудовольствию обоих супругов, Дамблдор наложил на неё связку Силенцио плюс Инкарцеро и только тогда, выслушав Артура, понял, о чём идёт речь.

— Я готов приложить все усилия, чтобы прояснить судьбу Рона и Джинни, но тот скандал, что устроила в Комиссии Молли, ты уж прости, Артур, это вина исключительно твоей супруги. У вас есть взрослые сыновья, обратитесь к ним, пусть ссудят вас деньгами на выплату штрафа.

После этих слов, сославшись на поздний час, Альбус отбыл к себе в Хогсмид, предварительно наложив на Молли Сомнус, чтобы без последствий вернуть ей речь и подвижность, а супруг Мобиликорпусом доставил жену в спальню.

С утра, после бурного завтрака, Артур и Молли отправились в почтовое отделение на Диагон-аллее, чтобы отправить письмо Биллу с международной почтой, и с удивлением обнаружили опечатанный магазин близнецов.

Никто ничего не хотел рассказывать Уизли, и только мистер Локскипер, хозяин букинистического магазина, как он гордо называл свою лавку книжного старьевщика, затащив Артура в тёмный угол за книжные полки, нашептал, что вчера приходила страшная розовая ведьма с аврорами, собираясь, видимо, арестовать «мальчиков», но тем удалось улизнуть. Авроры под руководством этой дамочки перевернули всё внутри магазина, кое-что конфисковали, а потом опечатали помещение специальными чарами, оповещающими Аврорат, если кто-то попытается попасть внутрь.

— И куда делись эти паршивцы? — сверкнула глазами Молли. — Говорила я им: не нарывайтесь! И теперь, когда у нас каждый галеон на счету, ещё и закрылся магазин!

— Вернёмся домой, возможно, Фред и Джордж уже ждут нас там! — предположил Артур.

Но вместо сыновей их ожидало два официальных письма. Одно из Министерства, а второе — из Гринготтса. Первое уведомляло о том, что их дочь Джиневра временно передаётся под опеку заместителя директора Хогвартса Роберта Трэверса и послезавтра отправится на обучение в Хогвартс. Сообщалось, что на время её нахождения в школе ей запрещено покидать замок, а родители отстраняются от воспитания дочери. Окончательно её судьба будет решена либо

439/690

после успешной сдачи NEWT, либо, если она не сможет вести себя пристойно и достойно учиться, в тот момент, когда её отчислят из Хогвартса. Министерство берёт на себя расходы по обеспечению Джиневры Молли Уизли всем необходимым на период обучения.

— Слава Мерлину! Теперь мы будем знать, где Джинни, и что ей ничего не угрожает, — выдохнул Артур, вскрывая послание из банка, в котором гоблины требовали его срочного присутствия по неотложному делу. Отдельно было указано, что присутствие миссис Уизли не приветствуется.