— Но зачем? — спросил Люпин сам себя. — Почему он сделал такой выбор?
Он был уверен, что Дамблдор никогда ничего не делал просто так. Все его ходы были продуманы и делались для достижения определённых целей, иногда настолько отдалённых по времени, что их трудно было разгадать.
Ещё Лайелл Люпин знал, что для Альбуса никто не имел большой цены. На своей «игровой доске» он жертвовал своими пешками, конями, слонами абсолютно спокойно, учитывая лишь то, какую пользу принесет смерть того или иного участника игры под названием «жизнь». Вероятно, он слил бы и ферзя, только бы король продолжал двигаться по клеткам, чтобы партия продолжалась.
Лайелл Люпин вздохнул. Боль и горечь от утраты сына всегда были с ним. Теперь, когда настала полная ясность, что тот был убит по приказу Альбуса Дамблдора, ему стало интересно, кем Ремус был для Дамблдора?
Лайелл вспомнил многочисленные рассказы о Дамблдоре своего сына, приезжавшего на каникулы из Хогвартса. Он видел, что Альбус был внимателен к проблемам Ремуса, старался создать приемлемые условия для его обучения в школе. Он, казалось, был заинтересован в том, чтобы оборотень закончил Хогвартс, оказывал поддержку в сложные моменты… Но Белтайн 1981-го года изменил всё.
Мотивы поступка сына были уже не так и важны. Имел значение только факт предательства, которое позволило свершиться страшному преступлению, унесло много жизней добропорядочных волшебников. Кровь убитых запачкала руки Ремуса по самый локоть, а проклятья силой уведённых в лес ведьм заставили почернеть ауру.
Его сын, скорее всего, был для бывшего директора Хогвартса простой пешкой-неудачником, который, единожды предав, прожил совершенно никчёмную короткую жизнь и, как ненужный расходный материал, был приговорён к позорной смерти под каким-то кустом.
Грюм предпочёл покинуть паб через камин. Не повезло: он направился не к себе домой, а проговорил «Три гоблина и кентавр», название трактира в Аппер-Фледжли. Вряд ли он переместился туда, чтобы поесть. Скорее всего, выйдет на улицу и аппарирует домой. Ничего, они снова его выследят, и можно будет покончить с этим калекой с гнилым нутром.
Теперь, исходя из того, что Лайелл знал раньше и что услышал теперь, ему стало ясно, что нападение на домен Поттеров было организовано Дамблдором. Такой вот интересный светлый волшебник.
396/690
Люпину до ужаса захотелось обернуться прямо тут, в пабе, и разорвать горло этому мерзкому типу. Но он не собирался ложиться под топор палача.
— Уходим отсюда, — быстро сказал он своему сопровождающему, бросил на стол пару монет, резко встал и почти выбежал на улицу.
Ветер освежил голову. Рядом шумел Запретный лес. Он не станет убивать Дамблдора, а напишет о том, что видел и слышал, лорду Блэк-Поттеру. Для его собственной мести хватит и Грюма. У молодого лорда для мести Альбусу было намного больше причин.
***
Оба зелья, и улучшенный маг-модулятор, и Et nucleos, находились в стадии «выстаивания». У Северуса образовалась пара часов свободного времени, и он незаметно выскользнул на свежий воздух. Дом был небольшой, и зельеварня, соответственно, тоже. Работать в ней было непросто.
Началась последняя неделя августа, когда природа в Грампиа́нских горах ещё пытается удержать зелёный окрас, но уже начинает претерпевать изменения в своей палитре, а по ночам и в пасмурные дни вовсю чувствуется холодное дыхание приближающейся осени.
На горных склонах Бен-Невис и Бен-Макдуи на деревьях начинает появляться золотисто-жёлтая и оранжевая листва, создавая вместе с зелёной травой и синим небом потрясающие по своей красоте пейзажи.
Северус бродил по окрестностям, отмечая, что цветов стало намного меньше. Однако это не омрачало его настроение, так как он знал, что ранняя осень в горах Шотландии богата другими природными сокровищами. На горных склонах обнаружились зрелые ягоды некоторых магических растений, используемые для варки зелий.
Трансфигурировав небольшую корзинку из носового платка, зельевар стал осторожно собирать их, чтобы пополнить свою кладовую собственноручно сделанными, а, значит, качественными запасами.
Повсюду было много золотистого обузинника, при желании можно было навязать целые снопы, но не за этим он поднимался всё выше и выше по склону. Когда дом, где сейчас находился Тёмный Лорд, оказался внизу, Северус отправил Патронус для Одры Норвич де Гастингс с сообщением, что с ним всё хорошо и он скоро появится.
Эта девушка неожиданно проникла глубже в его личное пространство, чем он кому-нибудь позволял. Ближе была только бедняжка Лили до того, как Дамблдор сделал из неё марионетку, и она совершенно по-другому стала к нему относиться.
До недавнего времени Северус был уверен, что ему не пережить нового витка противостояния между Дамблдором и Тёмным Лордом. Всё изменило письмо Гарри и его воспоминания о подслушанном разговоре, где Дамблдор раздавал имущество его рода, на которое даже он сам не заявил свои права. Это было так цинично и буднично сделано, что Северуса охватило возмущение, и он просто из принципа отправился в Гринготтс и стал главой рода Принц, возложив тем самым на себя обязанности по его восстановлению.
397/690
Умирать теперь было нельзя, да уже и не хотелось, особенно после того, как вскрылись многие очень неприятные факты. На Лорда после увиденного в Омуте памяти он смотрел теперь даже с жалостью, а Дамблдора с удовольствием ещё несколько раз заавадил бы, причем без промедлений и любых сожалений.
Северус решил двигаться вперёд. Он не собирался больше позволять прошлому определять его будущее. Сейчас главными его целями были быть полезным в осуществлении Кровной мести молодым лордом Блэком-Поттером, что означало, среди прочего, уничтожение Дамблдора, и защищать близких, среди которых, неожиданно для него, оказалась новая версия Гарри Поттера, которая очень ему нравилась, и ведьма со старинным именем Одра, взгляд чьих голубых глаз он часто чувствовал на себе, когда бывал в Трёх воронах.
Одра Норвич де Гастингс была внешне привлекательной леди, с тонким чувством стиля. Её грациозность и элегантность привлекали внимание. Но не только это нравилось в ней Северусу. Одра была хорошо образована, обладала острым умом. Разговоры с ней всегда были удовольствием для него, но самое главное, зельевара поражало, что сама Одра смогла его понять.
Северус привык скрывать свои чувства и эмоции за холодной и равнодушной маской, но в присутствии Одры маг ощущал, что его сердце оживает и бьётся снова. Она смотрела сквозь его не самую привлекательную внешность и видела то, что мало кто другой мог рассмотреть. Его настоящего, каким он был на самом деле.
Северус чувствовал, что Одра может своим волнующим присутствием в его жизни стать источником вдохновения и счастья, его партнёром, прочная связь с которым будет основана не только на страсти, но и на взаимном уважении и понимании. Ради такой перспективы стоило постараться выжить!
***
Гермиона все дни проводила за переводами «Веда Словена». Грозданка Крам наложила на его страницы специальные чары, которые удерживали всё внимание Грейнджер на нём до тех пор, пока она не закончит последнюю страницу.
— «Обряд получать ясно». Нет, видимо, это «Обряд обретения ясности». Интересно-интересно. Так, что тут дальше… «Благодаря этим чарам вы получите возможность ясномыслия, которое позволит взглянуть на всё под другим углом». Зарядите под полной луной ключевую воду и ждите новолуния. За сутки до него сварите «Зелье ясности».
Ингредиенты:
1 мера очищенной воды;
½ унции листьев полыни;
½ унции сухой валерианы;
½ унции цветков лаванды;
¼ унции высушенной и истолчённой смолы стираксового дерева.
Варить на среднем огне, добавляя в указанной последовательности все ингредиенты с интервалом в четверть часа.
Обряд.
398/690
В новолуние налейте заряженную воду в тёмную чашу, добавьте туда половину «Зелья ясности». Перемешайте. Поставьте рядом две свечи — слева и справа от неё. Зажгите их и сконцентрируйтесь на намерении увидеть всё, что хотите, наиболее ясно. Выпейте оставшуюся половину зелья. Закройте глаза и медитируйте 10 минут. Затем откройте глаза и произнесите, вглядываясь в воду: «Открой мне неведомое, ясно яви известное». Вам явятся в воде определённые образы, а само ясномыслие придет не позднее дня после ритуала.
