Не знаю, сколько времени я просидела там, погружённая в рыдания, но вынуждена была собраться с силами и пойти умыться. Глаза опухли, лицо покраснело. Прохладная вода немного успокоила раздражённую кожу, но этого оказалось недостаточно. Я разделась и залезла в душевую кабинку и, когда едва тёплые капли заструились по телу, начала расслабляться. Мысли приходили в порядок, собираясь в неполную цепь событий. Русалка стала причиной случайной встречи с мистером Хаслером. Случайной ли? Далее моё похищение и нападение на дом Вильгельма в Цюрихе. Полёт в Штутгарт, встреча с Фабианом и опера. Эти события должны нас куда-то привести?
Я вышла из спальни и прошла в гостиную; там по-прежнему сидели эти трое. Только сейчас они были более расслаблены, а на стеклянной поверхности журнального столика стояла бутылка, содержимое которой выглядело как виски (этикетки не обнаружилось), и несколько стаканов.
– А вы не думали, что русалку выпустили с определённой целью? – заговорила я, приковав к себе их взгляды. – Или Торрес всегда активно на вас охотился?
– Сейчас он создаёт намного больше проблем, – заговорил Карл, – но русалочка была отвлекающим манёвром по другому поводу.
– Какому? – удивилась я, осматривая присутствующих.
Карл переместил взгляд с меня на Вильгельма, будто спрашивая разрешения. В ответ на этот невербальный запрос бог Смерти лишь усмехнулся, но затем решил продолжить сам.
– Торрес посчитал, что вправе красть то, что принадлежит мне. – мужчина сидел рядом с Фабианом, смотря в пустоту перед собой.
– Что он украл? – решилась на вопрос я, присаживаясь на пустующий диванчик. Вильгельм внимательно посмотрел на меня, будто пытался «прочитать».
– Кажется, ma chère, – начал Карл, – ты задаёшь слишком много вопросов. Это может иметь серьёзные последствия.
– Хуже уже вряд ли будет, – серьёзно произнёс молчавший до этого Фабиан, – Темпус и так в курсе всего, а раз она ещё ничего не сделала, значит, так и должно быть.
Я нахмурилась и посмотрела на хирурга.
– Вы случайно не заболели? Такой серьёзный… А боги могут болеть?
Моя попытка разрядить ситуацию вызвала у всех тёплые и весёлые смешки. Карл из ниоткуда достал ещё один стакан и наполнил его жидкостью из бутылки.
– Выпей с нами, ma chère, – мужчина протянул его мне и подмигнул, – тебе сейчас нужно.
Я сделала глоток, который обжёг горло, оставляя послевкусие апельсиновой кожуры. Крепкий, терпкий и ароматный виски. Удивительно – я даже не задумалась о содержимом, просто выпила.
– Да у нас тут маленький алкоголик появился, – хихикнул Фабиан, заметив, как мои щёки покраснели.
– А! Как ты догадался?! – наигранно удивилась я, сдерживая смешок.
От наших слов Карл расхохотался, схватившись за живот. Уголки губ Вильгельма слегка приподнялись, создавая подобие улыбки.
***
Стакан за стаканом, и я уже не помнила, как оказалась в своей постели, в пижаме. Потянувшись, села на кровати, пытаясь вернуть чёткость расплывающемуся пейзажу комнаты. Голова не кружилась, даже не болела. Я слегка удивилась этому.
Умывшись и переодевшись, услышала, как с громким хлопком закрылась входная дверь. Любопытство взяло верх, и я выглянула из комнаты. В прихожей стояли две высокие красивые женщины, явно чем-то недовольные. Они даже не заметили меня – сразу прошли в гостиную.
– Лучше пока не выходи, – раздался шёпот позади. Я широко распахнула глаза и оглянулась. Это был Руэд, на его плече висела сумка, да и оделся он так, будто уходит. Из соседней комнаты вышел Клаус и улыбнулся мне.
– Что происходит? Куда вы? – заволновалась я.
– Господин велел вернуться в Цюрих и решить кое-что, – проворчал Руэд, – да и сказал, мол, восстановиться мне надо.
– Руэд, – я жалобно пискнула и обняла товарища, – это всё из-за меня!
– Не говори глупости, красотка, – усмехнулся мужчина, приглаживая мои волосы. – Вылечусь, и мы прилетим к вам, обещаю.
– Ну что за ребёнок, – мягко проворчал Клаус, – увидимся, красотка!
Я разжала объятия, выпуская Руэда и вытирая выступившие слёзы.
– До встречи, – улыбнулась я.
И вот я осталась наедине с богами…
Стояло раннее утро. Я прикрыла дверь в свою комнату и направилась в столовую. Проходя через гостиную, получила несколько странные взгляды от прибывших дам.
– Доброе утро всем, – поприветствовала всех присутствующих я.
– Доброе, – пропел Фабиан, улыбаясь. На диване, сбоку от хирурга, расположились гостьи.
Щёлкнул замок двери кабинета Вильгельма: дверь отворилась, вышел хозяин дома. Он хмуро кивнул мне, даже не удостоив взглядом. Что это? Я покосилась на Фабиана; тот подмигнул мне, вызвав ещё больше непонимания. Что-то мне подсказывало, что я могла по пьяни натворить лишнее…
Гостьи были очень красивы: у одной волосы выглядели настолько светлыми, что, если бы не золотой отлив, она казалось бы седой. Глаза её блестели золотом, будто она само солнце; имелись пухлые губы, такие яркие на фоне кожи, и вздёрнутый нос. На ней было шёлковое платье на бретельках, открывающее тонкую шею и узкие плечи. Такая молодая и красивая – она смерила меня хмурым взглядом.
Вторая девушка была чуть ниже ростом и более мягкой комплекции. Округлое лицо и такие же круглые глаза цвета моря… Волосы цвета спелого каштана красивыми волнами спускались с плеч. Оделась она в зеленоватое платье со множеством цветов с рукавами-фонариками. На её шее висел странный кулон в форме ветки. Она загадочно улыбнулась мне.
Я вошла в столовую и прошла к кухонному островку, где меня уже ждал завтрак. В животе затянуло от голода, и я не стала томить себя ожиданием, приступив к еде.
– Темпус недовольна, ведь ей приходится разгребать всё за вами и Торресом, – заговорила мелодичным голосом одна из пришедших. К сожалению, я не видела, кто именно. – И потому она созывает Совет. Должны будут явиться все.
Меня удивило, что они заговорили по-английски.
– Она прекрасно знает о происходящем, – задумчиво проговорил Фабиан, – видимо, случилось что-то ещё?
– Торрес следил за Карлом; не так давно искал его, – заговорила вторая, в её голосе ощущалась скорбь, – но на его пути оказалась… Он убил Виту! И теперь считает себя 6 ранга! Несмотря на то, что это была не дуэль, а кровавая расправа. Он убил её! Понимаете?!
В конце своей речи девушка даже повысила дрожащий голос. Казалось, она всхлипнула. Еда более не лезла мне в рот: я отложила приборы и вышла в гостиную.
Повисла тяжёлая тишина; она будто обволакивала.
– Наказание за убийство – казнь, – нарушил тишину Вильгельм, – Темпус уверена, что Торрес явится?
– Это не всё, что он сотворил, – скорбно проговорила блондинка, уже спокойнее, – до этого он пытался убить троих из замыкающих список богов, одного серьёзно ранил. Сейчас они в Цитадели.
– Но самое интересное, – заговорила темноволосая, – всё это было совершено твоим оружием, Вильгельм!
Мужчина задумчиво потёр подбородок: в его глазах плескались яркое негодование и нарастающий гнев. Впервые эмоции были четко выражены на его лице.
– Он украл моё оружие десять лет назад…
– Это не оправдание! – воскликнула блондинка, встав с места.
Бог Смерти поднял на неё взгляд.
– Я не оправдываюсь, – прорычал он, заставив девушку снова сесть. – Сегодня мы отправимся в Зальцбург, и к назначенному дню я буду на Совете.
Девушки поднялись.
– Помни, что людям в Цитадели долго находиться нельзя, – сказала брюнетка, и от взмаха её руки обе гостьи исчезли в белой дымке.
Мужчины молча переглянулись, будто продолжая переговариваться. Фабиан мельком взглянул на меня, но потом вновь уставился на друга.
– Что такое Цитадель? – спросила я, присев на уже пустующий диванчик. – И почему людям нельзя долго там находиться?
– Любознательная, – усмехнулся Фабиан.
Вильгельм хмуро посмотрел на меня, но быстро вернул внимание к своим рукам, сложенным в замок.
– Цитадель – место, где боги живут с самого своего появления, – начал он. – Там проходят Советы, празднества и поединки, оживляя священное место. Это Обитель богов, а для смертных пребывание в тех стенах может привести к безумию всего за несколько часов – так велика энергия, витающая в воздухе.
