Феликс остановился перед массивными воротами из потемневшего от времени дерева, украшенными искусной резьбой в виде волн и водоворотов. Две статуи драконов охраняли вход, их глаза, казалось, следили за каждым движением.

- С возвращением в школу Текущей Воды, - Юй Си изящно поклонилась, приглашая его войти.

За воротами открывался целый мир - террасы и павильоны, спускающиеся по склону горы, соединенные между собой каменными мостиками и лестницами. Вода была повсюду - журчащие ручьи, маленькие водопады, искусственные озера с лотосами. По мере их продвижения через территорию школы Феликс отмечал детали, складывая их в общую картину мира. Обитатели школы двигались с едва заметной тревогой, разговоры стихали, когда они проходили мимо, взгляды следили с настороженным любопытством. Старшие ученики спешили между павильонами, сжимая в руках свитки с печатями. В воздухе витало ощущение приближающейся опасности.

Здесь идет подготовка к чему-то серьезному, подумал Феликс, замечая, как нити вероятностей вокруг сгущаются и переплетаются все сложнее, и это связано со скверной.

Павильон Лунного Света располагался на террасе школы, к нему вела отдельная извилистая лестница, каждая ступень которой была украшена резными изображениями фаз луны. Воздух становился прохладнее, наполнялся влажностью и едва уловимым ароматом горных трав. С каждым шагом вверх ощущение присутствия чего-то необычного усиливалось, нити вероятностей здесь казались более плотными, более осязаемыми.

Когда они преодолели последний подъем, солнце уже касалось горизонта, окрашивая небо в оттенки пурпура и золота. Перед ними открылась поразительная картина - павильон Лунного Света парил над обрывом, поддерживаемый только тонкими каменными колоннами, казавшимися слишком хрупкими для такой конструкции.

Сам павильон был изящным восьмиугольным строением с крышей, изогнутой подобно крыльям птицы, стены, выполненные из какого-то полупрозрачного материала, мерцали в лучах заходящего солнца, создавая впечатление, будто здание соткано из затвердевшего света.

- Мастер ожидает вас внутри, - Юй Си остановилась у входа и почтительно склонила голову. - Будьте осторожны в словах, у стен бывают уши, а у скверны - глаза.

Это предупреждение прозвучало неожиданно, заставив Феликса внимательнее взглянуть на девушку. Было ли это обычным предостережением или попыткой намекнуть на что-то большее? Нити вероятностей вокруг нее оставались ровными и спокойными, не выдавая скрытых мотивов.

- Благодарю за предупреждение, - кивнул он и, сделав глубокий вдох, шагнул через порог.

Юй Си удалилась.

Внутреннее пространство павильона оказалось больше, чем можно было предположить снаружи. Воздух здесь дрожал от едва заметного напряжения, словно в помещении скопилось статическое электричество. Пол, покрытый темными деревянными досками, отполированными до зеркального блеска, отражал янтарный свет многочисленных светильников, похожих на парящие в воздухе капли застывшего солнца.

Нити вероятностей здесь вели себя странно, они не просто струились в пространстве, а образовывали сложные геометрические фигуры, пульсировали и вращались вокруг невидимых осей. Феликс никогда не видел подобного узора, казалось, сама реальность здесь была более пластичной, готовой к изменениям.

В центре комнаты на простой циновке из плетеного тростника сидел человек. Мастер Ю, а это был, несомненно, он, казался одновременно и обычным, и нет. Невысокого роста, худощавый, одет в простые темно-синие одежды без украшений, он выглядел как обычный пожилой человек, которому можно дать лет семьдесят. Длинная серебристая борода лежала на груди, а кожа на руках и лице напоминала пергамент, тонкая, но удивительно прочная на вид.

Его глаза были закрыты, но Феликс чувствовал, что мастер не просто осознаёт его присутствие, но и видит сквозь все слои реальности.

- Присаживайтесь, - голос старика звучал спокойно, но с такой глубиной и внутренней силой, что вибрировал в самом сердце. - Путь был долгим, но наш разговор будет длиннее.

Феликс опустился на вторую циновку, расположенную напротив мастера, с этого расстояния он мог лучше рассмотреть детали - на запястьях старика виднелись тончайшие линии татуировок, напоминающих схемы энергетических каналов. Пальцы, несмотря на возраст, выглядели сильными и гибкими, с длинными ногтями, похожими на нефритовые пластины.

- Ваше восстановление идет быстрее, чем ожидалось, - произнес мастер Ю, все еще не открывая глаз. - Значит, вы действительно особенный.

Последнее слово прозвучало с едва заметной интонацией, которую Феликс не смог точно расшифровать, было ли это одобрение, любопытство или предостережение?

- Я благодарен за заботу и лечение, - осторожно ответил Феликс, выбирая нейтральный тон. Он решил следовать простой стратегии: не лгать, но и не раскрывать всей правды. - Мастер Лин искусный целитель.

- Да, он сохраняет верность традициям, - кивнул старик. - Но сегодня традиционные методы терпят поражение перед лицом новой угрозы. Не так ли?

В этих словах Феликс уловил намек на его нетрадиционный подход к лечению больного скверной. Выходит, мастеру уже доложили о каждом его шаге. Перед ним явно был человек, контролирующий многие нити в этом месте.

- У каждой традиции есть слепые пятна, - осторожно ответил Феликс. - Иногда требуется свежий взгляд.

Губы мастера Ю дрогнули в легкой улыбке.

- Свежий взгляд… - повторил он задумчиво. - Хорошее определение, особенно для того, кто смотрит глазами из другого мира.

Эти слова прозвучали подобно грому. Он не говорил никому о своем истинном происхождении. Как мастер Ю мог знать? Феликс попытался сохранить невозмутимое выражение лица, но по изменению нитей вероятностей вокруг него понял, что его замешательство было замечено.

- Не беспокойтесь, - мастер поднял руку в успокаивающем жесте, - ваша тайна останется тайной. Пока.

С этими словами мастер Ю открыл глаза, и Феликс почувствовал, как холодок пробежал по спине. Радужка старика была полностью белой, без зрачка и всего того, что присуще человеческому глазу. Но в глубине этой молочной белизны мерцали крошечные символы, похожие на элементы печати, постоянно меняющиеся, перетекающие друг в друга в бесконечном танце форм и значений.

Эти глаза не просто смотрели, они читали саму суть бытия. Феликс почувствовал головокружение, словно заглянул в бездну, полную звезд, он непроизвольно подался назад, и его дыхание на миг сбилось.

- Прошу прощения, - мастер Ю моргнул, и странный эффект немного ослаб. - Иногда я забываю, насколько непривычным может быть мой взгляд для непосвященных.

Феликс с трудом восстановил самообладание. Его аналитический ум лихорадочно перебирал варианты: бежать некуда, сражаться бессмысленно, лгать бесполезно. Оставалось только одно - играть по правилам, которые он не до конца понимал.

- Полагаю, вы знаете обо мне больше, чем я сам, - произнес он, сменив тактику.

- Я знаю не о вас, - поправил мастер Ю, - я знаю о человеке, чье тело вы занимаете. О печати, которую вы носите. И о том, чья аура окутывает вас подобно плащу из золотого света.

Он сделал паузу, внимательно наблюдая за реакцией Феликса, затем продолжил:

- Позвольте поприветствовать вас в нашем мире, чемпион Фортуны.

Эти слова прозвучали как приговор и как благословение одновременно. Феликс почувствовал, как нити вероятностей вокруг них сгустились до предела, образуя неразрывную паутину, связывающую его судьбу с этим странным человеком и этим загадочным миром.

Мастер Ю улыбнулся, словно услышав его мысли.

- У нас впереди еще долгий разговор, - сказал он, жестом приглашая Феликса устроиться удобнее. - Но прежде чай. В нашем мире важные разговоры всегда начинаются с чая.

Юй Си, проводившая его до павильона, почтительно поклонилась мастеру и удалилась, оставив их наедине.

Глава 6: Чжан Вэй

После длительной чайной церемонии, которая, как понял Феликс, была не столько ритуалом, сколько первым уроком концентрации, мастер Ю отставил изящную чашку из полупрозрачного нефрита. Тонкий аромат горного чая все еще витал в воздухе, смешиваясь с запахом старого дерева и благовоний.