Наконец курс лечения завершился. Оправившиеся от болезни герои должны были покинуть гостеприимный Бородянск. Организованная облспиртпросветом при финансовой поддержке Спиртинвестбанка и компании «Прусский спирт» рекламная акция дала блестящие результаты. Чопику даже предложили сняться в рекламе новой водки со звучным названием «Улетная», но у него уже не оставалось времени для съемок: был объявлен призыв во вновь создаваемую Украинскую спиртармию. Остановив наступление федератов на Центральном фронте, руководство республики стремилось как можно скорее мобилизовать все силы для освободительного похода на Украину, где под влиянием последних событий в Перфорации вспыхнула своя собственная самостийна и незалежна спиртолитична революция. Объективно неизбежные исторические события выходили на качественно новый виток своего развития, и отважным друзьям предстояло принять в этих событиях самое активное участие.

***

«План южного похода разрабатывался в спешке. Много осталось недоработок, неясных моментов, неточностей. Многое в нем внушает тревогу и подозрения. Не хватает людей и техники, не хватает спирта для войск, проблемы с боеприпасами и обмундированием. Риск очень велик: слишком сложную поставили себе задачу — всю Украину одним махом к рукам прибрать. А если что не так? Малейшая ошибка — очухаются хохлы, и пиши пропало!

Но делать нечего. Решение принято. Нужно помочь восставшим украинским товарищам. Кто же знал, что они так долго продержатся! Когда месяц назад в Харькове и Донецке, Павлограде и Мариуполе вспыхнули еврейские погромы и толпы пьяных бомжей захватывали и грабили винзаводы и магазины, никто не предполагал, что обыкновенная пьяная вакханалия возымеет такие серьезные последствия. Казалось, пройдет несколько дней, и стихийное движение проспиртованных народных масс захлебнется в море халявной горилки и будет подавлено правительственными войсками. Но прошла неделя, другая, третья… Восстание перекинулось на соседние районы и области. Заполыхала вся Левобережная Украина, восставшие бомжи, алкоголики, наркоманы, уголовники, безработные шахтеры и колхозники захватили власть на местах, создали в Донецке Всеукраинский интернациональный горилочный комитет во главе с председателем — товарищем Пивчуком, национализировали всю спиртпроизводящую промышленность, ввели полную свободу спиртопотребления, табакокурения и наркомании.

И вот уже Всеукраинский комитет просит у Совета рабоче-крестьянской опохмелки помощи: засевшие в Киеве буржуазные националисты из Центральной самостийной сально-горилочной рады, собравшись с силами, повели наступление на основные центры восстания. В приграничные области Перфорации хлынули стотысячные толпы украинских беженцев. Для помощи им нет ни спирта, ни браги, ни, на худой конец, спиртсодержащих медпрепаратов — в республике жесточайший винно-водочный кризис…

Конечно, опасно сейчас предпринимать столь серьезное и широкомасштабное наступление. На западе федераты, японцы под Красноярском, на казахской границе тучи голодной саранчи и полуторамиллионная армия еще более голодных китайцев генерала Жуй Бэн Сама. С юга при поддержке ооновского комитета по насаждению культурного виноградарства и виноделия подбираются к Сочи и Туапсе пьяные грузинские орды. Республика в кольце вражеских армий. Америка готовится к открытой интервенции и только ждет повода для вмешательства. А если в войну вступят Монако и Сан-Марино, то положение станет совершенно критическим.

Но помочь украинским братьям-алкоголикам — наш революционный долг. Поэтому нужно рискнуть. В конце концов, Украина — это шесть атомных электростанций — столько же, сколько сейчас в Перфорации находится в руках СРКО. Значит, освободив Украину, можно будет вдвое увеличить мощности ликеро-водочной промышленности, удвоив соответственно и производство столь дефицитного волшебного зелья.

Украина — это Одесса, Николаев, Керчь, Севастополь и другие черноморские порты. Значит, в условиях, когда в Приморье хозяйничают японцы, на Мурмане норги и финны и на Балтике мосховские федераты — республика получит выход к морю и сможет получать из-за границы столь необходимый народу и армии импортный спирт. Украина — это миллионы гектаров пшеничных и свекольных полей, сотни и тысячи спиртоперегонных заводов, миллионы самогонных аппаратов и миниспиртзаводов. Значит, можно будет получить дополнительное сырье Для производства спирта и новые мощности для переработки этого сырья в спирт и самогон.

Украина — это миллионы бомжей, тунеядцев, наркоманов и алкоголиков, верных идеям алкоголизма и всеобщего единения всех спивающихся. Это миллионы новых бойцов в рядах Рабоче-крестьянской пьяной спиртармии. Украина — это хорошая возможность вывести республику из кризиса и продолжить советскую спиртолитическую экспансию на соседние государства. Стоит начать, как сразу придут на помощь приднестровские коммунисты-спиртпофигисты, давно уже мечтающие о создании братского Союзного наркологического содружества. И крымские нацменьшинства поддержат, если пообещаем им крымскую безалкогольную автономию и Севастополь в придачу. А потом в случае чего… До Неба высоко, до Стамбула далеко, авось, и прокатит. Так что ставки большие, можно, наверное, и попробовать… На худой конец кубинцам в плен сдадимся, и вся недолга…»

— Таким образом, в соответствии с разработанным под моим руководством планом войска вновь создаваемого Юго-Западного фронта наступают на участке от Бородянска до Ростова-на-Спирту тремя ударными группами.

Громкий, призывно-требовательный голос докладчика заставил предспиртвоенсовета товарища Губанова оторваться от мучивших его противоречивых мыслей. Подняв глаза от стола, он окинул присутствующих рассеянным взглядом, уставившись в висящую на стене карту, попытался сосредоточиться, вникнуть в объяснения водившего указкой по испещренному красными стрелками и всевозможными значками листу начгенштаба Ненашева. Уставший, небритый, с лиловым отвисшим носом и слюнявыми губами, с мешками под глазами, в мятом, засаленном до черноты кителе, в рваных теннисных туфлях, генерал походил скорее на спившегося отставного прапора, чем на начальника Генштаба республики.

«Совсем, бедняга, умаялся, — подумал Губанов, лениво позевывая. — Шутка ль — в деле за неделю план компании составить! Сколько ж водяры выжрать надо, чтобы крыша не съехала?! Но так напиваться тоже ни к чему». Он снова зевнул и, выдвинув ящик письменного стола, принялся от нечего делать наблюдать за возней дерущихся в нем из-за хлебных крошек тараканов.

— 5-я армия в составе Челябинской ударно-штурмовой психдивизии имени Ивана Грозного и отдельного мехкорпуса шагающих экскаваторов «Бичдинама» наступает из района Курск-Белгород в направлении на Киев, через Нежин и Конотоп.

Одновременно 6-я спиртармия из района Брянска совершает обходное движение во фланг самостийщикам в направлении Чернигова, Чернобыля, Житомира, Винницы, создавая угрозу окружения центральной группировки хохлов и вынуждая их оставить Киев. Здесь главная роль отводится 152-му и 275-му магаданскому бичполкам и Сводной добровольческой спиртдивизии уголовников-алкоголиков. На соединение с ними в район Жмеринки выступят части Молдавской революционной спиртармии. В недельный срок находящиеся к востоку от Винницы и Житомира украинские армии будут отрезаны от западных областей и границы с натовской Польшей.

Из Ростова-на-Спирту 1-я Кавказская самокатная армия генерала Чикушкина ударит на Донецк и Днепропетровск, откуда, соединившись с частями Всеукраинского горилочного комитета, делая по 100–120 километров в сутки на своих самокатах «Бураттино», поведет наступление на Кременчуг и Полтаву навстречу 5-й спиртармии и на Николаев, куда в это же время через Одессу выступят молдавские товарищи, а из Крыма через Перекоп и Херсон — партизанские соединения крымских аборигенов-бульдозеристов и дезертиров-черноморцев из Севастополя.

В итоге через три дня при поддержке повстанцев будет занята вся Правобережная Украина. К исходу первой недели капитулирует Левобережье, а к концу второй мы выйдем к польской границе, откуда через Львов и Ковель сможем при желании сразу же развернуть наступление на Варшаву.