Бронетранспортер с миномётным расчётом также получил сразу четыре попадания в борт! Но трассеры бронебоев не только корректируют огонь расчёта, но и выдают его позицию… И очереди ручных «Бренов» как кажется, скрестились прямо на позиции Гольтяева, заставив его замолчать.

— Веха три, вправо пять! Заряжай… Огонь!

Последней миной я попытался накрыть второй универсал с двухдюймовкой — и естественно, мы не попали. Мина бесцельно рванула метрах в десяти от машины…

Но в бой решились вступить Джису и Бём, залегшие вблизи БТР с миномётом. Огненный шар куммулятивной гранаты поразил борт универсала пониже десантного отсека — но достал моторное отделение. Машина густо задымила, и минометчикам врага стала не до нас… Джису постарался поддержать товарища — но, выпустив пару очередей из «Томпсона», спровоцировал лишь плотный ответный огонь, прижавший бойцов к земле…

— Юонг! Дымовые мины! Вправо ещё на градус… Давай!

Все, бой для нас окончен, нужно уносить ноги. И сделать это возможно, лишь поставив у дороги дымовую завесу… Неважно, что мины будут рваться непосредственно в боевых порядках британцев — главное, они не будут нас видеть! Пусть и считанные минуты, но этого должно хватить…

— Веха четыре, влево пять! Огонь!

…Лёгкие уже горят от заполошного бега по горам, каждый новый шаг даётся все труднее. Стерев со лба обильный пот, оборачиваюсь — но замерший на мгновение Чимин, забравшийся на груду камней, уже опустил СВТ, отрицательно мотнув головой. Я облегчённо выдохнул:

— Слава Богу…

Почерневший с лица Гольтяев лишь хмуро бросил:

— Шагом…

Пашу можно понять: его второго номера очередь достала в голову на перезарядке, едва не зацепив самого майора. Когда же я поставил на дороге тонкую дымовую завесу, осназовец выпустил остаток патронов по колонне практически вслепую… И только после покинул позицию, забрав документы товарища — и оставив как его тело, так и бесполезный теперь ПТРС. Эвакуировать павших, к сожалению, мы не можем…

И это также коснулось новоиспеченных пулеметчиков. Да, доверить ДП-27 артиллеристам было плохой идеей, вот только выбора у нас не было… И дело даже не в том, что бойцы плохо знали пулемёт — все их обучение в свое время ограничилось лишь парой учебных стрельб.