– Могу посоветовать одну клинику на Нагаре, – ответил Георг. – Мёртвого поднимут. Делают то, от чего отказываются другие.

– Заманчивое предложе… кх-кх… – Туонела даже задрожала, пока кашляла.

На платке не осталось кровавых пятен, но кашель всё равно получился тяжёлым, болезненным. Туонела перевела дыхание и продолжила:

– Вы выполнили моё поручение?

Она обратилась как будто бы ко всем присутствующим: к флотским офицерам во главе с Альдоной Вер-Криззой, к Георгу с Мурцатто и Авраамом.

– Более чем, – ответил Георг. – К бою готовы порядка ста десяти тысяч штыков.

На лице Туонелы не отразилось радости, но всё-таки она кивнула и сказала:

– Хоть какая-то хорошая новость…

Георг хотел вставить слово, но Туонела опередила:

– Паршиво начался год. – Она вздохнула. – Вы, наверное, хотели бы узнать, что произошло, пока вас не было?

– Больше бы мы хотели, – сказала Мурцатто, – чтобы предводитель Крестового Похода был здоров и полон сил.

На лице инквизитора появилась тень улыбки, и Туонела отозвалась бы, если бы не очередной приступ кашля, да такой, что ближайший офицер подхватил её за плечи и усадил неподалёку. Туонела прохрипела:

– Госпожа Вер-Кризза, расскажите им.

Альдона кивнула, перевела взгляд на гостей и начала:

– Постараюсь покороче, сейчас каждая минута на счету. – Она прочистила горло и продолжила: – Из хороших новостей – взятие Теруола, крупного города-улья, откуда еретики ещё не успели вывезти производства. Нынче сосредоточились именно на таких целях, биться в города-крепости, вроде Каерфорка, больше не будем, – уничтожим с орбиты.

– Больше года брали один город? – Авраам нахмурился.

– Задача была сохранить производства. – Альдона метнула в Авраама злой взгляд. – Нам нужны цеха для ремонта техники, производства запасных частей.

– Всё, молчу. – Авраам покачал головой, а Альдона распалилась сильнее.

– Мы были ограничены в применении флота и наших сверхтяжёлых шагателей! А еретики использовали против нас всё, что у них было!

– И что же у них было? А главное – что у них есть? – спросил Георг. – По словам моих коллег выходило так, что хребет их армии сломан.

Альдона посмотрела на него исподлобья, но всё-таки совладала с чувствами и дальше говорила уже ровно:

– Наша разведка… недооценила противника. Впрочем, виновные уже наказаны по всей строгости.

Виновные наказаны, но легче никому из присутствующих не стало.

– Много бронетехники, включая древние реликвии, вроде "Сикарана", – перечисляла Альдона, – сотни космических десантников, бесчисленные орды ополченцев, но самое неприятное – это разнообразные демонические машины. Даже титанам приходилось несладко, а о других подразделениях и говорить не буду. Сами понимаете, потери значительные.

– Что сейчас с захваченными ульями? – спросила Мурцатто.

– Монтвид командует гарнизоном Каерфорка, барон Айонватта занимается восстановлением Теруола, – ответила Альдона.

Она нажала несколько клавиш на панели управления и вывела над тактическим голостолом пикт-изображения озвученных выше городов. В случае с Каерфорком ни слово "улей", ни слово "город" неуместны, скорее, "руины", а вот Теруол – другое дело. Да, какие-то заводские корпуса превратились в обломки и гору битого камня с частоколом изогнутой арматуры, но другие сохранились в более-менее приличном состоянии, – всего лишь сорванные крыши и проломленные в паре-тройке мест стены. Георг и сотоварищи увидели, как солдаты и бронетехника с бульдозерными отвалами расчищают дороги к задымлённым и полуразрушенным фабрикам. Что особенно бросалось в глаза на апокалиптичных картинах, так это мертвецы в форме с восьмиконечными звёздами и стрелами. Их не убирали. Разлагающиеся тела перемешивались с обломками домов и сожжённой техникой в вызывающую тошноту массу.

– Уф… – Георг поморщился. – Могу только представить себе аромат…

Авраам же заметил:

– Я, конечно, понимаю – производство и ремонт в первую очередь, но город нужно чистить, а тела сжигать. Мы воюем против такого врага, который способен…

– Мы все знаем, на что еретики способны, – сказала Туонела, – и вспышки болезней, и восстания мертвецов уже были.

Альдона кивнула и добавила:

– Номарху Мнефсею пришлось усилить гарнизоны своими рыцарями. Каерфорк ещё можно потерять, но у Теруола стратегическое значение.

– Итак… – Георг развёл руками. – Мы подошли к самой интересной части. К той, когда в дело вступаем мы.

Альдона переглянулась с Туонелой, а потом произнесла:

– Вас, конечно, поддержат оставшиеся титаны, рыцари Ареос, даже… 136-я Хольмградская Огневая Дружина, но теперь взятие улья Осинея ложится на ваши плечи, господин Хокберг.

– А?

Ни Мурцатто, ни Авраам и слова не добавили, – тоже удивились, – а Альдона продолжила:

– Имперская армия отступает, чтобы провести перегруппировку.

– Что у вас, чёрт побери, произошло?! – воскликнул Георг.

Альдона тяжело вздохнула, а потом показала пикт-карточки и голозаписи последнего сражения.

4

Аппарель опустилась на скалобетон посадочной площадки, и из чрева "Тетрарха" начали выезжать боевые машины пехоты.

Когда "Химера" остановилась в отдалении и задрожала на холостом ходу, Виктория приказала бойцам перебраться из брони на броню. Они ещё успеют потрястись в полутьме и жаре, а пока можно и воздухом подышать.

Вообще-то не в духе Виктории, но на этот раз она села по-хулигански, прямо на башню, чтобы ствол мультилазера торчал между ног.

Козырь отдал команду на выдвижение, моторы заворчали, и "Химеры" растянулись в одну линию, направляясь всё дальше от таких родных челноков и всё ближе к вероятной погибели, – к стенам улья Осинея.

Навстречу наёмникам текла точно такая же речка, но только уже не откормленных и отдохнувших вояк, готовых к бою, а доходяг в рваной форме, чаще с перевязанными головами, с бандажами или даже на носилках. Новомархийские Уланы, Кенугердские Щитоносцы, Чёрные Гайдамаки – весь цвет мотострелковых и пехотных полков, поэтому особенно печально было видеть хорошие подразделения в настолько нехорошем состоянии.

Мало офицеров, а те, кого Виктория всё-таки заметила, не следили за порядком. Казалось, что "царица полей" забыла обо всём, и единственное её желание в нынешних обстоятельствах – поскорее оказаться как можно дальше от проклятой Осинеи или вообще в другой звёздной системе. Первый тревожный звоночек.

Второе, на что обратила внимание Виктория, – транспорт отступающих. Наёмники Хокберга шли в бой на боевых машинах пехоты. Имперцы же отступали на грузовиках, легковых автомобилях, а чаще вообще пешком. В Каерфорке Виктория порой с белой завистью смотрела на оснащение солдат из других полков, но с тех пор много воды утекло и произошло нечто такое, что превратило образцовые войсковые соединения в измученную толпу.

Не самое воодушевляющее зрелище.

Но вот среди серых лиц Виктория выхватило одно такое же, зато знакомое.

– Алекс! – выкрикнула она.

Нет, не ошиблась. Гвардеец с шевронами лейтенанта на рукаве подняла голову, расслышав своё имя среди грохота гусениц, скрипа песка под колёсами, сотен и тысяч шагов.

Виктория соскочила с "Химеры", оступилась, подалась вперёд и едва не растянулась на земле, если бы её не поддержали.

– Ну и безумная ты баба, – улыбаясь, проговорила Александра Краль, 744-й Новомархийских Улан.