Когда Лонду шмонали, она настолько вжилась в роль, что укусила того, кто её досматривал. Я почувствовал раздражение и недоумение, которые растеклись вокруг, жадно впитываясь в окружение. Ай!

Лонда что, не знает? Если сутемь чувствует боль, то ранит тех, кто в неё рядом погружён. Или она за что-то мне мстит? Ну или Лонда чокнутая, и ей просто нравятся эксцентричные поступки.

Не найдя ничего подозрительного, моих диверсантов пустили внутрь, конечно же, с сопровождением. Два мага Второго дома. Сильные. Но хрен с ними, мы сюда не драться пришли.

Как я и предполагал, охрану, смотрящую через сутемь, они выставить не догадались. Учитывая, что аристократы на аристократов покушения не совершают, зачастую регламентом безопасности пренебрегают. В адрес друг друга легче бросить едкие колкости, чем набить морду.

Ничего, после шороха, который мы тут наведём, затянут пояса дисциплины потуже.

Вамбилию Берёзкину двенадцать лет. Достаточный возраст для того, чтобы он мог представлять опасность. Но против меня больше минуты-двух не сдюжит. Значит, нужно подкрасться к Вамбилию сзади, сделать удушающий захват, после чего затащить в сутемь и удерживать, пока он не потеряет сознание.

План надёжный, как рукоятка с винтом у пистолета Макарова.

За воротами начиналась извилистая дорожка, которая вела к центральной аллее. Эта аллея, выложенная мелким мрамором, окружена зелёной живой изгородью с тщательно усаженными цветочными клумбами. Равномерно срезанные топиарные фигуры в виде грифонов и кентавров даже вызвали у меня укол зависти: в Первом доме такой декор сделать не удосужились. Хотя, возможно, если присмотреться, огрехи найду. Но позволить себе сейчас любоваться на старания садовников я не могу.

В середине аллеи блестел фонтан, где вода струилась из сложенных «лодочкой» рук женщины. Ветви плакучих ив, склонившись к земле, образовывали навесы.

Розарий, расположенный перед дворцом, впечатлял обилием сортов цветов. Зелёные, огненные, лавандовые, серые розы соревновались за внимание посетителей Второго дома.

Но мне не до них. Я попытался настроить свои диапазоны так, чтобы чувствовать только присутствие магов. Животные и обычные люди из обслуги меня не интересовали.

Сутемь изменила цвета на красный, стала пульсировать, меня буквально сбивали с ног звуковые вибрации. Но вылезти из неё означало подставить Лонду с Лайонелом и погибнуть самому.

Лонда, кстати, перестала издеваться и начала говорить на русском языке. Пока их вели к Василию Берёзкину, она о чём-то весело трещала, про награду и про медаль. Я, если честно, не вслушивался, потому что берёг свои ресурсы.

До меня дошли отголоски детского, но уже надменного, грубого и даже противного голоса. Наверняка Вамбилий, кто ещё может так мерзко изъясняться?

Я постарался ускорить шаг, что в сутеми выглядело комично. Моя фиолетовая мантия медленно, но изящно колыхалась. Вот зачем изобрели слоумо!

Дворец эпатировал. Высокие потолки и нежные обои из шёлка, светло-розовые занавеси, украшенные ажурными узорами. Полное отсутствие вкуса, если коротко.

Абсолютно беспрепятственно я проник в комнату Вамбилия. Позорище. Безусловно, кто-то за порядком во Втором доме всё же следил, но их внимание, как мы и планировали, было сосредоточено на Лонде.

Нельзя вести себя так безалаберно! Разбалованные аристократы! Вы бы в девяностых не выжили.

Вамбилий оказался толстым мальчиком среднего роста. Кучерявый, маленькие глаза. Не похож на отца. Хотя я не видел ни одну из трёх жён Сухожилого. Может, одна из них была на бодипозитиве. Я без каких-либо проблем схватил замешкавшегося пацана и утащил в сутемь.

Он пискнул, куда-то сразу делся нарочитый бас, который я ранее слышал. Вамбя довольно качественно попытался ударить меня «Багровым огнём», но вот только сутемь моментально выпила его силы, и он без какой-либо помощи обмяк прямо на моих руках.

Вот теперь нужно драпать как можно скорее. Я отправил волокнистый, пульсирующий знак, который коснулся шеи Лонды. Она отрапортовала мне, приложив ладонь к голове, после чего уронила «Белым концентратом» своих сопровождающих. Я прислушался. Пощадила, насмерть не била. У обоих были «Рубиновые щиты», которые Лонда с лёгкостью проломила.

С такой сноровкой ей надо инструктировать моих дебилов-братьев, промелькнула в голове шальная идея о карьерном росте Лонды.

Метров через двести охранные сигнализации всё же сработали. Ворота начали закрываться, я почувствовал, как к нам готовится с десяток обычных телепортов.

Финальная часть плана была ещё безумнее, чем остальное, но попробовать стоило. Иначе как мы заставим Василия снять порчу с двух рехнувшихся женщин с арматурами вместо рук?

Когда я поравнялся с Лондой и Лайонелом, взвалив пухлого Вамбилия на плечо, то, наконец, вывалился из сутеми, рывком снял с пояса маленький флакон, зубами сорвал пластиковую пробку и выпил зелье, пробормотав текст заклинания «Филигранный глоток».

Лонда сделала то же самое.

Лайонел же заготовил множество пурпурных шаров. Как только маги Второго дома с хлопками возникли возле нас, он швырнул в лицо каждому из них по энергопотоку. Какой-то вред оруженосец им причинить не мог, но отвлечь на секунды три у него получилось.

Большего от Лайонела не требовалось.

«Филигранный глоток» телепортирует всё, кроме самого мага и выбранных им объектов, в радиусе пяти километров, в сторону.

Я ни разу не слышал о том, чтобы данное заклинание использовали одновременно два мага, находящиеся рядом.

Что ж, результат превзошёл наши ожидания. Теперь мы стояли в поле, на котором не росло даже сорняков. Замечательный сад с травянистыми фигурами теперь находился слева от бывшей территории Второго дома. Дворец со всеми его обитателями уехал вправо.

В принципе, здесь можно поставить мангал и начать жарить купаты.

Так как «Филигранный глоток» не является атакующим заклинанием, щиты его не поглотили.

До сих пор не верится, что никто из многочисленных обитателей Второго дома своевременно не поставил даже вшивенький блок на магию. Сейчас, спохватившись, они их наделали не меньше пяти штук. Только вот паникующие недоумки не поняли, что сейчас блоки мешают только им!

Лонда, скинув с головы жёлтый капюшон, гулко захохотала. Я ткнул её в плечо. Рано радоваться, нам нужно уносить ноги!

Лайонел хлопнул в ладоши. Из-за угла вылез заранее подготовленный приручённый носорог, монстр класса СS. Четырёхметровое транспортное средство. Он широко раскрыл пасть, и мы запрыгнули внутрь. Не лимузин, но довольно вместительно. Я незамедлительно передал бессознательное тело Вамбилия Лайонелу. Не по чину мне тяжести носить.

Нанятый носорог, которого даже не преследовали (магия-то заблокирована), передвигаясь со скоростью не менее, чем сто километров в час, привёз нас к нашей импровизированной ставке заговорщиков.

Той ячейке на вокзале, где я запер Этгрин.

Только вот ячейка оказалась открытой. Я растерянно огляделся. Рядом никого. Как так получилось? Кто-то помог ей бежать?

Лонда сложила руки на груди и вызывающе на меня посмотрела. Лайонел кряхтел, предвкушая очередное сражение невесть с кем.

В помещение с ячейками для хранения ценностей зашли двое. Василий Берёзкин, который обнимал за талию Этгрин.

— Изумительный план. Я оценил, — улыбаясь, сказал Сухожилый. — Но теперь верни-ка мне моего сына.

Кто же меня предал?

Глава 10. Ревность изобретателя.

Я ошарашенно помотал головой. Невозможно! Неужели Сухожилый заодно с Этгрин? Коллаборация года.

Так. Что делать? Они оба очень сильны.

По идее, Лайонел, Лонда и я должны втроём их раскатать по Казанскому вокзалу. Здесь, кстати, его название совпадает с привычным для меня.

Другой вопрос, что, будучи изгнанным из Первого дома, я не смогу воспрепятствовать Василию поставить блок на магию. А без магии ничего не мешает ему позвать своих верзил-охранников, которые наверняка до сих пор точат на меня зуб за унижение в ресторане «Хвостик».