Предложения Терещенко и Семенова не были приняты, как явно невыгодные для государства. Оба предлагали поставить по 10 000 пулеметов в трехгодичный срок, т. е. примерно к апрелю 1919 г., а к этому сроку пулеметный отдел Тульского оружейного завода мог бы дать до 50 000 пулеметов.

3. Не было принято еще предложение акционерного общества «Пулемет», как явно спекулятивного характера.

4. Датского синдиката — построить завод для изготовления ружей-пулеметов системы Мадсена.

Предложение это было принято, и в сентябре 1916 г. советом министров разрешено было заказать синдикату 15 000 ружей-пулеметов Мадсена. За счет заказа синдикат должен был построить завод в Коврове; по выполнении заказа завод поступал бесплатно в распоряжение военного ведомства. К 1 июля 1917 г. синдикат должен был сдать 1 000 пулеметов, а всю поставку закончить в течение 23 месяцев.

Датчане начали производственную работу в 1917 г., но повели ее полукустарным способом, не организовав твердой производственной базы, обеспечивающей массовую фабрикацию; предполагая получать инструмент из Дании, они не установили даже производства инструмента на заводе. В общем, датчане не могли выполнить принятую на себя поставку ружей-пулеметов и покинули Россию.

в) Машиностроительный завод в Туле. В октябре 1916 г. военный совет разрешил ГАУ построить машиностроительный завод в Туле с годовой производительностью при одной смене до 2 400 металлообрабатывающих станков для оружейных и других заводов.

Завод этот предназначался исключительно для «точного» машиностроения, в котором нуждались такие производства, как оружейное, пулеметное, трубочное, взрывательное, а также для мерительных инструментов особой точности. Станки общего машиностроения не могли удовлетворить требуемую точность работы при этих производствах. Поэтому станки для них выписывались из-за границы.

Попытки установить «точное» машиностроение в России на более солидных заводах: Герлях и Пульст, Семенова, Польте (Восидло), Бромлей и пр., не увенчались успехом, так как они не могли справиться с задачей технически, а цены на их станки оказывались настолько высокими, что они не могли выдержать конкуренции с заграницей.

Развитие заводов точного машиностроения возможно лишь при теснейшем единении их с заводами-потребителями станков высокой точности, т. е. с военными заводами. Это подтверждается опытом заводов за границей, где точное машиностроение возникало обычно при военных заводах (в Германии при оружейном заводе Леве, во Франции станочный завод «Баррикан и Мар» при казенном оружейном заводе и завод Пюто при казенном патронном заводе, в Америке заводы точных станков «Браун и Шарп» и «Пратт и Витней» развивались также при участии оружейных заводов).

В России, как упоминалось выше, точные станки стали строиться также при оружейном Тульском заводе, машиностроительный отдел которого дал в 1916 г. до 600 точных станков и развил свое производство до возможности выпуска около 1 000 станков в год. Однако эта производительность признавалась недостаточной, вследствие чего ГАУ признало необходимым вместо машиностроительного отдела построить в Туле мощный машиностроительный завод, который мог бы обслуживать нужды в точных станках всех военных заводов.

В счет около 32 миллионов рублей, требующихся на постройку Тульского машиностроительного завода, назначено было к условному отпуску на 1917 г. лишь 2 миллиона; к постройке даже не приступили.

В самом начале войны потребность в винтовках оказалась настолько огромной, что для ГАУ не было сомнений в невозможности ее удовлетворить в краткий срок производством русских оружейных заводов. Поэтому ГАУ уже с сентября 1914 г. принимало меры к приобретению винтовок, где возможно, не считаясь даже с необходимостью единства калибра ружей на одном театре военных действий.

В сентябре 1914 г. приобретены были в Японии 20 350 винтовок и 15 050 карабинов мексиканского типа с 11 300 000 патронов. В ноябре того же года заказано было заводу Винчестера в Америке 100 000 винтовок его системы, переделанных под русский патрон; затем в 1915 г. заказ заводу Винчестера был увеличен еще на 200 000 винтовок.

В том же 1915 г. в Америке были заказаны 3-лин. винтовки нашей системы: заводу Ремингтона 1 500 000 винтовок и заводу Вестингауза 1 800 000 винтовок — с обязательством для обоих заводов начать поставку в ноябре 1915 г. и закончить к апрелю 1917 г.

Бывшими союзниками России уступлено было в разное время 1 803 000 винтовок разных систем.

Кроме того, в 1914–1916 гг. нами взято около 700 000 австрийских и германских винтовок.

В общем, во время войны на вооружении русской армии оказались винтовки 10 разных образцов.

Поступления винтовок в русскую армию в 1914–1916 гг. и до апреля 1917 г. от союзников и по заказам в Америке сведены в табл. 53.

Таблица 53

¹ Всего Ремингтоном было сдано 840 307 винтовок (около 55 % заподряженного количества, с опозданием на 20 месяцев против контрактного срока);: не удалось установить, сколько из них доставлено в Россию и сколько пришлось всего заплатить по заказу.

Заводы Ремингтона и Вестингауза должны. были выполнить заказы к апрелю 1917 г., т. е. поставить полностью все 3 300 000 заказанных им 3-лин. винтовок; между тем они сдали к этому сроку приблизительно 358 000 винтовок, т. е. исполнили лишь около 10 % заказа.

Завод Вестингауза продолжал изготовление 3-лин. винтовок по русскому заказу до декабря 1917 г., когда было приступлено к ликвидации контракта. С мая 1917 г. он стал готовить по 75 000 винтовок в месяц, с июля по 100 000 и с октября по 120 000. Всего по 1 января 1918 г. от завода Вестингауза принято было 1 073 560 винтовок, из которых в Россию было отправлено 769 520, а остальные 304 040 русских 3-лин. винтовок были взяты Англией. По заказу заводу было уплачено 40 907 873 доллара.

Контракт с заводом Ремингтона был ликвидирован в январе 1918 г. Только через полтора года по заключении контракта завод этот наладил производство 3-лин. винтовок, но к декабрю 1916 г. сдал лишь 70 000 винтовок вместо обусловленного 1 000 000; с марта 1917 г. он выпускал около 35 000 винтовок в месяц, с мая около 30 000, в сентябре 52 000, в ноябре 108 000.

Русская армия получила из-за границы за время войны около 2 500 000 винтовок разного образца, в том числе около 360 000 3-лин. винтовок[153]. В то же время от русских оружейных заводов армия получила более 3 миллионов 3-лин. винтовок, т. е. снабжение действующей армии винтовками основного своего образца базировалось почти исключительно на своих же русских оружейных заводах.

Диаграмма, представленная на рис. 23, показывает постепенность поступления ружей в русскую армию из-за границы и от своих оружейных заводов от начала войны до января 1918 г. В диаграмме показаны ружья всех систем, кроме винтовок Бердана и взятых в плен австрийских.