— Я бы хотел услышать, зачем вы хотели меня видеть, мистер Мэйнер, — первым нарушил полуторачасовую часовую тишину Дэмис.

— Граф Мэйнер просил меня передать вам лично в руки вот это письмо, — Леон достал из внутреннего кармана белый конверт и протянул его советнику.

Дэмис взял конверт и незаинтересованно положил его на круглый столик у подлокотника его кресла, а потом так же незаинтересованно спросил:

— Могу ли я вам ещё чем-нибудь помочь?

— Мне? — усмехнулся Леон, скатившись в хамство и нытьё. — Мне вы очень поможете, если отклоните предложение моего отца. Но мне вам за это нечего предложить, так что, к сожалению, вы мне вряд ли чем-то можете помочь.

— Возможно, мы с вами сможем договориться, — задумчиво ответил советник. — Я подумаю над тем, что вы сказали.

Леон удивлённо на него посмотрел и по-детски просиял:

— Благодарю, мистер Дэмис. Вы меня этим очень выручите.

— Не благодарите, — снисходительно ответил советник. — Для начала мне надо в полной мере ознакомиться с предложением вашего отца.

— Когда я могу рассчитывать узнать о вашем решении? — заинтересованно спросил Леон.

— Мне необходимо два-три дня. Мои люди свяжутся с вами, когда я буду готов обсудить с вами наше совместное решение.

— Совместное? — снова удивился Леон и сделал вид, что польщён такой честью.

— Конечно, виконт Мэйнер. Такие важные решения нам необходимо принимать сообща, ведь от них напрямую зависит ваша жизнь.

— Премного вам за это благодарен, — вновь просиял Леон.

Советник Дэмис лишь учтиво кивнул в ответ.

Больше Леона ничего не спрашивали, а беседовать «о погоде» он не умел, поэтому он сосредоточился на попивании чая и разглядывании огня в камине.

Через четверть часа это бесполезное занятие, видимо, надоело и советнику, и тот снова заговорил первым:

— С вашего позволения, я бы хотел на этом закончить нашу встречу, если у вас ко мне больше нет вопросов. Но вы вольны оставаться моим гостем столько, сколько пожелаете.

— Конечно-конечно, — спохватился Леон и встал, поставив чашку с недопитым чаем на столик у подлокотника своего кресла. — Не смею вас больше задерживать, мистер Дэмис. Мне тоже пора.

Встал и советник.

— Позвольте вас провести, Ваше Благородие.

«Это он мне и льстит, и выгоняет одновременно? — снова мысленно усмехнулся Леон. — И кто его учил этикету⁈ Это позор какой-то… Ой, не завидую я тебе, Дэмис. В высшем обществе с тебя, наверное, все ржут».

Со словами «Буду рад видеть вас снова у себя в гостях» советник попрощался с Леоном, и Леон, с видом окрылённого оказанной честью подростка, гордо сошел по лестнице к карете, а затем чинно сел в неё. Пока они не выехали за центральные ворота усадьбы Ронетт, он продолжал сидеть с довольным видом и смотреть в окно, а потом задернул шторку и расхохотался.

«Что это было⁈ Что за бред⁈ И к этому я пытался подготовиться⁈ Видел бы меня отец, он бы меня убил посреди этого обеда! Взглядом бы уж точно сразил наповал. А этот? Даже не просёк, что тут что-то не так… Может, Вильгельм и зря с ним осторожничает? Хотя… Кто знает, может, его взяли в советники не этикету Несси учить… Если он действительно убил её родителей, то должен быть хитёр…»

Вспомнив, зачем он здесь был, Леон сразу же сделался серьёзным.

«Так, мне надо подождать два дня после его решения. А значит, мне бездельничать ещё как минимум четыре дня. И чем мне заняться? Буду на грифоне летать тогда, а то совсем тут со скуки помру. Как-то уже и непривычно, что не надо вставать рано утром и сразу бежать что-то делать… Интересно, как там народ на корабле поживает? Как-то я по ним уже скучаю даже… Может, наведаться к ним в гости, когда с Несси разберусь?»

Леон вдруг понял, что его мысли начали как-то уж совсем утекать не туда, и сам себя же отдёрнул: «Так, стоп! Соберись, Леон! Какие гости⁈ Тут бы ещё выжить, когда к Дэмису с облавой придёшь!»

Следующие три дня от советника не было никаких вестей, и Леон развлекался тем, что до полудня шлялся по городу как «Леон», после переодевался в «виконта» и ещё несколько часов летал на грифоне над окрестностями города, ну а по вечерам ходил по ресторанам. Такого типа заведений в городе было девять, а та последовательность, в которой он их посещал, а также его действия после, были особым шифром, разработанным Риком для того, чтобы точно знать, на какой день будет назначена облава.

Когда Леон проснулся утром четвёртого дня, он не успел даже подумать, что Дэмис прогнал со всеми сроками, как Питер вручил ему новое послание от советника. На этот раз Дэмис никаких званых обедов не назначал, а лишь приглашал Леона обсудить принятое им решение в любое удобное для него время.

Леон решил, что нестись к Дэмису с утра пораньше будет уж слишком унизительно, а ждать до самого вечера — неуважительно, и снарядился в путь после полудня.

Прибыл он в усадьбу Ронетт снова на карете в сопровождении четырёх всадников, вот только советник на этот раз его не встречал, а ждал в своём кабинете.

Кабинет советника показался Леону каким-то странным и несуразным. Как и во всей усадьбе, здесь тоже были белоснежные стены, но занавешены они были узкими и длинными военными знамёнами тёмно-синего цвета с гербом графства Ронетт, а между ними висели пёстрые картины с какими-то природными пейзажами разнообразной тематики: от осенних лесов до ночных морей. Белоснежная мебель и кресла с тёмно-синей обивкой вполне подходили по тематике к знамёнами, а вот советник, одетый во всё белое, но с золотой вышивкой, смотрелся в этой строгом кабинете так же чужеродно, как и картины.

'Видимо, это раньше был кабинет графа, а вместо картин здесь висели портреты династии Ронетт, — подумал Леон, а потом вспомнил, что во всей усадьбе он не видел ни одного портрета семьи Ронетт или их предшественников.

Когда он впервые на это обратил внимание много лет назад, то решил, что их убрали, чтобы не расстраивать маленькую наследницу после смерти родителей, но наследница взрослела, а портреты всё не появлялись.

«Похоже, он решил тут всё подмять под себя», — пришёл к выводу Леон и с порога учтиво поздоровался.

— Здравия желаю, мистер Дэмис, — сказал он, подойдя к столу советника и остановившись у кресла.

Садиться без приглашения было не по этикету.

— Здравия желаю, мистер Мэйнер, — безэмоционально ответил советник и… присесть Леону не предложил.

«Ну-ну, — подумал Леон и сохранил учтивое выражение лица. — Это ты мне хочешь сказать, что я снова недостоин твоего уважения?»

Советник взял с края стола коричневый конверт с печатью графства Ронетт и протянул его Леону, но Леон не шевельнулся и брать конверт не спешил.

Советник положил конверт на стол перед собой и, равнодушно смотря на Леона, заговорил, постукивая указательным пальцем по конверту.

— Прошу вас передать это письмо графу Мэйнера и сообщить ему, что я полностью принимаю условия предложенного им соглашения. Здесь находится подписанный мною документ о сотрудничестве.

— Но вы же… — наигранно удивился Леон.

— К сожалению, мистер Мэйнер, как вы и говорили, вам я ничем помочь не могу.

Леон нахмурился, подошёл к столу и протянул руку. Дэмис выдал ему конверт.

— Смею вас уведомить, — надменно сказал Леон, — что раз вы согласились на предложение графа Мэйнера, то я уполномочен незамедлительно приступить к расследованию обстоятельств похищения графини Ронетты и также к её поискам. Прошу оказывать мне и моим людям полное содействие в этом вопросе.

— Разумеется, — ответил советник. — Мои люди предупреждены, что им необходимо оказывать вам полное содействие в расследовании.

— Честь имею, — ответил Леон, развернулся и ушёл.

Выйдя за дверь кабинета советника, он бережно положил письмо во внутренний карман сюртука и скорчил ещё более недовольную рожу, чтобы и прислуге, и охране было явно понятно, что он недоволен договором между своим отцом и советником графини Ронетты.