– Но если так всё и было!

– По вашим словам, Гуреев! Только по вашим словам! Скажите мне, старшина, а на каких объектах вы были задействованы в последнее время?

– По минированию?

– Да.

– Это секретная информация. Товарищ капитан. Обращайтесь к моему начальству.

– Обращусь, Гуреев. Можете не сомневаться. Но вам пока придется остаться здесь…

***

Лавров зашел к Кравцову вечером.

– Что? – спросил он с порога, забыв о субординации.

– Вы нашли шифры немецкой разведки, Лавров! И нашли человека, который имеет отношение к Абверу.

– Этот старшина признался?

– Нет. Играет он великолепно. Сама простота и удивляется столь искренне, что будь я не так опытен в таких делах, то поверил бы ему.

– Что он сказал?

Кравцов рассказал версию Гуреева.

– В Абвере могли бы придумать что-то получше, – сказал он.

– А зачем? Столь примитивная версия сразу сложилась в его голове. Он ведь не ждал, что его возьмут. Я проверил над какими объектами работал этот старшина, лейтенант. И картина получается весьма интересная. Объект номер 1 – Холодногорский виадук, объект номер 2 – Усовский виадук, объект номер 9 – большой железнодорожный мост, объект номер 12 здание Харьковского военного округа, объект номер 7 – Диспетчерская с узлом связи гражданского аэропорта, объект номер 5 – дом № 17 по улице Дзержинского. И все эти объекты были в донесениях Абверу!

– Значит, в сети попала нужная рыба, капитан!

– Именно так, лейтенант!

– И этот старшина наверняка связан с «Вдовой».

– Он как раз тот, кто нужен! Это же настоящий клад информации! Минер, привлеченный к минированию секретных объектов!

– Но Костина и словом про него не обмолвилась, капитан.

– А она и не должна была обмолвиться. Костина водила вас за нос, Лавров! Вы не думали, что это и есть «Вдова»?

– Нольман говорил…

– К чёрту Нольмана, Лавров! Мы с вами за один день сделали больше чем он за две недели!

– Если честно, то мне просто улыбнулась удача.

–И что? Это не умаляет вашей заслуги, Лавров! Вы сами решил проследить за Костиной, и она привела вас к агенту! К источнику информации! Разве не так? И мы его взяли!

– И что вы предлагаете?

– Спишем нашего погибшего агента Сафонова! И представим дело так, словно это по его наводке мы с вами вышли на Гуреева!

– И получится, что Сафонов погиб не зря и выполнил свою часть работы? – догадался Лавров.

– Именно так, лейтенант. А если мы взяли агента, то немецкому плану конец. Их информация для Абвера ничего не стоит! Вы хоть понимаете что это за удача, лейтенант?

– А Нольман?

– Пусть ищет «Вдову» раз ему это поручили! А мы сделаем нашу работу! Зачем нам делиться славой с Нольманом?

– Вы правы, но я работаю в его группе. И я обязан…

– Победителей не судят, лейтенант Лавров. Я доложу комиссару госбезопасности о нашей операции и упомяну про вас!

Глава 13.

Исход.

Харьков.

Октябрь, 1941 год.

Управление НКГБ.

Следователь Нольман.

Нольман взял трубку телефона.

–Нольман у аппарата! Да, товарищ комиссар госбезопасности!

–Вы вчера не доложили мне о результатах, товарищ Нольман.

–Я готовлю доклад, товарищ комиссар. Пока я не готов.

– А вот капитан Кравцов доложил мне о ликвидации абверовской агентуры.

– Что? – искренне удивился Нольман. – Я не понимаю, о чем вы говорите, товарищ комиссар.

– Капитан Кравцов и его группа вышли на вражеского агента и взяли его. Кравцов высказал мнение, что в их руки попал близкий к резиденту человек.

– Я все еще ничего не понимаю, товарищ комиссар госбезопасности. Группа капитана Кравцова работает в ином направлении. Все разработки по резиденту Абвера находятся у меня, и таких подвижек в работе пока нет.

– Поговорите с Кравцовым, товарищ Нольман. Я дал ему распоряжение ничего от вас не скрывать! И прошу вас настоятельно, забудьте прежние разногласия с Кравцовым!

– Я уже забыл, товарищ комиссар. И всегда был готов оказывать Кравцову всяческое содействие. Но он, очевидно, поступает иначе.

– Он готов с вами поделиться, товарищ Нольман.

Нольман сразу же после разговора с Москвой отравился на этаж к капитану Кравцову. Тот уже ждал его визита.

– Я разделяю ваше негодование, товарищ Нольман, но так получилось. Обстоятельства повернулись именно так.

– Я не собирался вас ни в чем упрекать, товарищ Кравцов. Я только хочу знать, что произошло?

–Мы взяли вражеского агента.

–Вот как? И могу я узнать кто это?

–Старшина сапёрной роты Гуреев.

–Старшина? Вы шутите?

–Нет, товарищ Нольман. У меня есть все доказательства того, что Гуреев работал на немецкую разведку.

–Простите, но откуда у вас эта уверенность, товарищ Кравцов? Я работаю с вражеской агентурой и никакой старшина Гуреев в поле моего зрения не попадал.

Кравцов в краткой форме ознакомил Нольмана с результатами своего расследования. Тот слушал внимательно и не перебивал капитана госбезопасности.

– Мы взяли Гуреева на горячем. Агент Абвера Елена Костина (такую вы знаете наверняка) вывела нас на свой контакт – Гуреева. У него были обнаружены шифры.

– Костина?

– Насколько я знаю она давно у вас на подозрении.

– Скажите, капитан, вы вышли на агента через Костину?

– Да. Через Елену Костину, которая является агентом Абвера в Харькове.

– Это работа лейтенанта Лаврова? Не так ли? – вдруг спросил Нольман.

– Лавров работает под вашим началом, товарищ Нольман. А я работаю со своими агентами.

Нольман сел на стул и вытащили платок. Он стал вытирать пот со лба. Кравцов подумал, что Нольман ошарашен его успехами в работе по вражеской агентуре. Но дело было в ином.

– Капитан, вы даже не понимаете что сделали!

– Не понимаю?

– Именно не понимаете! И все из-за того, что вы влезли не в свое дело! Мы с вами здесь одни и я могу вам сказать, вам одному!

– Что?

– Елена Костина агент НКГБ. Она мой агент в Харькове. Она подобралась к «Вдове» так близко как никто еще не подбирался. Но вы испортили все дело. Костина не могла вывести вас на агента Абвера! Все что она делает – согласовано со мной!

Кравцов побледнел.

–Я вас не понял.

–Костина – лейтенант НКГБ. А если ваш основной источник она – то грош цена пойманному вами агенту. Это «Вдова» подставила его вам. И даже не это главное. Она теперь знает мою игру! Расскажите подробнее о том, что нашли у вашего старшины?

Кравцов был «уничтожен» и все рассказал.

Нольман был в бешенстве.

– Тетрадь с шифрами у простого старшины-минера?

– Но шифры подлинные. Те самые, которыми пользуется немецкая резидентура в Харькове.

– Еще бы! «Вдова» и не могла подбросить иные. Вы попались в примитивную ловушку, капитан. Как же так! Скажите, кто-то видел, как вы арестовали этого Гуреева?

– Нет.

– Нет?

– Я приказал взять его тайно! Без шума.

– Это уже хорошо. Сколько он находится у вас? – спросил Нольман.

– Уже сутки.

– А вот это не так хорошо. Где он сейчас?

– У нас в подвале.

– Приведите его в кабинет и дайте мне с ним поговорить. Его нужно срочно выпускать и пояснить ему, что он стал посредником в операции НКГБ. Но все обвинения с него нужно снять.

– Погодите, товарищ Нольман.

– Вам что-то непонятно, Кравцов? По вашей вине может сорваться операция, которую готовили в Москве!

– Но почему ваша сотрудница передала Гурееву записку?

– Костина ничего не передавала Гурееву! Для того чтобы это понять, мне даже не нужно с ней говорить!

– Но Лавров это видел лично, товарищ Нольман!

– Лавров следил за Костиной? Черт знает что, капитан! Но я запретил ему это! Я предупреждал!

– Но именно Лавров выследил Костину!

– Я еще раз могу вам повторить, капитан, что Костина ничего никому не передавала. Больше того Елена Костина знать не знает никакого старшины Гуреева.