–И вы ему их выдали? – спросил военврач. – Без выписки?

–Дак он сказал, что дело у него важное, – ответил пожилой старшина. – Сказал государственной важности. А я чего?

Военврач посмотрел на Лаврова и развел руками.

–Сами все видите, товарищ лейтенант госбезопасности.

–Мне нужно говорить с теми, кто лежит в его палате. Пусть они отменят все процедуры, если таковые имеются.

–Они сейчас все на местах, – сказал военврач.

Лавров вернулся в палату.

–Здравствуйте товарищи. Я лейтенант госбезопасности Лавров. Мне нужно знать, кто приходил к вашему соседу Кумину.

–Дак его только вчера привезли в госпиталь, – сказал один из пациентов танкист лейтенант Егоров. – А утром как ветром сдуло. Я и познакомиться толком с ним не успел. А кто он?

Лавров проигнорировал вопрос и спросил сам:

–Значит, никто им не интересовался?

–Говорили, что девушка приходила, – сказал старшина Ваньков. – Но про это ты у сестрички спроси. Той, что на смене была. Танечка.

–Танечка? – Лавров посмотрел на военврача.

–Татьяна Лазарева. Но она сейчас не в госпитале. Её адрес я вам сообщу если нужно.

Лавров понял, что соседи по палате ничего больше сообщить не смогут. Он взял адрес медицинской сестры и хотел просмотреть её личное дело, но оказалось что дела уже погружены для эвакуации.

– Сами понимаете, товарищ лейтенант госбезопасности, что у нас эвакуация. Такая неразбериха везде царит.

Харьков.

Октябрь, 1941 год.

Управление НКГБ.

Лавров вернулся в управление и застал в кабинете Нольмана капитана Кравцова. Это его удивило.

– Проходите, лейтенант, чего стоите как столб в дверях? Удивлены, увидев здесь капитана? – сказал Нольман.

– Виноват, товарищ Нольман. Но новости у меня…

– Что с Куминым? – в один голос просили Нольман и Кравцов.

– Пропал.

– Что?

– Его нет в госпитале. Он утром потребовал свои вещи и ушел. Я говорил с персоналом, но никто ничего не знает.

–А из военного госпиталя можно вот так просто уйти? – спросил Нольман.

–Он показал удостоверение НКВД и его не посмели задержать. Сказал что у него дело государственной важности. Но меня удивило наличие у него этого удостоверения.

–Именно, – подтвердил Нольман. – Ведь убывая на задание, он удостоверение сдавал. Оно и сейчас у меня в сейфе.

Нольман проверил и не нашел там книжку Кумина.

–Что за ерунда? Здесь нет удостоверения Кумина! Но я помню, как сам положил его сюда. И обратно не выдавал!

Лавров сказал:

–В госпитале сказали, что у Кумина было удостоверение сотрудника НКВД. Значит, документ был с ним.

–Но как? – Нольман показал на сейф.

–Этого я не знаю, товарищ Нольман. Возможно, что вы забыли как отдали удостоверение Кумину?

–Забыл? Я следователь.

–Но сейчас так много работы, товарищ Нольман. Ведь ключи есть только у вас, – сказал Кравцов.

–А дубликат? – спросил Нольман. – Не может быть чтобы ключ был только один!

–Дубликат есть, но выдается он только в самом крайнем случае. Я сейчас вызову ответственного работника.

Кравцов поднял трубку и вызвал хозяйственную службу.

–Старшину Утюгова! Это вы? Прошу вас подняться на этаж в кабинет №Х. Да именно сейчас, старшина! Немедленно! Я знаю, что идет эвакуация и пусть они подождут! Это приказ!

Кравцов положил трубку.

– Сейчас старшина будет здесь.

– Ключи у него? – спросил Нольман.

– Да. Но выдать такой дубликат не так просто. Только по специальному разрешению. И сержант Кумин никак не мог его получить.

– Сейчас узнаем.

Старшина Утюгов человек лет за сорок, изрядно полысевший, вошел в кабинет.

– Старшина Утюгов прибыл по…

– Вы выдавали дубликат вот от этого сейфа кому-нибудь? – спросил Нольман.

–Выдавать дубликаты ключей от сейфов на этаже следствия строго запрещено без письменного разрешения…

Нольман прервал его:

–Мне не нужно зачитывать пункты инструкции, старшина. Я хочу знать брал ли кто-то этот ключ? – следователь показал его старшине на своей связке.

–Виноват, товарищ…

–Виноваты в чем?

–Дак по вашему приказу ключик то и выдал я вашему помощнику.

–Моему помощнику? – Нольман посмотрел на Лаврова, но тот только пожал плечами. – Лейтенант Лавров брал ключ?

– Да не лейтенант. Сержантик такой молоденький. По фамилии Кумин. Сказал, что работает в группе вашей, стало быть. И вы ключик-то позабыли, а сейф, стало быть, следует отворить. Ну и выдал я на часок ключ-то.

– Без письменного разрешения? – спросил Кравцов.

– Дак до разрешений ли сейчас? Многие так делают, товарищ…, – старшина никак не мог вспомнить фамилию следователя. – Ныне почитай все ключи берут. Оно и понятно – эвакуация.

–Идите, старшина! – приказал Нольман. – У меня больше нет к вам вопросов.

Когда дверь за ним закрылась, Нольман сказал:

– Ранение Кумина не простая случайность. Вы давно его знаете, товарищи?

–Кумина? Больше года. Хороший сотрудник. У меня в кабинете его личное дело, если хотите я могу его вам передать, – сказал Кравцов. – Пролетарского происхождения. Дед и отец рабочие. Воевали в Красной Армии в гражданскую.

– Я не сомневаюсь в его преданности партии, товарищ капитан. А что за удостоверение он показал? Что там было написано?

Лавров ответил:

–Никто не читал ни фамилии, ни имени, ни воинского звания. Увидели книжку НКВД и все. Но и это еще не все. Я выяснил в палате, что Кумина спрашивала какая-то девушка. Но видела её только медицинская сестра Татьяна Лазарева.

– Вы говорили с ней?

– Она сменилась из госпиталя и отправилась домой. Я посетил её по адресу, который мне дали в госпитале, но оказалось, что по этому адресу Лазарева не живет уже вторую неделю.

– Причины? Выяснили?

– Соседний дом был поврежден авиабомбой и многие сделали, так как Лазарева. Но где её искать я не знаю. Остается ждать, когда она появится в госпитале.

– Если появится, – сказал Нольман. – Не нравится мне это нападение на Кумина. Я просил его осторожно задать своей подопечной Кравченко несколько вопросов. И очевидно он их задал. Но что могло напугать «Вдову» настолько, что она предпочла избавиться от Кумина?

– Но разве Кравченко «Вдова»? – возразил Лавров. – Елена Костина, моя подопечная, из всех нами выделенных, больше всего подходит!

Нольман посмотрел на офицеров и сказал:

– Я внимательно изучил дело по операции «Мост». Киевского провала могло и не быть, если бы сотрудники НКГБ не сделали нескольких ошибок. Но сейчас речь совсем не о киевском деле, товарищи, а том, что мы снова делаем ошибки и изначально идем по ложному следу.

– По ложному? – спросил Кравцов.

– Мне кажется, что я понял как действует «Вдова».

– Как же?

– Вы сами принесли мне сведения о гражданке Гавриловой Анне и её муже, капитан. И эти нестыковки говорят о том, что легенды стряпали быстро, пользуясь сведениями которые некогда было проверять. Да и незачем.

– Но, насколько я понял, «Вдова» работает без таких очевидных ошибок.

– Именно. Потому мы и не можем поймать «Вдову». Мы занимаемся теми, кого нам подставили вместо «Вдовы». Это займет время работы группы, а «Вдова» тем временем сделает свою работу. Именно так было в Киеве. Тот, кто продумал операцию, весьма умен!

Лавров и Кравцов переглянулись. Они пока не поняли о чем говорил Нольман….

Глава 11

Инициатива лейтенанта Лаврова.

Харьков.

Октябрь, 1941 год.

Управление НКГБ.

Кабинет лейтенанта Лаврова.

Не только сержант Кумин решил проявить инициативу.

Лейтенант Лавров без санкции Нольмана установил слежку за Еленой Костиной. Лавров знал, что у Нольмана санкции он не получит. Тот снова станет твердить про осторожность «Вдовы». И потому решил все сделать самостоятельно. Победителей ведь не судят.