Среди настоящих фронтовиков никогда не было секретом то, что Железный Крест и в особенности награды Баварии могли быть получены гораздо легче личным составом за линией фронта, чем в окопах. Я знаю, в частности, в нашем полку тех денщиков офицеров (Offiziersburschen) и посыльных в тыловых постах управления, которые гораздо вероятнее могли получить "обычные" награды, чем даже храбрые офицеры в окопах.
У Штеттнера, разумеется, были свои собственные причины для разногласий с Гитлером в 1932 году. И всё же его замечания о том, как награждали Железным Крестом 1‑й степени, были верными.
Из всего лишь двух людей в звании ниже сержанта, награждённых Железным Крестом 1‑й степени между ноябрём 1914 года и маем 1918, один оказался посыльным. (Другую награду получил рядовой Иоганн Штеппер, который раз за разом вызывался добровольцем в опасные вылазки). Железный Крест 1‑й степени Гитлера был, таким образом, менее знаком смелости, чем его должности и продолжительной службы в полковом штабе.
Гитлер первоначально, хотя и безуспешно, был выдвинут на награждение Железным Крестом 1‑й степени Максом Аманом и Фрицем Видерманом, двумя наиболее горячими его сторонниками среди офицеров и сержантов 16‑го полка. То, что Гитлер в конце концов получил Железный Крест 1‑й степени, не было обязано вмешательству Амана и Видермана (которые в гитлеровском Третьем Рейхе поднимутся наиболее высоко среди людей из полка Листа). За свою награду он трагикомически должен был благодарить Гуго Гутмана, который к тому времени поднялся до полкового адъютанта. После того, как Гитлер доставил донесение во фронтовые части 16‑го полка при особенно опасных обстоятельствах, Гутман занялся делом Гитлера и рекомендовал наградить его Железным Крестом 1‑й степени. Эммерих фон Годин, который только что стал командиром полка, затем официально выдвинул Гитлера на награду, написав, что "в качестве посыльного он был образцом самообладания и твердости, как в позиционной, так и в мобильной войне", заявляя, что он был "всегда готов вызваться добровольцем доставить сообщения в наиболее трудных ситуациях с большим риском для собственной жизни". Железный Крест Гитлера стал возможен также благодаря приказу, возможно исходившему от самого кайзера Вильгельма II, в соответствии с которым больше Железных Крестов 1‑го класса должно было достаться обычным солдатам. И всё же главным ходатаем для получения Гитлером Железного Креста был служивший в полку еврей, имевший самое высокое звание.
Когда Гитлер сделал свою карьеру как политик и демагог на антисемитской теме и когда он приступил к Холокосту, то по очевидным причинам он отредактировал в своей автобиографии роль Гутмана в выдвижении его на получение Железного Креста. Более того, Гитлер затем опорочил Гутмана. По его собственным словам и по словам Балтазара Брандмайера, в 1930 году было заявлено, что Гутмана все в полку ненавидели. В своём идеализирующем Гитлера описании военных лет Ганс Менд вспоминает инцидент, в котором якобы открыто столкнулись Гитлер и Гутман. Менд заявлял, что однажды утром в декабре в 1915 году Менд встретил Гитлера на улице за линией фронта. Когда они разговаривали друг с другом, то увидели приближавшегося Гутмана. По словам Менда, Гитлер быстро скрылся за деревом, так как не хотел отдавать честь Гутману:
[Гитлера], однако, увидел [Гутман], и он спросил его, почему тот прячется. Гитлер в ответ лишь уставился на него. Похоже, что его выражение лица обнаруживало что-то ещё, так как снобистский Гутман всё более мрачнел и в конце концов отъехал после угрозы доложить о поведении Гитлера для наказания. Когда Гитлер подошёл обратно ко мне, он сказал: "Я признаю этого еврея в качестве офицера только на поле боя. Тут он сразу же выказывает своё еврейское нахальство, но когда он изредка действительно вынужден идти в окопы, то лишь заползает в дыру и не выходит из неё. Тогда он не беспокоится о том, что ему не отдают честь.
Многие биографы Гитлера также приняли послевоенную характеристику Гутмана Гитлером. Они склонялись к тому, чтобы видеть предполагаемое отрицательное отношение к Гутману как свидетельство растущего антисемитизма как в полку Гитлера, так и в германском обществе. Однако такое прочтение упускает тот факт, что кроме послевоенных заявлений Гитлера и Брандмайера нет свидетельств, поддерживающих такую интерпретацию.
Если бы Гитлер действительно был пламенным, явным и активным антисемитом к 1918 году, то представляется странным по меньшей мере, что еврейский офицер будет вовсю стараться, чтобы выдвинуть его для награждения Железным Крестом. Более того, все оценки Гутмана во время войны его начальниками, когда он поднимался по служебной лестнице в полку Листа, чтобы, наконец, стать полковым адъютантом, восхваляют его характер. Например, командир 3‑го батальона Вильгельм фон Люнешлосс описывал его в 1917 году как "очень одарённого" и "сознательного" и указал, что у него "первоклассный характер" и что он "всегда думал о благополучии солдат". Летом 1918 года Гутман получил сходную положительную оценку от командира полка Листа.
История, которая будет рассказана нацистской пропагандой, разумеется, не о том, как еврей представил Гитлера к награде Железным Крестом. Странным образом сам Гитлер был весьма молчалив относительно деталей того, как он заслужил свой Железный Крест. Нацистская пропаганда не молчала. В соответствии со статьёй в региональной нацистской газете в 1932 году Гитлер лично взял в плен целую группу британских солдат:
При исполнении обязанностей посыльного по пути в штаб батальона Гитлер попал под обстрел. Он предположил, что батальон находится за следующим холмом, взбежал вверх по склону и оказался в воронке от мины, занятой англичанами, которые немедленно приказали ему сдаться. Гитлер вынул свой пистолет, который был его единственным оружием, и с его помощью не только удерживал англичан, но и смог взять их в плен и отвести в штаб своего полка.
Статья не сообщает нам, почему британские солдаты просто сдались Гитлеру, а не изрешетили тело Гитлера градом пуль в тот же момент, когда он вытащил свой пистолет.
Другую версию истории рассказывали школьникам в Третьем Рейхе, в соответствии с которой Гитлер в одиночку взял в плен двенадцать французских солдат в начале июня 1918 года. Это повествование поддерживалось рассказом Игнаца Вестенкирхнера в 1934 году. История эта до той поры не использовалась нацистской пропагандой. В действительности инцидент имел место на самом деле. Однако в эпизод был вовлечён весь штаб полка. И героем его был не Адольф Гитлер, а никто иной, как Гуго Гутман.
Пленение произошло в последние два дня мая в Пикардии во время весеннего наступления. Задачей полка Листа в то время было оккупировать деревни Везапонин и Эпаньи. Пока батальоны 16‑го полка всё ещё сражались с французскими войсками к северу от одной из деревень, штаб полка поспешил занять мост к югу от Везапонин. Полковой командир Антон фон Тубойф отметил в письме, датированным 4 августа, днём, когда Гитлер был награждён Железным Крестом:
В то время, как у меня было двенадцать французов, взятых в плен, восстанавливавших взорванный мост к югу от Везапонин, я разделил полковой штаб на две группы для занятия моста и для удерживания берега ручья. Лейтенант Гутман вызвался добровольцем для второй задачи. Хотя противник отступил к западу, патруль, возглавляемый Гутманом, смог нанести ему существенный урон… 31‑го мая 1918 года Гутман снова отправился в добровольный патруль по собственной инициативе на северный берег Айсне, который всё ещё был занят противником. Он лично взял пленников и по результатам его разведки полк мог продолжать продвигаться к берегу Айсне.
Роль Гутмана, который, как мы видели, давно уже был награждён Железным Крестом 1‑й степени, была такова, что Тубойф предложил особым образом наградить его. Как и при множестве предыдущих случаев Гутмана хвалили за его "исключительные настойчивость и осторожность", за такт и за то, что он действовал, "жертвуя собой".
