2) Прекрасное выражение Канта: «Люди делаются софиста-

ми своих юношеских заблуждений»: Соловьевы, Аксаковы. И чем

они умнее, ученее, тем вреднее.

3) Записано что-то неладное так: детям нужны три основы: 1) не бояться смерти, 2) любить труд и 3) любить добро. Для всех

трех приемы обучения. Так записано. Теперь не могу вспомнить, что я при этом думал.

4) Доброта — любовь — нет более радостного состояния.

Сейчас и награда. И как раз обратное, что я вчера испытал: не-

доброта — наказание в сознании самое тяжелое.

5) Воля — свобода только в сознании своей духовности и по-

тому всегда отрицательная. (Опять не помню и не согласен.) 6) Думать, что мы можем знать мир и себя, изучая материаль-

ные условия мира, и не признавать источником знания свою душу, можно сравнить вот с чем. Человек живет безвыходно в темном

углу. Сведения о том, что делается на свете, он получает только

от своего друга. Друг не переставая сообщает ему о том, что де-

лается. И сведения эти так интересны для него, что он как будто

сам непосредственно живет с тем, что рассказывает ему его друг, и, живя с этим представлямым ему его другом миром, забывает

про то, что все эти сведения он получает через друга, что самое

реальное для него не мир, с которым он не имеет непосредствен-

ного общения, а истинно существует для него только этот друг. И

что для того, чтобы ему иметь ясное и безошибочное понятие о

мире, ему нужно, во-1-х, признать, что все, что он знает, он знает

302

через друга, и, во-2-х, изучить самого друга с тем, чтобы знать, в

чем можно и в чем нельзя верить ему. Друг этот есть то духовное

начало, которое живет в нас и через которое мы знаем то, что

знаем. Думать, что его нет, все равно, что думать, что человек, сидя в одном темном углу, может без помощи друга знать все то, что делается в мире. (Нехорошо).

7) В наше время между двумя сословиями, дворянским и кре-

стьянским, переменились роли: Прежде на стороне помещиков

были жестокость и жадность, а самоотвержение на стороне кре-

стьян. Теперь стало наоборот. (Тоже нехорошо, неверно).

8) Грубое суеверие — что я своими усилиями могу устроить

дом, семью. Еще более грубое — что я могу устроить народ, еще

более грубое —что я могу устроить Царство Божие для всего че-

ловечества. Все это, в особенности устройство жизни всего че-

ловечества, совершается по законам, мне недоступным и от меня

не зависящим. Думать и поступать так все равно, что для клетки

моего тела, если бы она для того, чтобы тело мое поступало так, как она этого хочет, нарушала бы законы своей жизни. Все, что

мы можем делать, так же, как и каждая отдельная клетка нашего

тела, это то, чтобы наисовершеннейшим образом исполнять за-

кон своей жизни. Общее же течение жизни совершается по недо-

ступным нам законам и ради недоступных нам целей.

9) Истинная жизнь всегда только в настоящем.

10) Христианское понятие равенства, понятое не со смирени-

ем, а с гордостью, производит не единение, а разъединение людей.

11) Смерть есть уничтожение сознания, то самое, что мы каж-

дый день испытываем, засыпая. Возникает ли новое сознание, как это бывает в сновидениях, мы не знаем.

12) Христианство, учение о доброй жизни, дает, а не требует; от непонимания этого все ужасы революции.

(Все записанное плохо).

28 мая 1907. Я. П.

<1)> Душевное состояние такое, что все неприятно, все, что

было, что будет, все нехорошо. Что это значит? — А то, что душа

хочет освободиться от прошедшего и будущего и жить одним не-

умирающим, непроходящим и неначинающимся настоящим. Та-

кое душевное состояние хорошо, и надо пользоваться им, живя

одним вечным, духовным.

<2)> Агафья Михайловна спрашивала у Алексея Степанови-

ча, страшно ли умирать.

з о з

<3)> Для того, чтобы убедиться в том, что в нас живет духов-

ная сила, независимая и не происходящая от тела, достаточно

вспомнить о способности каждого человека судить о своем ду-

шевном состоянии: рассматривать его, как нечто внешнее, созна-

вать себя, и невозможность сознать это сознание, рассматривать

его, как нечто внешнее, сознавать сознание. Я могу, рассматри-

вая себя, познать, что я сейчас раздражен или умилен, что мой

поступок был дурной или хороший, но я не могу сознать этого

сознания, рассматривать это сознание, как нечто внешнее. Я могу

сказать: что я сознаю, что я сознаю (и даже, что сознаю, что со-

знаю, что сознаю), но это сознание не будет иметь никакого со-

держания, а будет только все то же сознание своей духовности.

<4)> Три предположения: 1) дух = сознание = разум — произ-

ведение материи и в зависимости от нее. 2) Материя — произве-

дение сознания и в зависимости от него. 3) Дух и материя нераз-

дельно соединены, и ни одна не влияет на другую.

В первом случае на вопрос, откуда взялась материя, состав-

ляющая мое тело, я должен ответить: от прежде бывшей мате-

рии. А та? От прежней. А та? И я должен признать совершенно

непонятную мне материю, появившуюся сама собою.

При втором на вопрос, откуда взялась душа? я отвечаю тем, что не признаю вопроса. Душа, сознание, разум, ниоткуда не появи-

лось — оно есть, одно действительно есть, так есть, что без него ни-

чего нет. И потому в первом случае источник меня вне меня в беско-

нечном и совершенно непостижим, во 2-м он во мне и вполне ясен.

Третье же предположение отпадает само, так как не могут

быть равны два начала жизни, из которых одно вполне непонят-

но, а другое вполне понятно.

<5)> Сон — совершенное подобие смерти: в том, что прекра-

щается сознание, но не прекращается жизнь. Может быть, подо-

бен сон и тем, что в нем начинается новое сознание, все основан-

ное на прежнем (бдящем), ноне связанное с ним.

Может быть, подобие и в том, что вся наша жизнь относится к

истинной жизни, как сновидения к нашей теперешней жизни. Точно

так же, как в теперешней жизни после каждого засыпания и пробуж-

дения жизнь все больше и больше открывается, так и истинная жизнь

все больше и больше открывается с каждым рождением после смерти.

<6)> Поступки по вере усиливают веру. Вера производит по-

ступки. Circulus viciosus1.

1 Порочный круг (лат.).

304

1) Сегодня, 13 мая, проснувшись, испытываю странное новое

душевное состояние: как будто все забыл — не могу вспомнить, есть ли Юлия Ивановна или нет, не могу вспомнить: какое число?

что я пишу? — А между тем не столько представления, сколько

чувства нынешних сновидений представляются особенно ярко.

2) Воспользоваться свободой революции для того, чтобы из-

бавиться от суеверия необходимости власти. «Но люди не гото-

вы». Тут cercle vicieux. Люди не будут готовы, пока будет развра-

щающая их власть.

3) Как опекун считает всегда неготовым воспитанника, так

же и кандидаты в опекуны. Анархисты видят зло власти, но ве-

рят в нее — в ее средства.

4) Можно любить всякого человека. Только, чтобы любить

так человека, надо любить его не за что-нибудь, а ни за что. Толь-

ко начни любить так и найдешь, за что.

5) Что прежде, что после? Прежде надо освободить людей от

рабства, а потом уже облегчать машинами работу. А не так, как

теперь — когда изобретение машин только усиливает рабство.

6) То, что ученые историки все дальше и дальше проникают в

древность, показывает, что и прошедшее открывается нам так же, как и будущее, но открывается другим процессом и также неполно.