получилось известие о разгроме русского флота. Известие это по-

чему-то особенно сильно поразило меня. Мне стало ясно, что это

не могло и не может быть иначе: хоть и плохие мы христиане, но

скрыть невозможно несовместимость христианского исповедания

с войной. Последнее время (разумея лет 30 назад) это противоре-

чие стало все более и более сознаваться. И потому в войне с наро-

дом нехристианским, для которого высший идеал — отечество и

геройство войны, христианские народы должны быть побеждены.

Если до сих пор христианские народы побеждали некультурные

народы, то это происходило только от преимущества технических

военных усовершенствований христианских народов: (Китай, Ин-

дия, африканские народы, хивинцы и среднеазиатские); но при

равной технике христианские народы неизбежно должны быть

189

побеждены нехристианскими, как это произошло в войне Рос-

сии с Японией. Япония в несколько десятков лет не только срав-

нялась с европейскими и американскими народами, но превзош-

ла их в технических усовершенствованиях. Этот успех японцев

в технике не только войны, но и всех матерьяльных усовершен-

ствований ясно показал, как дешевы эти технические усовер-

шенствования, то, что называется культурой. Перенять их и даже

дальше придумать ничего не стоит. Дорого, важно и трудно доб-

рая жизнь, чистота, братство, любовь, то самое, чему учит хри-

стианство и чем мы пренебрегли. Это нам урок.

Я не говорю этого для того, чтобы утешить себя в том, что

японцы побили нас. Стыд и позор остаются те же. Но только они

не в том, что мы побиты японцами, а в том, что мы взялись де-

лать дело, которое не умеем делать хорошо и которое само по

себе дурно.

3) Не дописал 19-го и пишу нынче утром, 24 мая 1905. Я. П.

Записать надо многое.

1) Сестра Машенька (монахиня) и Пелагея Ильинишна тетуш-

ка (полумонахиня) в моем представлении сливаются в одно суще-

ство. И это так и есть. Духовное существо во всех одно, но здесь, при малом различии формы, это единство яснее представляется.

2) Разница несправедливости земельной собственности и

орудий труда в том, что владение землею включает неизбежно

власть над людьми, живущими на ней, владение же орудиями

труда дает власть только над теми людьми, которые подчиня-

ются этой власти.

3) Без глаза нет солнца. Без меня нет мира. Это не верно. Без

солнца не было бы животного и его глаза, но мир совсем не необ-

ходим для того, чтобы было сознание, т. е. я. — В сознании свое-

го я есть нечто основное, без чего ничего существовать не может.

Я могу допустить, что уничтожится тот мир, который я знаю, но

не могу допустить своего уничтожения.

4) Люди учат других, как им жить, уговаривают их.... все это

недоразумение. Человеку никак нельзя ничего внушить, еще мень-

ше может человек заставить сам себя что-нибудь пожелать, по-

нять, полюбить, даже сделать. —

Сам человек над собой ничего не может сделать. Он изменя-

ется, переходя из сознания животного в сознание духовное, и эти

изменения ему кажутся самопроизвольными. Но это не так: чело-

век так же подлежит неизменным законам в области телесной, как

и в области духовной. Разница только в том, что в области теле-

190

сной он страдает, а в области духовной испытывает постоянное

благо. (Страдания, испытываемые в области телесной (и страда-

ния, необходимые при возрасте, болезнях, старости), показывают

только то, что человеку свойственно благо, что благо есть его на-

значение). И потому человек не может сам на себя воздействовать.

Только другие могут воздействовать на него, и он может воздей-

ствовать на других в области духовной. Воздействие в области ду-

ховной состоит в воссоединении себя со Всем. Чтобы воздейство-

вать на другого, надо только помогать ему выйти из своего одино-

чества и соединиться со всем духовным миром прошедшим, настоящим и будущим. (Соединение с будущим есть то, что мы

называем идеалом.) Самому же надо укрепляться этим единением.

5) Говорят о нечестности крестьян, о лживости, воровстве.

Это-то и ужасно. Ужасно то, что мы, те, которые ограбили и гра-

бим крестьян, — мы виноваты в этом. Какой честности, правди-

вости требовать от человека по отношению к разбойникам, кото-

рые ограбили и захватили его?

6) Карляйль говорит, что деятельность, труд для человека, для

того, чтобы он мог совершенствоваться, так же необходим, как

то, чтобы глина, из которой горшечник делает горшки, вертелась

бы. Верчение не есть труд только, есть возникшее духовное со-

знание. (Не вышло, было что-то ясное.)

7) Стареясь, жалко молодых радостей: веселья, дружбы, люб-

ви.... И не нужно лишаться их. Стареешься, живи этими радос-

тями в молодых, переносясь в них, любя их, руководя ими.

8) Один смысл жизни: благо. Жизнь подразделена затем, что-

бы всякое отделенное существо испытывало благо, радовалось

бы. Благо разумного существа человека только тогда благо, когда

оно благо всех. (Плохо, а так.)

9) Как мы не знаем жизнь трудового народа! Не знаем всех

тех жертв жизнями, которые они несут ради своего труда. Все это

я думал, глядя на то, как откапывали засыпанного Семена Влади-

мирова. Самопожертвование, радость самопожертвования — вид-

на в Алексее Жидкове, Герасиме. Удивительно. Надо бы выяс-

нить это людям.

10) Чем больше занят собою, своей душою, тем меньше занят

внешним миром, и тем больше добра вносишь в мир. И наоборот.

11) Жизнь есть расширение, углубление духовного сознания.

Все, что мы считаем злом, содействует этому.

12) При смерти уничтожается отделенность и потому прекра-

щается сознание и движения и телесности.

191

13) Совершенствование есть сама жизнь: расширение сознания.

Радостно сознавать его. А ни остановить ни подогнать его нельзя.

14) Очень важное• Полезно заниматься особым родом мо-

литвы. В мыслях перебирать людей нелюбимых, вникая в их душу

и думая о них с любовью. У меня длинный список такого поми-

нания. И у всех есть. Это очень полезно.

(Вот эта мысль не моя, я бы не мог выдумать ее, а она пришла

мне неизвестно откуда, и я могу и должен пользоваться ею, так

же как и те, которым я сообщу ее.)

15) Очень хочется вложить в Илюшин рассказ свою исповедь

и откровение о мужиках. А то не успею.

16) Мне кажется, что есть день один и другой, утро, вечер, ночь, год один и другой, весна, лето, зима, что есть Фоканов Ми-

хайла — дед, Тарас — отец, Петр — сын и его сын, а все это так

кажется только от того, что я отделен и не могу видеть всего сра-

зу; а это все есть, все в одном.

(Вроде сумашествия.)

17) Подходят к двери шаги. Я спрашиваю: Кто там? Отвеча-

ют: Я. — Кто я? — Да я, — с удивлением, что можно об этом

спрашивать. Это мальчик крестьянский. Он знает, что на свете

есть только его я. То я, которое во всем. Я же спрашиваю: о том

окошке, через которое смотрит я.

18) Хотел сказать, что без самоотвержения ничто важное, су-

щественное не совершается. Но это неправда. Надо сказать, что

без готовности отдать свою жизнь ничто настоящее не соверша-

ется. «И кто погубит душу, тот»

19) Ничто не может быть признано причиной чего-либо. При-

чины всего бесконечно разнообразны и отдаленны и необъяснимы.

6 июня 1905. Я. П.

Записать надо:

1) Я чувствую, что только начинаю быть похожим на челове-