Духовник , еще до совещания ознакомившийся с картой и бывший до сих пор в изумлении, подошел к столу и неспешно, четко обрисовал политическую картину не только Европы , но и Ближнего Востока и Малой Азии, сопроводив доклад такими знаниями тонкостей не только экономики , но и матримониальных связей, что народ слушал его, затаив дыхание. Я про себя ухмылялся. «Вот вам архаровцы, наука. А то привыкли принимать окружающих за негров с Мадагаскара. Знаю, нет на нем негров, но смысл тот же».

После паузы первым не выдержал Игорь:

- Отче, вам бы в премьеры! То есть в канцлеры, - на что священник ехидно уронил в бороду;

- А я им и был.

- Теперь вы поняли, что самостийность в волости терпит крах. - подытожил я,- все поделено до нас. Так что с кондачка решения не принять. Необходим хотя бы трехлетний план становления на острове. Но ясно одно и я согласен с шевалье Дю Шес – нас будут использовать, пока не выжмут потенциал. И все уникальные производства, задуманные нами, должны быть мобильными, насколько это возможно. Теперь о делах церковных : на острове должна создана атмосфера терпимости любых конфессий, православный храм будем строить в камне, будет открыта школа стараниями отца Филиппа. В том же здании откроем ремесленное училище. Теперь с вами, барон Холтендорф. Венчание пройдет в городском костеле, а тебе срочненько – в католики. Надо, барон, надо. Без этого задуманное нами не будет понято в первую очередь ни в Ливонии, ни в Тевтонском ордене. И, напоследок, что вы думаете по поводу визита в Стокгольм? Что будут требовать от меня - знаем, а вот что нам нужно от фюрера -тут широкое поле для обсуждения.

После этого была повторная встреча с финансистами, где я персонально озадачил каждого.

Вот теперь небольшой когг неспешно лавирует среди скал, подбираясь к столице Швеции и одновременно унии. Вот и представительная комиссия по встрече. И похоже, встречают не бедного родственника, заметна необходимая предупредительность. Значит, надо соответствовать.

От одежды хозяев рябило в глазах. По сравнению с ними мы были серыми тенями. В период наших приключений на Руси с трудом смирился с вычурными и абсолютно нефункциональными одеяниями, но эти щеголи поразили воображение даже Асии. Впрочем, шевалье дю Шес был в море моды на переднем крае, представив все прелести бургундских веяний. Носки обуви были так длинны, что привязывались к щиколоткам веревочками. А шляпа! О-о! Этакий фетровый котелок, к которому сбоку был пришпандорен фиолетовый шлейф из какой-то кисейной тряпочки. Ну, хоть как - то уравновесил моё скромное одеяние. На то он и потомок самого Жана Беррийского.

Прием проходил в скромном на вид здании, то есть в старинном замке. Все пристойно, величаво, но какие же здесь сквозняки. Опасливо покосился на Гавро и Машку – не застудились бы в скандинавском медвежьем углу. Асия поняла все без слов, набросив им на плечи по меховой пелеринке. Герольд проревел наши титулы и мы предстали перед его величеством Эриком Померанским- королем Дании, Швеции и Норвегии. Сама официальная часть заняла немного времени, затем мы прошли в малую приемную, где и состоялись переговоры, точнее – их первая часть, похожая на обнюхивание, принюхивание и верчение хвостами. Сам Эрик произвел впечатление умного, знающего и очень непростого человека. Тип лица – я бы сказал скандинавский; близко посаженные глаза, сухощавый, ниже меня на полголовы, одет просто без финтифлюшек. Беседа проходила без дам в присутствие переводчика с встречающей стороны. Эрик говорил на немецком, так же как и я. Поэтому без церемоний перешли на него.

Король очень интересовался московскими делами и причинами, заставившими нас оставить службу у великого герцога Бэзила. Его непроницаемость была пробита сведениями, что отныне Русь теперь сама является экспортером железа. Я снизил эту обеспокоенность информацией о том, что оружейный металл будет закупаться Московией в прежних объемах. Эрика интересовал и главный вопрос – как мы будем восстанавливать значимость Готланда? Наши первые успехи очень его удивили, особенно строительство маяка на острове Форё. А затем начался самый настоящий торг с привлечением его советников, весьма толковых спецов. В ход шли посулы, завуалированные угрозы, лесть – в общем обычный набор договаривающихся сторон. К слову Эрик четко чувствовал границу между просьбой и приказом своему вассалу. Я уже прошел эту школу кнута и пряника на Москве и потому не испытывал былого дискомфорта. Вот когда пошел разговор о детях, тут пришлось напрячься и поизворачиваться. Переговоры шли с перерывами три дня. В перерывах пьянствовали, танцевали, знакомились. Местная знать быстро прознала, что у короля появился еще один козырь и повалила засвидетельствовать свое почтение. Почтение выражалось по разному – чужак всё - таки, иной раз сквозь зубы, но надо Федя, надо. А вот супруга Эрика мне понравилась – простая девчонка, некрасивая, с замечательным отзывчивым характером. По сравнению с любовницей короля- имя опять забыл, прости Господи, обычная Золушка. Кстати, о Господе. Одним из категоричных заявлений Эрика было требование, именно требование перехода нового маркграфа в католичество. Его епископ даже ощетинился от религиозного рвения, но так же и сдулся после моего заявления, что с этим – ноу проблем. Знал бы он, сколько проблем у меня было в споре с отцом Филиппом. Вот ведь дети – никак не наиграются.

Итог визита: у меня – изжога и отрыжка после суровой пищи викингов - это раз. На второе обещания отлить королю пушки для защиты датских проливов. Давно Эрика грызла мысль о тотальном контроле над Зундом, но силенок не хватало. Теперь аж светиться – в глазах вместо зрачков талеры сверкают. Под это дело выбито снабжение горючими материалами, древесиной, нерудными материалами, продовольствием для строительства нового производства в Швеции. Это вроде госзаказа. А для себя выбил беспошлинную закупку железной руды и доставку её на побережье. Снабжение новыми порохами – за мной, сырье для него - за короной. Для охраны перевозок король выделил три судна в прямое подчинение маркграфства. Правда обеспечение этого удовольствия за мной. И прочее и прочее. Вот в счет прочего пришлось оставить 11-летнего Гавро при дворе.

- Ты тут присматривай за ними, они нам не друзья и не родственники, -сказал я ему на прощание. -Кто с кем дружит, против кого дружат - примечай. Помнишь Москву? Мы хороши - пока нужны. И с ровесниками сойдись. Они – в отличие от тебя говорливы, мотай на ус. Грамотки шли через наш банк.

На мои инструкции Гавро ответил:

- Батюшка, ты не беспокойся. Я все понимаю и Багро помню.

Вот так пришлось оставить парня без детства.

В целом складывалось так, как мы планировали с Олегом. Да, да только ему я мог довериться полностью. И главной частью плана было предложение Игоря о создании собственного государства, которое было отодвинуто для всех особо допущенных к делу и телу на вторые планы.

- Смотри, Михалыч, мы пока не готовы к этому не потому, что не можем втиснуть задницу в европейские палестины, денег хватает, а потому, что не готова собственная армия и, главное, экономическая составляющая, в первую очередь, производственная база.

- Полностью согласен. А вот куда направить стопы, что надумал?

- Элементарно, Ватсон. Вот он остров Мадейра, вот он зелененький, еще никем не открытый и не загаженный. В плане обороны безупречен. Размер главного острова – 57 на 22. Климат ровный, летом не жарко, бананы растут. Лежит на пути будущих морских перевозок-стриги купоны.

- Интересно, - протянул я. – Считал, что его давно прибрали к рукам.

- Скоро приберут, через три года – в 1416 году португальские хлопчики. Эту авантюру я с самого начала планировал еще будучи в Троицко - Печорске. Держал, как резервный вариант.

- А ведь это прорыв. Это то, что надо. Теперь можно готовиться целевым назначением. Спасибо, дружище. Ты знаешь, лично я место для личной вотчины ставил на второе место, а на первое всегда выползал жирный вопрос- как сохранить рожоное дитя? Как сделать так, чтобы после нашей смерти построенное не пошло прахом?