- Цепляйся за плечи.

…От разломов была несомненная польза – отходы любого свойства, оставленные там, в лагере не воняли! Джейн, слегка повеселев, чистила коренья. Они были устроены проще, чем фауна – хотя и тут были «подводные камни», например, пузырьки в верхней части или острые жёсткие гребни, прозрачные, как воздух – и идущие по всему корневищу сверху донизу…

- Смотри, - Хассек, вернувшись с набитым мешком, отделил лист от своей подстилки и высыпал всё на него. – Это растёт только у воды. Где много синего – есть нельзя. А это грибы, с них только плёнку снять. Её клади отдельно, посушим, - если растолочь, хорошая кислая приправа!

Разделку дичи – в этот раз мелких летучих шаров и конусов – он взял на себя, и к лучшему – они ещё трепыхались. Корни (если внимательно смотреть на них со всех сторон) хотя бы не пытались внезапно укусить… Часть Хассек почистил только от мелких корней и нанизанного на них гравия и сложил в сумку. Плёнки от грибов сушились, прилепленные к уложенному над ямой колышку. Прилипали они крепко – и к пальцам тоже.

- Сфен Земли – самый спокой… - начал было Хассек, но тут у подстилки зашевелился гравий. Страж успел первым – взмах посоха, световая вспышка, и раскрытая было пасть исчезла, откусив только край листа. Хассинельг стукнул «горящей» палкой по гравию.

- Падальщик. А так тут спокойно. Если не нарвёшься на кочевников. Но они пешком ходят редко – а сааг-туула мы не прозеваем. Главное – не подходить к городам Кьюссов, там их летучие звери…

- Угу, - Джейн вспомнила сааг-туула – ей так и не довелось увидеть его хвост. – Звери – как у Джагулов?

- Поменьше, - без тени усмешки ответил Хассинельг. – Как от ручья до той скалы. Но если он хлопнет пастью… Я-то посохом зацеплюсь, а тебя точно всосёт. Посиди тут, схожу корни помою. И лишнее выкину, чтоб падальщиков не смущать…

«Лишнее» - внутренности и шкурки – он бросил у лагеря. Гравий зашевелился без промедлений. Секунду спустя мусора не было.

…Это варево получилось синим с прозеленью, с крупными кусками корней и грибов, размягчившимися, но не превратившимися в пюре. После пары ложек Джейн перестала прикрывать глаза – тут наверняка ели и не такое, тем более в походе.

- Омтурру, куда мы идём, - рискнула спросить она, - кто там живёт? У них есть… крупные зверушки?

Хассинельг ухмыльнулся, будто услышал шутку.

- Не, Скогны не держат никого, кто не помирает от удара палкой. Только садки со съедобным зверьём, деревья и грибы. И в Омтурру тоже.

«Скогны – те… бесшёрстные выдры? Они… похоже, очень смелые. И если они жили на атомной станции – они должны что-то понимать в технике…» - думала Джейн, доедая синее варево. «А если в них уже что-то вселилось, мы… наверное, успеем удрать.»

…Она не знала, сколько часов они шли. Последний прыжок Хассинельг сделал ещё при ярком свете, когда путники закончили разделывать и развешивать на просушку то, что добыли, уже стемнело. Ноги Джейн не болели, но на ночь страж провёл по ним посохом. Устроились в этот раз в Сфене Земли, распугав падальщиков и выставив какой-то другой купол – переливающийся, но не менее прочный.

- Если земля шевельнётся, - предупредил Хассек, когда устраивались спать, - сразу вставай на ноги. Шевельнётся снова, сильнее – буди меня! Тут внизу… мало ли кто проползёт.

Джейн поёжилась. Ей снова не хватало крыши над головой, стен вокруг… и хорошего прочного фундамента.

13 день Мрака месяца Камня. Равнина, Сфен Земли

Хассинельг старался прокладывать дорогу только по Сфенам Земли, куда-то ещё вылезая на считанные минуты. Ноги Джейн привыкать не спешили. Сегодня ещё и проросла – с самого утра, и под подстилкой девушки тоже – пёстрая шевелящаяся огнелюбка. Когда на горизонте погас световой столб, «плаун» заполонил всё вокруг. После третьего привала Джейн уже хромала на обе ноги – оттого, что неровная зыбкая поверхость ещё и трепыхалась, ступни сворачивало в трубочку.

- Если б попался зверь с широкими костяными пластинами… - вздохнул Хассинельг, проводя светящимся посохом вдоль ног Джейн. – Те, что прилетают, мелковаты.

- Чем дольше крутится воронка, тем крупнее… дичь, - заметила девушка, вынимая охотничье снаряжение; расставлять сети ей пока не доверяли, выходить из-под купола – тоже, но разрешили порыться в гравии одним из колышков – только всё найденное показать стражу. – Если ещё подождать – может, прилетят крупные?

- Они-то прилетят, - согласился Хассек. – Но то, что крупнее меня… лучше не звать тех, кто примет тебя за добычу!

Джейн вспомнила рассказ о «туун-шу», живых самолётах Кьюссов, и решила, что Хассинельг прав и в целом не глуп. Как и местные – иначе бы не выжили.

Хассек вернулся довольным и показал Джейн буро-зелёные шипастые шары с кулак размером.

- Куджагла! Нашёл в мёртвом дереве. Только… смотри, чтоб я после неё в общую еду ничем не лез. Ни ножом, ни ложкой. Руниен говорил – для людей это смертельный яд!

Напоминать не пришлось – Хассинельг покромсал куджаглу в отдельный мешочек из гзеша (прочные и тонкие бурдючки, похоже, с сарматской станции разбирали все, кто мог, - на Равнине ничего такого не было) и залил горячей водой со шкурками «ручейных» грибов. Нож прокаливал над огненной пластиной, пока лезвие не начало багроветь по краям.

- Сейчас я всё размешаю, - страж, закончив с очисткой ножа, покосился на зелёное свечение из-под рукавов Джейн, - и пойдём учиться. Хорошо, сегодня день нисходящей стихии, - не то тебя на каждом привале пришлось бы вытряхивать!

…Камешек на верху маленькой горки взметнулся паром. Джейн била с двух рук – и это было первое попадание.

- Ну вот, - Хассинельг довольно улыбнулся. – Когда лучи наружу не рвутся, попробуем что посложнее. Ну например…

Он, перехватив посох хвостовой клешнёй, провёл ладонью по кругу. На земле проступила светящаяся зеленоватая дуга.

- Световые штучки – несложные. Только нужна осторожность. Смотри, ты не выталкиваешь луч вон, а даёшь ему медленно стечь – и стряхиваешь, как капли воды с пальцев. Попробуй!

«Стечь… капли воды…» - Джейн махнула рукой в сторону горки камней. Луч, ударивший из ладони, оставил обугленную полосу на гравии.

- Эррх! – Хассинельг придержал её за предплечье. – Ты всегда будто бьёшь наотмашь. А тут надо плавно. Вот представь – свет течёт по руке…

Джейн честно попыталась. Даже получилось. Хассек вёл её руку, и на гравии проступал световой пунктир, прерываемый обугленными точками.

- Вот так, почти вышло…

На шестой раз он рискнул отпустить её руку. Джейн снова попыталась представить себе текущий свет и красивый узор на гравии. «А проку от него против кристаллоидов?!» - сверкнуло вдруг в мозгу. В следующий момент перед ней дымился кратер метровой ширины, а она, шатаясь, оседала на землю. Хассек оттащил её на подстилку – отпаивать отваром курруи.

- Ведь почти же получалось… - он, кажется, расстроился раз в десять сильнее.

- Это всё я, - Джейн уставилась в гравий. – Не надо было думать о кристаллоидах!

На кончиках её пальцев выступил зелёный свет. Хассек быстро сгрёб её руки в широкую ладонь, накрыл другой.

- Не надо! Это ты уже берёшь из себя. Так делать – быстро сгоришь. Джейн, мы же не в бою. Мы учимся. Для чего тебе столько яростных мыслей? Я не так что-то делаю? Что тебя успокоит? Не будет проку, пока ты рисуешь, а думаешь о бое. Есть лучи для битвы, есть для красоты, есть для ясного зрения… для речи даже есть! У нас тут некоторые говорят лучами…

- А я пробовала, - Джейн вспомнились Зелёные Пожиратели и их сигналы. – Даже получалось. И голове было легче. Но там не было кристаллоидов… и захваченной станции, и всего вот этого!

Страж склонил голову, задумчиво глядя на посох. Внутри навершия раскалённые красные и холодные зелёные вспышки быстро сменялись чернотой.

- Попытайся всё-таки думать не обо всём сразу. И у нас тут, и у тебя там… бывало же и хорошее! Может, о вкусной еде. Или о купании – тебе же нравится купаться? Мы завтра найдём хороший ручей, помоемся…