"Боюсь представить, что именно. Поделишься?"

"Сначала хочу услышать твою версию".

"Тогда обменяемся ими завтра".

"Ловлю на слове".

Тут я вспомнила, что утром обещала прибавление оплаты. Может, Ян и воспринял все в шутку, но сказать следовало.

"У меня не очень хорошие новости. Изменилось расписание. Работать в театре будем только один день".

"Может это и не плохо. Накопились дела".

"Актерство для тебя — это просто развлечение, так?"

"Скорее приятное времяпровождение".

"А чем ты зарабатываешь на жизнь?"

"Расскажу, когда мы станем ближе".

Я против воли улыбнулась. Должна была осадить нахала, но представила, что Ян тоже улыбается, когда пишет это. Тепло и лукаво.

"То есть, никогда?"

"Увидим".

Демьян

Я не был готов к тому, что на меня так подействует вид Василисы. Девушка стояла у вагона совершенно растерянная и бледная. Беззащитная и ранимая настолько, что меня накрыло желанием немедленно сделать все, чтобы вернуть краски на красивое лицо.

И я промолчал. Не смог рассказать ей о том, что наше общение переносится из театра в мастерскую. Побоялся нарушить хрупкое доверие, что появилось между нами.

Решение пришло позже. Трудоемкое, громоздкое и, наверняка, глупое. Но способное оттянуть момент, когда Василиса все узнает. Слишком рано. Она ещё тешит себя надеждой, что блондинистый громила станет ее ручным медведем. И будет сопротивляться любому давлению.

Осталось решить вопрос с Адой. Девушка становится настоящей головной болью. И от ее претензий не откупиться подарками, какими бы дорогими они не были. Когда-то я обещал Аде домик у моря на родине. Пора исполнить обещание.

19-е Листопада.

В этой части академии я не была ни разу. Для первого года мастерские были оборудованы в общем здании, а сюда не пускали никого, кроме бытовиков и боевиков. И вот теперь мне выпала сомнительная честь увидеть святая святых артефакторики.

Здание было старым и мрачноватым. Когда-то именно с него началась Белозерская академия. Наставник Греков, что провожал меня на первое занятие с графом, успел показать несколько местных достопримечательностей.

— Это отпечаток привидения, — Греков произнес это тем же уверенным тоном, каким вел занятия, и оттого услышанному хотелось верить даже вопреки рассудку.

Я с некоторой опаской уставилась на отпечаток. На грубой кирпичной кладке были следы черной копоти странной формы — словно к стене прислонили человека и обвели его контур грубыми широкими мазками.

— Никто не знает что это, — сжалился над моим недоуменным видом наставник. — Слишком давно. Надеюсь, это шутка, а не несчастный случай.

Я несколько раз оглядывалась на странное изображение. В узком каменном коридоре с низким потолком и редкими светильниками и раньше было мрачно, а теперь стало жутковато.

— Вас ждут здесь, — Греков остановился у металлической и на вид очень массивной двери. — В следующий раз найдёте дорогу?

Я подумала про отпечаток, вздохнула и кивнула:

— Спасибо, что проводили, наставник.

Закрыла за собой внешнюю дверь и по узкому длинному коридору дошла до внутренней. Все мастерские это своеобразные комнаты в комнате, ибо государев указ велит строить их с дополнительными внутренними стенами. Указ приняли еще двести лет назад после обрушения нескольких зданий из-за катастроф в первых мастерских.

Мужчина стоял ко мне спиной, но обернулся сразу, как я вошла.

— Здравствуйте, Василиса, — глухо сказал он, и я заставила себя подойти ближе.

Остановилась в двух шагах, уставившись примерно в середину мужской груди.

— Здравствуйте, граф.

— Демьян.

— Что? — я растерялась.

— Мое имя.

— Очень приятно.

Приятно мне не было. Было неловко и неуютно. Я стянула с плеча лямку полотняной сумки и достала зеркало. Аглая вчера привезла артефакт в Белозерск из поместья. Я попросила об этом в письме.

— Присаживайтесь, — мужчина указал на высокий стул около второго рабочего стола. — Я пока приготовлю инструменты.

Благодарно кивнула и отошла, мимоходом отметив плотные тёмные перчатки на руках графа.

Следующие полчаса я сидела, молча наблюдая как артефактор разбирает инструменты из узкого металлического ящика. Создавалось ощущение, что мужчина имеет в голове четкую картинку, как должен выглядеть его рабочий стол, и выкладывает предметы в строгом соответствии с этой самой картинкой.

На меня граф внимания не обращал, зато я получила возможность спокойно изучить его. Выверенные неторопливые движения завораживали и успокаивали. Этот человек твердо знал, что делает, был сосредоточен и увлечен. Инструменты ложились на стол беззвучно, словно ни они, ни поверхность стола не были металлическими.

Собственно, это все, что я могла понять по тому, что видела. Ну и ещё то, что мужчина довольно высок, строен и не стар. И очень скрытен. Иначе чем объяснить плотную бесформенную одежду и маску?

— Простите меня, граф, за бестактность, — в конце концов не выдержала я. — Но для чего вам маска?

— Демьян, — за сетчатой металлической поверхностью не был виден даже блеск глаз. — Называйте меня по имени, пожалуйста.

— Хорошо, — покладисто ответила я. — Демьян, для чего вам маска?

— Это защитный артефакт.

— Я понимаю. Мой… — хотела сказать, что жених, но в последний момент осеклась, — друг учился на боевой артефакторике. Я знаю, про защитные артефакты. Но сейчас нам ничего не угрожает и…

— Надеюсь, вы простите мне это, — глухо сказал мужчина и отвернулся, укладывая последние инструменты. — По особому распоряжению государя я не имею права обнародовать свою внешность.

Я нахмурилась, размышляя над его словами. Потом решила, что это вполне в духе графа Черняхова. Если артефактор действительно так гениален, как о нем говорят, то есть смысл скрывать столь ценное дарование.

— Вас это оскорбляет? — мужчина развернулся ко мне. За его спиной ровными рядами лежали инструменты.

— Нет, — я мотнула головой. — Вовсе нет. Удивляет и немного смущает, но не оскорбляет, что вы.

— Хорошо, — наверное, мне показалось, что из голоса графа исчезло напряжение. Слишком сложно было уловить эмоции в сухом и словно механическом тоне. — Вы готовы?

— Да! — я попыталась встать, но артефактор остановил меня жестом. Подошёл сам, встал позади, склонился над зеркалом, лежащим прямо передо мной.

— Забавная вещь, — мужчина осторожно провел пальцами над ободком. — Покажите, как она работает.

Я взяла артефакт в руки, коснулась камня и зеркальная поверхность сразу помутнела, словно на ясном небе появились плотные тучи. Но уже через мгновение в зеркале отразилась маленькая тёмная комната, заставленная ящиками и коробками.

— Наверное, зеркало раньше стояло в важном для Уваровых месте, — я пожала плечами, словно оправдываясь за непритязательный вид, — потом его убрали на чердак.

— Вы не пытались найти это место? Забрать камень?

— Нет. Раньше я об этом часто думала, а когда появилась возможность…нашлись дела поважнее.

— Все камни рабочие?

— Только пять.

— Хм, — мужчина снова провёл пальцами на ободком.

Для этого ему пришлось придвинуться еще ближе ко мне. Я задержала дыхание, боясь пошевелиться. При этом меня не пугало и не было неприятно такое соседство. Я просто боялась помешать чужой работе.

Маска делала графа почти бесполым. Умом я понимала, что передо мной мужчина, причём не абы какой, а тот, кто желает видеть меня своей женой. Но с его стороны не было ни намека на интерес ко мне, все внимание граф сосредоточил на зеркале. Вкупе с маской, механическим сухим голосом и выверенными движениями это заставляло забыть о мужской природе артефактора и видеть в нем только ученого.

— Я чувствую энергию в этих, — пальцы графа безошибочно тронули рабочие камни. — Мы начнём с того, что заменим ненужные.