- Умею, в колонии двадцать лет работал, пока не выкинули перед самой пенсией… Эка невидаль! Где ж они такой взяли?

- Эт хорошо. Мы это… Чутка затаримся? – во вторую ладонь деду ткнулся запасной магазин, взгляды встретились.

Леший по-прежнему говорил тихо, но властно. Не спрашивал, а убеждал деда в своих словах.

- Много не возьмем. Столько, сколько нужно для троих. И вы уходите, не задерживайтесь. Я тачку отгоню сейчас подальше, тварей уведу, а вы пешком следом. Машину не бери, двигатель далеко слышно, мертвяки на него как на сирену сбегаются. До махача дойдет если, стреляй только в голову. Сам, наверное, видел кино про зомби. Да и людям, все правильно делаешь, не верь. Всякие могут сейчас шастать. Патроны экономь. Лучше всего топорик возьми. На выстрел твари тоже сбегаются. Они быстрые и сильные, но утром, до восхода солнца «замороженные». Лучше, как раз, ночью и уходите. В «Отражении» есть эвакопункт. Тут не очень далеко, до рассвета дойдете. Знаешь где это? Хорошо. Вот, туда и идите. В магазинах или крупных торговых центрах не задерживайтесь, больницы вообще стороной обходите… Все понял? – охранник, словно загипнотизированный его речью, кивал безостановочно. – Вот и хорошо! Девочку, пожалуйста, доведи! Если бросишь… я тебя найду… - старик сглотнул. – Алевтина Олеговна, - уже громче, так чтобы учительница услышала, привлек он внимание спутницы. – Кончай сиськами светить, пошли собираться. О девочке позаботятся. Времени мало!

- Но-о-о ка-а-а-ак?! - поднялась училка, прикрывая грудь какой-то тряпкой.

Вот кукушка! Ну оделась бы уже давно! Вон сколько шмоток в магазине! Нет! Сидит над девочкой, как наседка! Там вон и без нее уже стайка женщин вьется. Кто воду подает, кто одежду в руки сует, кто по голове гладит, а кто бестолково сидит, причитает.

- Собирайся, говорю! Времени мало!

Аля встала, вздохнула. Ну, так-то здоровяк прав. Она же к дочке торопится… Но и Аню… Аню бросать в таком виде не хочется…

- Сама ее на руках понесешь! – подошел ближе здоровяк и посмотрел своим фирменным взглядом.

Что ей захотелось? Именно! Писать… Аля кивнула.

- Олеговна! - разбирая завалы всякого хлама в туристическом отделе, позвал спутницу Орлов. – На, вот! Тебе как раз будет! Надень-ка…

Девушка приняла камуфлированный туристический костюм, потеребила его в руках. Ткань плотная. Явно не по погоде.

- Надевай, надевай! Сегодня дождь будет, вон, туча, какая заходит! Не сваришься, не бойся!

Алевтина обернулась, взглянула на улицу. Действительно. Тяжелая синяя туча выползала из-за крыш высоток, обещая скорое изменение погоды.

- И вот, пончо накинь… - здоровяк передал девушке кусок квадратной ткани с вырезом посредине. – С рюкзаком самое то будет!

- С рюкзаком?

- Конечно! Как я тебя с пустыми руками-то пущу!? – Леший ухмыльнулся. – Такая лошадка и пропадает! – сказано это было с такой интонацией, что Аля смутилась.

Фраза вроде бы не имела сексуального подтекста, но ей от чего-то показалось, что он есть. Она после всего случившегося стала как-то по-другому смотреть на своего спутника.

- Я один на себе все не понесу. У нас сейчас и с оружием нормально будет, и с провизией. Если я все на себя нагребу, мы далеко не уйдем, так что… Вот! Дарю! - Орлов пододвинул девушке такой же, как у него, пятнистой раскраски рюкзак, который набивал до этого уже минут десять.

Аля вздохнула. По виду в нем было веса больше, чем в ней самой. Куда ж она его потащит-то? До дверей максимум…

- Давай, давай! Не боись! - улыбнулся здоровяк. – Я там только тряпки всякие напихал. – Выходить уже надо, - он взглянул на часы. – Полтора часа тут потеряли! Ай, плохо! Ну, ничего! Сейчас дождь на руку только будет…

Выходили аккуратно, через заднюю дверь. Ту, у которой первый браток и нашел свою смерть. Он, кстати, уже поднялся и тупо ходил перед пандусом, не решаясь на него подняться. А это, кстати, интересно! Леший четко помнил, что вроде никаких укусов на теле лысого паренька перед тем, как сломать тому шею, не видел. Значит, его покусали уже после того, как он окочурился? А это что значит? А это значит, что есть какой-то промежуток времени, за который мертвого человека можно перевоплотить в мертвяка! Интересно, каков этот срок? Надо будет поэкспериментировать… Что-то ему подсказывало, что отморозков в городе еще много и, потому, в подопытных недостатка не будет.

Туча накрывала город. От утренней безмятежности не осталось и следа. Когда они покидали «Шестерочку», вокруг уже было черно. Ветер начал трепать деревья, гонять по пустырю за магазином обрывки строительных пакетов и прочий мелкий мусор. Затем сверкнуло. Над городом прокатился первый робкий раскат грома. Твари, все также тупо шатавшиеся перед входом в магазин, потерявшие цель и надежду пробиться сквозь преграды, заволновались. Они закрутили головами, заурчали в поисках того, кто издал этот могучий звук. Первый бывший человек, мужчина в оборванной одежде кинулся, сверкая окровавленными пятками куда-то в сторону почты. За ним, повинуясь стадному чувству, двинулись еще, сперва двое, затем целой гурьбой.

- Аккуратно, за мной, - скомандовал Алексей, выждав удобный момент.

Над городом снова сверкнуло, оставшиеся на парковке перед магазином твари заворчали, заозирались по сторонам. Леший первый, пригибаясь, держа бандитский АКС наготове, добрался до капота внедорожника, обогнул его, открыл водительскую и пассажирскую дверь, махнул притаившейся девушке. Та, чуть не скуля от страха, засеменила к нему.

Ее, разумеется заметили, но слишком поздно. Девушка от страха так припустила, что, наверное, не каждый олимпийский чемпион за ней мог сейчас угнаться. Мгновение и Аля, сунулась в кузов. Сунулась, да не рассчитала свои габариты. Рюкзак, ожидаемо уперся в верхнюю планку кузова и не дал ей с ходу запрыгнуть на сидение. Леший медленно вдохнул, выдохнул через нос. До мертвяков еще далеко, они только начали свой бег, так что, можно не спешить. Сдернув барахтающуюся, словно жук, учительницу с сидения, от чего та вскрикнула, наверно подумала, что это зомби ее схватил, Орлов вытряхнул брыкающуюся из лямок. Освободившись от пут, Аля прыжком снова юркнула в салон, дернув ручку за собой, засветив углом двери Алексею в висок. Шипя от боли и проклиная дурную спутницу, примерно имея в запасе еще три-четыре секунды, Леший отматерил нерадивую учительницу и ткнул в ее извиняющееся лицо рюкзаком.

- Держи, ты «гучу» свою потеряла, - буркнул он, садясь на место водителя.

Его дверца хлопнула как раз в тот момент, когда первый мертвяк ударился в нее. Леший закатил глаза к потолку. Мда! Сесть то он сел… А куда он сел?..

- Твою мать! - поерзал он задницей по сырому от крови чехлу сидения.

Держи себя в руках! Держи себя, мать твою, в руках! – пытался успокоить себя снайпер. Так! Повернуть ключ зажигания, выжать сцепление, включить первую передачу, плавно двинуть «Хаммер» по пустой парковке на дорогу… Так, наверное, учили бы в автошколе, но он не взволнованный ученик, он злой военный. Значит что? Значит дернуть рычаг передачи, вбивая его в панель и пустить тяжеленный внедорожник прямо так, с места, с визгом шин и чихающим двигателем, своротив попутно пару трубчатых ограждений. Хрен-ли, машина-то не его!

Шуму наделал он знатно. Но, это и хорошо! Побольше тварей от магазина уведет, давая запершимся в нем людям время на сборы.

Бросили они ревущий на всю округу джип недалеко от места недавних событий. Как и предполагал Леший, уехать далеко бы на нем у них не получилось. По крайней мере, в том направлении, куда им было нужно. Через два, на удивление еще работавших светофора, они уперлись в пробку.

- Мы сюда на броне ехали по другой улице, - пояснил Орлов причину остановки и невозможность продолжить путь на колесах. – Но туда не проехать. Мы тогда еле-еле смогли военной техникой пробиться, а это вообще недоразумение на колесах. Бестолковая машина, только топливо в звук переводит.