- Я тебе обещаю, сегодняшний вечер ты запомнишь на долго. Твоя сестрёнка будет кричать и плакать, а ты за ней наблюдать. До самого конца.

- Как скажешь, боюсь ты не доживёшь до того момента - устало сказал я.

Жаба скривилась в непонимании, я же оскалился в тот момент, когда верёвка спала с запястий и моя рука с белым осколком от бутылки метнулась к горлу мужчины. Тот удивлённо схватился за моё оружие, устанавливая хлынувший поток крови но я не собирался останавливаться. Я сделал рывок вперёд и опрокинул на спину этого урода, тот старался отбросить меня одной рукой, а другой держать рану и что то кричать, но я не позволил. Моя рука схватилась за нож, который уронил этот жаб, и начал колоть противника. Быстрый и яростный удар следовал один за другим, образовывая новые раны на груди человека, а тот лишь хрипел и смотрел на меня умоляющими глазами. Его свободная и перемазанная в крови рука схватила меня за лицо, пытаясь откинуть но откуда силы найдутся? Я нанёс последний смертельный удар в сердце и человек вздрогнул и затих.

Я вытащил нож из сердца мертвеца, и из раны хлынул небольшой фонтанчик крови. Я вгляделся в глаза покойника, которые стеклянным взглядом устремились в серый и пустой потолок, после чего почувствовал...Ничего. Я устало выдохнул и отошел от тела, присев возле стены, поглядывая на Алёну, которую даже шум нашей борьбы не разбудил. Тело слегка подрагивало, всё таки сознание было в шоке от первого убийства, но мой разум лишь воспринял это событие как очередное будничное действие, по типу выпивания кружки кофе по утра.

Жестоко? Ненормально? Бред? Я отвечу отказом. Мне просто плевать, мои руки уже давно покрыты кровью, а за спиной виднеется отдельное кладбище, мертвецы которого с проклятием смотрят на меня позади. Хотя в прошлой жизни, моё первое убийство сильно шокировало меня и заставило по новой посмотреть на мир. Образы, разговоры и воспоминания пронеслись в голове за долю секунды.

Тогда мне было уже десять лет, я долгие годы странствовал с армией Александра, выполнял любую работу от чистки оружия, до помощи поварам. Как и любой юноша, я представлял себя великим воином, убивающим врагом страны, а если добавить к этому желание отомстить за погибшую семью, так получалась забористая смесь. Я постоянно рвался на поле боя, всегда с ненавистью поглядывал на схваченных "Языков" и пленных, порой даже доставляя небольшие проблемы солдатам.

В один солнечный день лета, меня позвал офицер Мирослав, мужчина в годах прошедший несколько войн, а глаза его источали усталость и суровость. Он знал о моём нраве и решил преподать мне жизненный урок, потому пригласил в палатку на окраине лагеря, где собралась небольшая группа солдат, и один преступник. Мне заранее рассказали, что мне доверили казнь одного шпиона в рядах армии, и я был этому несказанно рад, наконец - то я смог хоть немного успокоить бушующую в душе бурю. Детская наивность и глупость.

Я вошел в просторную палатку, у стен стояло семь военных командиров, и несколько охранников, больше половины присутствующих я знал, всё таки долгие годы в армии заставляли узнавать людей в лицо. Все были спокойны, но в воздухе присутствовала дымка напряженности и грусти, что и вело меня в непонимание. В центре палатки в одних штанах сидел мужчина, его голый торс был покрыт синяками и следами допроса, а на голове красовался вязанный мешок. Мирослав любезно махнул рукой, предлагая мне лично снять мешок и разобраться со шпионом, что я с радостью и сделал.

Стоило руке с мешком взлететь, и оголить лицо преступника, как холодок прошел по коже, а мои глаза бегали по лицам присутствующих, с немым вопросом "Это шутка?". Прямо передо мной стоял на коленях один из разведчиков Еремейков, двадцати летний парень с рыжими волосами, смотрящий на меня с ненавистью. Я прекрасно его знал, ведь он поступил в армию Александра несколько лет назад, поднимался от простого рядового в разведчики, мы часто с ним разговаривали, нас объединяли общие весёлые воспоминания, я даже мог назвать его своим хорошим приятелем, если не другом. Так почему он тут сидит?

- Еремейков сдавал военные документы и данные противникам - отстранённым голосом, как зачитал, сказал Мирослав - После допроса мы смогли разобраться в нескольких поражениях в течении этого года. Этот человек своими действиями погубил сотни хороших солдат, приговор предателю - смерть.

- Нет! - вскрикнул я, смотря не верящими глазами на офицера - Я его знаю, он не мог такое сделать! Еремя, чтоб тебя, скажи им!

Я с надеждой взглянул на товарища, но тот лишь скалился и смотрел на всех волчьим взглядом.

- Псы армейские - сплюнул он на пол - Избили меня и изранили, а теперь вообще решили добить рукой малолетки, гордитесь этим?

Я потерянно смотрел на своего бывшего товарища и не верил своим ушам, армейский нож в моей руке упал на землю, я не желал убивать его. Люди в палатке стали переглядываться, пока один не кивнул, а второй не подошел и развязал руки Еремейки.

- Морозов - заговорил вновь Мирослав, смотря на разминающего руки преступника - Ты хотел убивать врагов страны? Хотел мести? Вот тебе отличная возможность в домашних условиях, хватай свой нож и убей его. Что до тебя крыса, то если выживешь, то даю слово, что отпущу из лагеря с форой на час.

Еремя воспрял духом и не дав мне подумать, ринулся на меня с голыми кулаками, я же на автомате схватился за упавший нож и старался испугать переметнувшегося на чужую сторону друга. Тот бой я помнил смутно, по рассказам людей, которые присутствовали в тот момент, я молил Еремея остановиться, старался убедить перестать драться и объясниться, но мой враг был глух к словам. Моё тело обученное к самообороне за годы в армии, автоматически опрокинуло уставшего и истощенного шпиона, и я приставил к его горлу нож, но добивающего удара не последовало, лишь слёзы по предательству близкого товарища стекали по щекам.

Я совершил смертельную ошибку в тот момент, внутренние чувства и воспоминания о минувших днях, где я и Еремейка смеялись и помогали друг другу, взяли вверх. Я убрал нож и отступил от валяющегося человека, после чего посмотрел умоляющими глазами на Мирослава, и в их отражении заметил движение за спиной. Развернулся в тот момент, когда Еремей атаковал меня со спины, и если не мой уворот, то получил сильное сотрясение и смерть. Сквозь боль я отринул чувства и ярость затмила глаза, я вонзил свой нож в горло предателю, после чего с содроганием наблюдал за его предсмертными конвульсиями.

- Прости Сашка, но это было необходимо - хлопнул меня по плечу Мирослав, вставая справа - Из этой ситуации, ты должен выучить два урока. Первый - Любой твой противник, в первую очередь человек, точно такой - же как и ты. Второй - Убей или умри. Никогда не открывая спину своему противнику, даже если вас связывают тёплые чувства, или ты испытываешь к нему жалость.

Мимолётные воспоминания пропали так же быстро, как и пришли, я было встревожился что надолго впал в прошлое, но прошло от силы секунд пять. Я вновь посмотрел на свои руки и лежачий труп перед собой и устало вздохнул. Нужно вытащить Алёну, желательно так, чтобы она не поняла что тут произошло, к счастью девушка всё еще была без сознания. Я направился к выходу из помещения, как поздно подметил звук шагов за дверью, почти в плотную. Я протягиваю руку к ручке, но та крутится и щелчок замка заставляет напрячься. Дверь открывает, перед ней стоит тот самый мужик в спортивках, в одной руке бутылка с водкой, другая же держала скомканные купюры, приложенные к ручке двери.

- Че? - выпучил глаза мужик.

Я выкинул руку вперёд и нож вновь вошел в тёплое горло человека, прорезая себе дорогу через мясо. Бандит роняет бутылку водки и та разбивается о пол, он тянется к поясу где виднеется пистолет, но не успевает его достать. Один рывок руки и в области шеи появляется страшная - рванная рана, из которой ударяет фонтан крови. Тело трепыхающегося в конвульсиях человека заваливается, я хватаю его за воротник и аккуратно опускаю на бетонный пол, стараясь не создать шума.