Хрясь.

Бренча по камням, зазвенел штык, на который пират пытался насадить гона.

— Эй, мужик, — Рюга села на корточки, приставила лезвие к тройному подбородку, пират выпучил глаза. Даже после того, как он чуть не утонул, от него несло хмельным потом. — Я хочу отрубить твою жирную башку.

— Па-па-па-а-а… — забубнил пират, его глаза были посажены так далеко друг от друга и так малы, что он походил на усатую рыбину.

— Если оставим тебя, вернешься в Далай? — Рюга медленно закивала, — Вернешься.

Пират закивал в такт гону.

— По пути никого не тронешь и шайку свою захватишь.

Толстяк продолжал кивать.

— А как придешь, найдешь меня, уяснил?

Еще кивок.

— Если тронешь кого по пути, или сделаешь что-то хреновое, я узнаю об этом, найду тебя и буду срезать каждый выпирающий кусок сала с твоей туши, — шипела Рюга, понемногу ее лезвие начало впиваться в шею.

Пират заскулил.

Гон встала, поставила ногу на волосатую грудь. Несколько секунд сверлила мужика красными глазами. Затем ушла к остальным.

— Кит, — обратилась Рюга тем же тоном, что и к толстяку.

— А! — Хвост и уши лина встали торчком.

— Ты вылечишь только одного, выбирай сам.

Кито посмотрел на Рю, та кивнула.

Зеленые глаза лина забегали по окровавленным телам. Духовые потоки были сильнее всего нарушены у тех, кого снесли камни Рюги. Пираты, с которыми разобралась Рю, оказались целее, но без переломов и сотрясений не обошлось.

Неподалеку от них зеленые глаза едва заметили тусклый желтый дух. — «Умирает!» — подумал Лин, за пару прыжков пересек корабль, подлетел к мальчишке из бочки, которого Рюга снесла костяным пинком.

Кито задергался, не зная с чего начать. Сделал пару вдохов, начал вливать дух.

Прошло десять минут.

— Хватит возиться, Кит! — гаркнула Рюга.

Пока лин лечил мальчишку, сестры, Мия и Сокутоки вытягивали корабль обратно. Поколоченных пиратов Сова связал лично, красная сестра проверила каждый узелок. У всех отобрали оружие. Рюга вдобавок настояла, чтобы изъять вообще все снаряжение, которое хоть как-то могло помочь им выжить в лесу. Она немного удивилась, когда Рю не стала возражать.

После Рюга кинулась на двойное судно пиратов с топором и подняла шум за десятерых. Хруст дерева, брызги щепок и довольное лицо. Вскоре гон перешла на духовой скелет и костяными руками-ногами начала разносить корабль еще сильнее. Она пыталась снова и снова, но посудина отказывалась тонуть.

Запыхавшаяся гонкай подозвала сестру.

— Сожжем?

Рю кивнула.

Тем временем Кито и Кристория на импровизированных носилках вытащили из пещеры мальчишку.

— Что за черт? — спросила Рюга.

— Он сильно ранен, — ответила Рю, — Кито решил взять его с собой.

— Даже клюв согласился?!

— Да.

Когда Рюга поглядела на сестру, ей перехотелось спорить.

— Пофиг.

Капитан дал сестрам зажигательную смесь. Когда близнецы ударили по бочкам, корабль залила лужа огня, против которой у дождя не было шансов. Пламя еще долго светилось. Даже когда путники покинули бухту в темноте виднелось оранжевое гало.

Пираты в пещере стонали и перешептывались. Узлов на руках и ногах было столько, что некоторые скулили, мол никогда не выпутаются.

— Босс… Что будем делать?

— Заткнись.

— Но мы, кажется, застряли тут…

— Наш корабль, босс…

— Будем ждать! — отрезал толстяк.

(На следующее утро)

Сокутоки сидел на лавочке возле весла-руля, наблюдая, как ссорятся лин с гоном.

— Ки-и-ит, ты бесишь меня как никогда!

— Хватит кричать, он спит! — огрызнулся лин и встал в позу.

— Он чуть не зарезал твою ненаглядную, соломенную дуру. — Рюга ткнула в Мию, та вздрогнула. — А теперь ты выхаживаешь этого пацана, будто это твой товарищ?

— Я знахарь, лечить больных — мое ремесло!

Гон наклонилась к лину.

— Да ты что, а теперь подумай, скольких он зарезал, — шипела красная сестра. — Ножи не первый день в руках держал и выпрыгнул ловко. Как думаешь, сколько народу не дождалось твоей помощи, захлебываясь в крови?

— Но… он не убил меня, — проговорила Кристория.

Рюга посмотрела на нее, будто Мия надела штаны на голову.

— Ли-са… где Тима? — прошептал голос под ногами гона.

Кито оттолкнул Рюгу, присел к мальчишке.

— Как себя чувствуешь? — спросил лин, осматривая его пристальным взглядом. — Что-то болит?

Красная сестра отпихнула Кито.

— Слышь, пацан. — Голова Рюги оказалась в упор к лицу мальчишки. — Тебя скоро либо вздернут, либо ты будешь работать до конца своих дней, пока хребет не переломится, я тебе это обещаю.

Мальчик глядел на нее, в серебристых глазах не виднелось и капли страха.

— Один фокус и я тебя прикончу, уяснил?

— Хватит! — Кит начал пихать гона. — Он болен, ты не вправе решать, что с ним будет!

Рюга собиралась ответить, почувствовала ладонь сестры. Одернула плечо, прорычала, затопала к носу корабля. Уселась на ящик.

Заорала.

Рю наклонилась к мальчику, внимательно осмотрела его лицо. Шрам на подбородке, желтовато-седые волосы, синяк на левой скуле.

— Тебе есть что сказать?

Мальчишка не отрывал взгляда от молочных глаз, помотал головой.

— Кито, делай, что считаешь нужным.

— Да!

Рю пошла к сестре, уселась рядом. Так же как она закинула ногу на ногу.

— Какого черта мы спасаем убийц? — проворчала Рюга.

— Может, он и не убивал никого.

— Ага, чтобы я горшки до конца жизни из-под стариков таскала, если так.

— Давай доберемся до Далай без криков.

На это Рюга хрустанула шеей.

— Постараюсь.

— Спасибо. — Белая сестра собралась уходить.

— Слушай, мы и в городе будем жалеть такой сброд? Они топят корабли, нападают на мирных, к чему их щадить? Они заслуживают смерти. Это же очевидно, Рю. Чего ты такая праведная?

— Я хочу действовать по правилам. Не забывай в чем наша цель.

— И в чем же?

— Стать пилигримами.

— Если это значит прощать отморозков, мне это уже не надо.

— Я признаю твою правду, когда увижу ее наяву.

Рюга подорвалась с ящика.

— Ты дура или как? Мы бы расправились с теми уродами в пещере, от этого думаешь, стало бы хуже кому-то?

— Я не знаю, стало бы от этого лучше или хуже. — Рю повернулась к сестре. — Я хочу, чтобы мы попробовали жить по правилам, вот и все.

— Поступай как знаешь… — Рюга опять села, вздохнула, поглядела в серое небо и опустила голову. — «Некуда деться на этом чертовом корабле,» — подумала она. — Рю.

— Что?

— Однажды я тоже начну делать так, как я считаю правильным. Не мешай мне в этот день.

— Я постараюсь.

(Восемь часов назад)

Когда корабль Сокутоки отплыл достаточно далеко, Масо Хакуро сформировал тело из воды рядом с пылающим судном. Голый он плавал на спине, все бинты с его живота, рук, ног и головы сползли, когда он превратился в воду. Оголились раны на теле, словно его избили плетью, которая выедала куски мяса. Вяло он поплыл к берегу, на пояснице пирата был вырезан особенный шрам, который сделали осознано — перечеркнутый ромб.

Добравшись до суши, Масо поднялся, оторвал от воды шубу, которая потяжелела втрое. Одел. Затем пират побрел в пещеру.

— Босс!

— Это Масо!

— Живее! Почему ты не убил их?! — проорал главарь.

Шуба понуро шлепал по камню, с него ручьями лилась вода. Силуэт Масо на фоне огня наклонился, подобрал лезвие от косы Уро, которое Рюга отрубила секирой.

— Масо! — проорал главарь, заподозрив недоброе. — Отвечай!

Вся банда начала шептаться, а потом и орать.

— Босс…

— Уро!

— Он предатель!

— МАСО!

Пират разбежался, стискивая лезвие в пальцах. Снова и снова он опускал и поднимал острие. Его бывшая команда отпихивалась ногами, но лишь это трясло шубу — ноги пробивали водяное тело насквозь. Одного за другим Масо заколол связанных соратников.

Уро заорал, напряг мышцы под толстенным слоем жира. Шуба подошел к боссу. Тот застыл, увидев лезвие, которое только что умертвило дюжину мужиков, трое из которых были привязаны к толстяку. Масо направил лезвие к горлу. Главарь дернулся, острие воткнулось в лысый лоб.