— Я должна знать. — настаивала она, не сводя глаз с мужчины.

Игнат не просто был напряжен, если бы она не знала его, то подумала бы что в его глазах читается гнев смешанный со страхом. Но Караев не из тех людей, которые чего-то боятся и тому пример ситуация с Идиль, в которой всё указывает на его вину, но он и бровь не ведёт.

— Хорошо… Андрей — это мой бывший партнёр, мы начинали с ним вместе, но потом он решил, что сделал для компании больше чем я и что я ему не нужен. — тяжело вздохнув, начал Игнат. — Мы приехали сюда на охоту и активный отдых… По крайней мере это должно было так выглядеть и так оно и было пока Андрей не попытался меня убить. Мы выслеживали медведя, несколько дней шли по его следу, а как оказалось охотились на меня. Он не стал стрелять в зверя, вместо этого выстрелил мне в ногу и ушёл, думал, что медведь почуяв кровь нападёт на меня и разорвёт. Что-то вроде несчастного случая…

— Но как? Как тебе удалось…

— На выстрел пришёл Петрович и вытащил меня… Медведя, конечно, пришлось убить, но меня он спас. Я отлежался несколько дней у него и связался с юристами и полицией. Потом его посадили и часть его бизнеса отошла ко мне в качестве компенсации.

— А что он хочет теперь?

— Наверное, хочет мести… Я же фактически обанкротил его. — ответил Игнат.

— Есть ещё что-то, что мне нужно знать? — смотря в глаза мужчины, спросила она.

— Больше ничего…

— Что с машиной делать будешь? — спросил Михаил Петрович, стараясь отвлечь их от неприятной беседы.

— А что я могу с ней сделать? Масла у меня с собой нет, ключей тоже… Остаётся только оставить её здесь, а потом вернуться, чтобы починить. — ответил Игнат, осматривая автомобиль.

— Я оставил машину в трех киллометрах отсюда, за лесом. — сказал Петрович.

— Значит, прогуляемся через лес. — смотря на Адель, говорил Караев.

Ада завязала шнурки на уже промокших от влажной воды кедах и взяв с панели внедорожника телефон, встала у капота. Игнат собрал вещи в рюкзак, лежавший в багажнике и погладив Мухтара пошёл в сторону леса за Михаилом Петровичем. Она молча шла за ним, с любопытством рассматривая устремленные в небо деревья.

Вдыхая аромат смолы и свежести после дождя, Адель наслаждалась прогулкой по лесу. Восхищаясь первозданностью природы Алтая, она жалела, что не художник и не может запечатлеть эту красоту.

Игнат резко остановился и повернулся к идущей за ним девушке. Внимательно посмотрев на её обувь, он поправил рюкзак и подхватил её на руки. Прижимая её к себе, он осторожно шёл по мху, застелаещему лес, словно мягкий ковёр.

— Твоя обувь не подходит для прогулок в лесу. — видя вопрос в её глазах, сказал Игнат.

Обхватив его шею руками, Ада всем телом прижималась к нему, пытаясь согреться. Её обувь была такой мокрой и тяжёлой, что устало ноги. Адель бросало то в жар, то в холод, уткнувшись носом в его шею, она сомкнула клацающие от холода зубы.

— Не хватало ещё, чтобы ты заболела. — говорил Игнат, перешагивая сухой валежник.

— Ты же меня вылечишь? — улыбнувшись, спросила она.

— Как только вернёмся в дом, разведу огонь в камине и заварю тебе липовый чай с мёдом. — ответил мужчина, идя след в след за Михаилом Петровичем.

Через каких-то несколько минут они уже стояли у автомобиля, у самого края леса. Игнат открыл заднюю пассажирскую дверь и усадил Адель на сиденье. Михаил Петрович сел за руль и вытащив из кармана ключи, вставил их в щамок зажигания и завел двигатель внедорожника.

— Сейчас поедем. — улыбаясь сказал Петрович, услышав звук двигателя.

— Машину можно забрать позже. — сказал Игнат, усаживаясь рядом с Адой.

— А как же вещи? — спросила она, вспоминая, что документы и его ноутбук остались в машине.

— Ничего с ними не произойдёт. — обняв её дрожащее от холода тело и прижав к себе, ответил он.

Ада положила голову на его плечо и потерла глаза, борясь с внезапно сковавшей её тело слабостью. Ощутив согревающий жар его тела, она прижалась ещё сильнее и закрыла глаза, погружаясь в сон. Руки Игната прижимали её и укрывали плечи, словно одеяло, она была готова просидеть так с ним целую вечность.

С трудом открыв глаза, она посмотрела на пылающий огонь камина и на стоящий на журнальном столике стакан с ароматным чаем, наполняющим собой весь дом. Обернувшись, она посмотрела по сторонам, ища глазами Игната, но в доме его не было. Убрав в сторону плед, она спустилась ноги на пол и встала с кровати.

— Игнат? Игнат, ты где? — спрашивала она, направляясь к входной двери.

Толкнув массивную дверь, она вышла на террасу и осмотрелась вокруг. У дома лежали расколотые дрова, на первой ступени крыльца она увидела букет из полевых цветов, но Игната не было. Спустившись, Адель обошла дом, пытаясь найти его, заглянула даже в пристроенный за домом сарай и навес.

— Зачем ты встала? — раздался голос Игеата за спиной.

— Я проснулась, а тебя нет… — обернувшись на голос, ответила она.

— Я решил затопить баню пока ты спишь… У тебя была температура. Ты простудился и это моя вина, я не подумал о том, что для тебя климат слишком суров. — подходя к ней, говорил Караев.

— Я не помню как мы приехали…

— Ты уснула в машине и я перенёс тебя в дом, когда мы приехали.

Игнат подошёл к наваленным в кучу дровам и взял несколько паленьев, укладывая их на левую руку. Ада молча наблюдала за ним, думая только о том, что не хочет, чтобы их выходные в этом лесу заканчивались. Возможно, это была температура, но и её тело, и разум кричали о любви. Она влюбилась в него так быстро и так сильно, что не поняла в какой именно момент это произошло. Когда она столкнулась с ним на дороге? Когда впервые коснулась его горячих губ? Или сейчас… Было уже не важно когда это произошло, значение имело только то, что она всецело отдана этому мужчине.

Он… Казавшийся ей врагом, был самым идеальным мужчиной, которого она когда-либо встречала. Она больше пяти лет пыталась разлюбить мужчину, которого как сейчас поняла сама и не любила. То, что было у них с Максимом — это увлечение, влюблённость… То, что она испытывает каждый раз смотря на Игната это смерть от потери воздуха и воскрешение от его объятий. Никогда прежде не испытывая ничего даже отдалённо похожего на это, она поняла, что безумно сильно любит его. Но от этого не становилось легче… Что теперь ей делать с этой любовью? Что делать с сестрой, из-за которой она вернулась в родной город? Искать ли ей правду, за которой она приехала?

Путаясь в собственных мыслях, она смотрела на него не желая терять то, что обрела рядом с ним… Никогда в жизни она не желала чего-то также страстно, как желала быть с ним. Игнат ворвался в ее жизнь, словно ураган и перевернул в ней всё, разрушая, но сильным порывом своей страсти увлек её за собой в бушующий океан любви. Она сделала самое сложное, она призналась себе, что любит того, кого должна была уничтожить.

Адель укутувшись пледом и прижав колени к подбородку, смотрела на пылающий огонь камина. Её чувства пылали также как это пламя, переплетаясь с языками страсти и разгораясь всё сильнее. Погруженная в свои мысли, она не сразу поняла, что Игнат уже вошёл в дом.

— Всё ещё морозит? — спросил он, сев на угол кровати, рядом с ней.

— Немного… — хриплым голосом ответила девушка.

Игнат неспеша подошел к ней с небольшой стеклянной баночкой. Присмотревшмсь, она поняла, что он несёт мед. Наклонившись к ней, он подчерпнул маленькой ложечкой душистую вязкую жёлтую массу и протянул ей. Не раздумывая, Адель разомкнула губы и закрыв глаза наладилась вкусом пчелиного мёда.

— Невероятно вкусно. — прошептала она, всё ещё смакую во рту мед.

— У Петровича тут недалеко пасека.

— Баня уже готова?

— Да, но не думаю, что тебе с температурой стоит идти в баню. — ответил Игнат, положив ладонь на горячий лоб Ады.

— Я всё же рискну. — улыбнувшись, ответила Адель.

Игнат потянул её за руку, поднимая с кровати. Сжимая её руку, он подошёл к шкафу и открыв дверь, взял с полки два полотенца и протянул ей. Прижимая махровые полотенца к груди, она спустилась за ним по крыльцу и пошла по деревянному настилу к бане.