- Ой, как ты это сказал?

- Я могу с тобой говорить ментально, - мой рот не приспособлен произносить, привычные для тебя слова. Но ментально я могу с тобой общаться.

- А ты и мысли мой можешь читать?

- Нет, только те, что ты мне передашь. Но твоё настроение я чувствую.

- А как мне передавать мысли?

- Со временем ты научишься. А пока я понимаю всё, что ты говоришь мне.

Я потрогала чешуйки:

- Ой, они теплые!

- Да.

- Ты такой красивый.

- Спасибо. Ты тоже великолепна.

- А ты можешь дышать огнём?

- Могу, но не здесь. Я могу случайно что-либо повредить. Хочешь, полетаем, и я тебе покажу?

- Ой, я боюсь.

- Не бойся, я тебя не уроню.

Дракон распустил крыло, и я влезла на самый верх. Крепко ухватилась за рога и устроилась между выступами. «Я сделаю магический кокон, тебя даже ветер обдувать не будет». И мы полетели. Моё сердце замирало от восторга и страха одновременно. Мы летели над горами, над долиной, а вдали я увидела море! Два часа мы летали, но надо было возвращаться. Скоро прибудет швея, её время дорого, не в плане денег, а именно времени. Приземлившись на ту же площадку, дракон снова перекинулся в человека. Мои глаза стали, что блюдца. Алекс стоял совершенно обнажённый!

- Алекс, ты же голый!

- Ну, да, - усмехнулся он, - при обращении я становлюсь во много раз больше, и одежда рвется.

Я любовалась своим будущим мужем. Хорош, аж глазам больно. Но сказала другое:

- Так на тебя одежды не напасёшься! Хорошо, хоть камзол снял.

Алекс расхохотался.

- А как же ты обращаешься при народе? – спросила я.

- Я накладываю иллюзию, потом иду и одеваюсь.

Значит, сейчас иллюзию он накладывать не стал, чтобы показать «товар лицом». А посмотреть было на что, ни капли жира, красивые рельефные мышцы, кубики на животе так и манили погладить и опустить руку ещё ниже. При этих мыслях я почувствовала, как вспыхнуло моё лицо и уши. Да, давно у меня не было мужчины, а в этом мире вообще ни разу. Тьфу ты, что за мысли! Алекс накинул иллюзию и оказался полностью одет. А я с сожалением вздохнула. Конечно, дракон услышал этот вздох, судя по самодовольному лицу.

- Ты невероятная женщина, и я хочу тебя, - прямо в мои губы прошептал Алекс.

Я же просто с удовольствием вдохнула его запах – морозная свежесть, лимон и мята – и прильнула к груди. Иллюзия скрывала тело визуально, но под пальцами всё ощущалось в полной мере, и я с удовольствием провела рукой по его спине, голой спине! Хотя со стороны было видно, что по рубашке. Алекс слегка вздрогнул и тихо застонал. Я усмехнулась про себя: «Да, дорогой, в эту игру можно играть вдвоём!»

Буквально через двадцать минут прибыла швея, и мы три часа обсуждали наряды, снимали мерки, выбирали ткани. Алекс пригласил на ужин мадам Бредли и её помощниц, а сразу после ужина мы получили письмо от императора, где нам с Алексом было велено, рано утром прибыть во дворец, для разбирательства.

Император конфиденциально сообщил своему кузену, что от виконта Дайкри поступила жалоба на Азизраэля и Алекса. Они обвинялись в похищении его невесты, Софии Бранстон и ни какой метки истинной у неё нет. Поэтому всем следует прибыть во дворец и лучше бы, чтобы эта метка была, если же её нет, то должно быть объяснение этому поступку и весьма убедительное. Алекс меня успокоил, метка у нас есть, разбирательство, простая формальность. Но лёжа в кровати, я почему-то нервничала и всё не могла уснуть. Наконец сон сморил меня.

Рано утром все собрались во дворце императора и удобно расположились в огромном кабинете хозяина дворца. Император поблагодарил за понимание, столь ранний вызов был продиктован большой занятостью правителя. Вначале слово предоставили виконту Дайкри.

Надо сказать, что мужчины, собравшиеся в кабинете, были разных рас, но как на подбор необыкновенно стройны, подтянуты красивы. Но только при взгляде на Алекса, я забывала, как дышать. То ли это метка истинной так влияла на мои чувства, то ли что-то в самом драконе приводило меня в трепет, но я вовсе не хотела с этим разбираться.

И только Верховный высший маг не был молодым и красивым. Это был сухонький седовласый старичок, с длинной бородой, одетый в какую-то хламиду синего шёлка. Он постоянно потирал свои худые руки и смотрел на всех открытым, и даже наивным взглядом. Но я понимала, что главный маг империи не был ни наивным, ни тем более открытым.

Как только мы прибыли, то сразу показали наши метки императору, и он с большой радостью поздравил кузена. Поэтому, когда виконт Дайкри усомнился в том, что метки настоящие, мотивируя это тем, что призыв был 15 марта, а метки проявились только 23 июня, хотя владения барона Бранстона находятся совсем не далеко, главный маг тут же подошёл к нам. Он поводил руками над нашими браслетами, затем достал какой-то артефакт и тоже поводил им над метками, потом уже руками ощупал наши браслеты и выдал вердикт:

- Ваше Величество, метки совершенно натуральные, истинность полностью доказана – это не морок, не иллюзия и не татуировка. А что касается времени призыва, то господин виконт, Богам виднее, когда поставить метку, это только Их воля.

Затем маг поклонился императору и отошёл в сторону.

- Я рассчитывал на богатое приданое, потратил значительную сумму денег, чтобы подготовиться к свадьбе. И кто мне их вернёт? – зло выпалил виконт.

Император посмотрел на него, прищурившись:

- Лорды, я думаю, что выражу общее мнение, но леди Софии совсем не интересно слушать наши денежные разговоры, а учитывая, что леди была несколько дней в дороге и совершенно вымоталась, то предлагаю отпустить леди Софию. Я уверен, что мы быстро решим наши дела.

Все согласились, император вызвал слугу и велел отвести меня в беседку в саду, а так же накрыть столик с напитками и прочим.

Мне и в самом деле были не интересны эти разговоры, больше хотелось осмотреть сад, дворец и посидеть в беседке, приводя в порядок свои мысли.

Так я и сидела, наслаждаясь прекрасным утром, красотой императорского сада, изумительными напитками, фруктами и малюсенькими пирожными. Прошло немного времени, не более получаса, когда слуга в императорской ливрее пришёл с сообщением, что разбирательство закончено, и герцог Амиран ожидает свою невесту в карете, чтобы показать столицу и пройтись по магазинам. Я подскочила и быстро пошла за слугой, Мне было интересно, чем закончилось разбирательство, ну и конечно, хотелось посмотреть на столицу. Подойдя к карете, слуга открыл передо мной дверцу, и я забралась в полумрак, не видя из-за яркого солнца, кто в ней. Тут же мой рот был запечатан магией, а руки намертво приросли к телу. Карета уже набирала ход, а я по очертаниям сразу поняла, что это не Алекс. И уже поздним умом сообразила, ведь он так учтив и предупредителен, что наверняка ждал бы меня возле кареты, чтобы помочь забраться в неё, а вернее всего сам бы пришёл за мной в сад. Но было уже поздно, мы выехали из ворот дворцового комплекса и куда направлялись неизвестно. Я была полностью обездвижена и не могла даже закричать, хотя вряд ли кто-то пришёл бы мне на помощь.

После того, как София покинула кабинет, началось собственно, разбирательство. Виконт Дайкри потребовал, чтобы ему выдали приданое, что обещано было за Софией. Ему было всё равно, кто будет давать деньги, отец его бывшей невесты или Алекс. Для виконта эти деньги были очень важны, поскольку он уже потратил половину из них на всякие роскошные излишества и не сегодня, так завтра кредиторы постучатся в дверь. Хотя его и волновала красота и хрупкость Софии, но он уже думал о новой женитьбе и подсчитывал в уме свои шансы. Дайкри был кутила и мот, да и за карточным столом любил пощекотать себе нервы. То, что София была единственной дочерью барона (достаточно обеспеченного по меркам людей), давало ему многие преимущества, включая передачу земель если не в собственность, то в управление. Теперь же он считал себя обманутым всеми: Софией, её отцом, эльфом и драконом. Получив от своих шпионов информацию, он сразу понял, что его планам пришёл крах и разозлился невероятно. Его одолевали планы мести, и он сразу же приступил к их выполнению. Если бы нормальный человек узнал его планы, то посчитал бы виконта душевно больным, что вполне возможно, учитывая глупую необъявленную войну с эльфами, которые ему ничего не сделали. В плане мести Софии, он хотел сделать максимально больно бывшей невесте и её отцу. Логика в этих действиях отсутствовала, но с эльфом и драконом тягаться было совсем не просто, тем более, что оба они принадлежали к высшей знати империи. Дайкри предъявил иск дракону за то, что тот отобрал у него любимую женщину, а так же эльфу за то, что тот украл у него невесту. И это всё, что он мог предъявить им. Результат расследования не понравился Дайкри. Император рассудил, что Алекс ничего не должен виконту, поскольку не отбирал у него невесту, а получил её от эльфа. С Азизраэлем же расчёт произведён. Оливер Бранстон не должен давать приданое за дочерью, согласно имперским законам об истинных парах. Дракон сам договорится об оплате с отцом Софии и это к данному расследованию не относится. С эльфом император вообще не стал разбираться, заявив, что имеются взаимные претензии и это дело следует рассматривать отдельно, о чём следует подать заявку.