Из почтовых глубин снова выплыла Вера. Походкой от бедра прошлась вдоль стойки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Да-дам!

Она радостно бросила перед ожидавшим мужиком одну бандероль. Толстую и увесистую.

- Получите! Распишитесь здесь, здесь и здесь! - толстый Верин палец, похожий на щупальце Плавалагуны, ткнул в белый лист извещения.

- Но тут только одна книга! - возмутился «директор», - на сайте указано, что пришли обе. Я заказывал...

- Мало ли что где указано, - устало сказала Вера, словно разговаривала с недоумком. – У нас в отделении только одна ваша бандероль. Это ясно?

Мужик не производил впечатления идиота, поэтому просто кивнул и выскочил, хлопнув тяжелой дверью.

Во втором окне, кажется, ожил компьютер, и «Кудряшка» милостиво пригласила очередного.

- Мне бы вестерн юнион... - снова начала «олд мани».

- Какая сумма? - перебила ее «Кудряшка».

- Двадцать тысяч, - спокойно ответила «олд мани».

- Такие суммы нужно заранее заказывать!

- Почему? Зачем заказывать?

- Такой порядок. Мы такие суммы сразу не выдаем!

- Да я отправить хочу! - потеряла терпение «олд мани».

Народ продолжал галдеть. Очередь сзади напирала. И, как в старые времена, начали вести учет, кто за кем стоит, и кто не стоял вообще.

Какой-то молодой хам заметил бизнесвумен и радостно сообщил:

- А вас тут не было!

- Я тут уже час сижу. А вы вошли пять минут назад, - отмахнулась та.

В перепалку влезла Скрипкина, молчавшая до сих пор.

- Я за этой женщиной, - сказала она. – А вы за мной.

- Конечно, конечно! - миролюбиво согласился парень.

«Олд мани» отправила деньги, и вслед за ней к окошку подошел старичок.

- Заказное письмо на мое имя! - проблеял он, протягивая извещение.

- Паспорт! - рявкнула «Кудряшка».

Паспорта не оказалось.

- Я вам завтра занесу. Ну, забыл я. - покаялся дедок и страдальчески добавил. - Это точно мое письмо из земельного комитета.

- Нет, - отрезала «Кудряшка». И снова радостно объявила. - Компьютер завис!

Аплодисментов не последовало.

- Молодой человек! - обратилась к деду «фрекен Бок». - Не задерживайте очередь!

Дедок и не думал уходить, только отодвинулся в сторону. «Фрекен Бок» протиснулась к окошку.

- Письмо хочу отправить!

- Заказное? С уведомлением? - пропела «Кудряшка».

- Нет, - сказала «фрекен Бок», - обычное.

- Кидайте в ящик! - рука медленно проплыла над головами, перст указующий был направлен на ящик, сиротливо стоящий на подоконнике. - Я потом достану.

- Так зачем же я в очереди стояла? - возмутилась «фрекен Бок».

Скрипкина жалостливо посмотрела на нее, потом на дедульку, который никак не мог доказать, что именно он и есть Евсюков Николай Федорович, и его даже Вера знает.

-Веерааа! - заорали одновременно «Кудряшка» и старичок.

Вера возникла на пороге. Да-дам!

По-свойски кивнула дедку.

- Здрасси, дядь Коля!

И скрылась в подсобке.

- Без паспорта никак! - снова рявкнула «Кудряшка», решив, что Вериного опознания явно не достаточно.

Дед понуро побрел к выходу. И в дверях столкнулся с разъяренным «директором». Тот пролетел к четвертому окошку и громко потребовал Веру.

Снова был выход с цыганочкой. Да-дам!

- Вам чего, мужчина! - спросила она раздраженно, даже не пытаясь придать голосу хоть каплю доброжелательности.

- Вот! - «директор» хлопнул по стойке распечаткой. - Ищите, вторая книга точно у вас!

- Да ну? - сказала Вера. - Я искала, нет ее.

- А вы хорошо поищите! - закричал «начальник». – Это редкое издание!

- А я хорошо поискала! - громко сказала Вера.

«Директор» даже не нашелся, что сказать, а только насупился в ответ.

- Компьютер завис! - снова объявила «Кудряшка», как будто об этом все забыли.

- Ну вы все-таки поищите мою бандероль! - устало попросил «директор».

Проходя мимо задремавшей приемщицы посылок, Вера бедром задела задела стул. Приемщица проснулась.

- Кому перевод получить? - громко спросила она. И словно впервые увидев Скрипкину, добавила. - Девушка, идите сюда!

Потом Скрипкина на обратной стороне извещения терпеливо писала аккуратным почерком данные паспорта, недоумевая про себя, почему их нельзя сразу внести в программу.

Сонная девица взяла у нее паспорт, извещение с исписанной задней стороной. И, о чудо! Начала вбивать Светкины паспортные данные в компьютер. Зачем их требовалось писать от руки, так и осталось загадкой. И да, это другой компьютер и он не висел.

Светка вышла на улицу, где уже сгущались сумерки. Так же брели влюбленные парочки, мамаши катили коляски, и детвора ехала на велосипедах.

«Жизнь продолжается»,  - подумала Светка, радостно, оглядевшись по сторонам. Что-то подобное ощущает человек, когда выходит из тюрьмы. И его встречают у ворот друзья и подружки, и главное, впереди маячит свобода.

Сзади хлопнула дверь, заставив Скрипкину подскочить на месте. На улицу вышел парень, занимавший за ней очередь.

- Девушка, можно вас проводить? - спросил он, запинаясь.

Светка посмотрела на него внимательно и радостно согласилась.

Когда через полгода играли свадьбу, и свадебный кортеж проезжал мимо почтового отделения, жених и невеста высунулись в люк на крыше мерседеса и радостно прокричали:

 - Спасибо Почте России!!!

Простые желания

Хорошо гулять в дождь! В непромокаемой куртке с капюшоном, таких же штанах и резиновых сапогах. Видок, конечно, как у рыболова-спортсмена. Но кто тебя видит здесь, в парке, на умытых дождем аллеях? Лавки мокрые, аттракционы закрыты. Никого вокруг не наблюдается. Бредешь себе, хлюпаешь сапогами по лужам. Деревья еще стоят с голыми ветвями. Весь пейзаж будто черным грифелем на белом листе прорисован. Хотя кое-где зеленая трава на газонах уже занимает свои законные владения, вытесняя грязно-белые пятна снега. Сейчас пройдет дождь и смоет остатки последних снежных островков. И в небе свинцово-сером, сплошь облаками закрытом, глядишь, и проглянет лучик солнышка. Но прогулка все равно доставляет удовольствие.

Вот Вальтер – истинный джентльмен и представитель породы «московская сторожевая», – он такие прогулки не любит. Домой бы на теплый половик, поближе к миске с наваристым супчиком. Но и у него есть собственное мнение об этом променаде. Это не его выгуливают, а он охраняет.

А в наушниках гремит «Квин», и Фредди Меркьюри убеждает всех, что шоу должно продолжаться. И оно продолжается, когда Вальтер, чинный, степенный пес, видит бездомную кошку и несется за ней как последний дурашливый щенок. Приходится бежать следом через все газоны и аллеи. Прогулка мигом теряет очарование, потому что сапоги в грязи, штаны тоже. А Вальтер – этот прекрасный образчик ухоженного собачьего экстерьера – превращается в грязного кудлатого кобеля. Погуляли, нечего сказать. Show must go on!

– Вот что на тебя нашло, Валек? Что за поведение? Никакой солидности! – Выговаривала запыхавшаяся худенькая девушка огромному псу.

Из-под капюшона выбились рыжие пряди, щеки горели румянцем, а мелкие яркие веснушки, рассыпавшиеся по переносице, придавали лицу немножко наивный вид. И только большие зеленые глаза не скрывали негодования.

Ну, что за глупый пес!

Он шел рядом, понурив голову, понимая каждое слово. Приходилось терпеть. Во-первых, повел себя действительно как щенок, а во-вторых, слушать нотации оставалось недолго. Вон уже калитка во двор видна. А там быстренько на лифте на четвертый этаж. И каждый к себе домой. Александра к своему бойфренду Сергею, а он, Вальтер, – в квартиру напротив, к милейшей Ираиде Васильевне, которая болеет и в дождь гулять не выходит.

Так было не всегда. Лет пять назад его малым щенком взяла в дом пожилая пара: Петр Иванович и Ираида Васильевна. Дети выросли и разъехались, внуков не было. От всяких бед и невзгод сердечная мышца ослабла и уже не справлялась как раньше, и врачи рекомендовали хозяину гулять в парке. Вот и купили собаку. Да что они понимают эти врачи?! Если менее чем через год прямо в парке на скамейке и умер его хозяин. Сердце не выдержало. Раз, и остановилось. Вальтер сразу заметил неестественный взгляд, странно опущенную голову – ошибиться было невозможно. И завыл. Набежали люди, приехала машина с красными крестами и увезла куда-то его хозяина. Вальтер бежал за машиной несколько кварталов, пока не выбился из сил. Молодой еще был, на слабых лапах. И тогда понял, что потерялся. Около недели бегал по незнакомым улицам, пугая прохожих, и даже есть ничего не мог от отчаяния. Тогда самым большим желанием было отыскать свой дом, вернуться к Ираиде, уткнуться мордой в ее теплые и мягкие ладони. Но с каждым днем надежда найти дорогу обратно таяла и таяла. Потом он столкнулся со стаей местных бездомных собак. Не дал себя в обиду, но и его потрепали знатно. Бок кровоточил несколько дней, потом стал нагнаиваться. Рана болела страшно. Вот тогда-то его и заприметила рыжая девчонка, худая и длинноногая. Или он ее заприметил. Позволил к себе подойти, обработать рану и покормить. Несколько дней он жил у нее в сарае. И каждый день слышал, как она ругается с матерью из-за него. Из открытой в дом двери до него долетали слова «одноклассники», «интернет», «объявление». Но и без того Вальтер понял, что Шура – так девчонку называла мать – ищет его семью. Но проходили дни один за другим. Бок начал подживать, и мать Шуры уже смирилась с его присутствием, и даже пару раз покормила, пока Шура была на работе, хотя и называла оглоедом.