***

Плавание к «гнезду скалозубов» прошло довольно спокойно (для дикого космоса). Нападений пустотной фауны на Братца Хача не было: лишь однажды пустотный палач обозначил агрессию к охотнику, но, убедившись, что корабль не претендует на его охотничьи угодья, отстал от него. Еще отмечалась значительная нагрузка на отклоняющее поле, когда охотник вошел в ту часть пространства системы, что была богата твердыми частицами и газом. Но генераторы справлялись, и до обшивки Братца Хача пока ничего добраться не могло. Проблемы начались ближе к «гнезду», где на регулярной основе начали встречаться уже не частицы, а полноценные микроастероиды и астероиды. Плюс, конечно же, тут было полно крупной и гигантской пустотной живности, а также пустотной мелочи, криля и планктона, которыми питались гиганты и хищники. И вот туда-то Братец Хач уже соваться не стал, опасаясь столкновения с кем попало: той же тиянки глубоко плевать на удар об охотник, а вот охотнику от такого приключения будет очень нехорошо. Да и пустотные криль вместе с планктоном, пылью и газом запросто могут перегрузить генераторы отклоняющего поля, что тоже не есть хорошо и чревато совершенно ненужными в дальнем плавании ремонтными работами. В общем, Братец Хач лег в дрейф настолько близко от развалин «гнезда» (отсюда они выглядели как скопление астероидов и пыли, но странное эфирное эхо никуда не исчезло), насколько это было разумно, и теперь черед пришел за рапторами.

***

- Доволен, засранец? - поддела Сокола Шейла, еще раз проверяя системы корабля.

- Очень, - голосом «облизнулся» Сокол Солнца, лишь недавно пришедший в себя после пережитого оргазмического пароксизма, и сладостно протянул, - Почаще бы…

- Почаще - прыгать пришлось бы регулярно, лодырь, - в ответ фыркнула Шейла, - Большие корабли в чужих ангарах не сидят, а вкалывают как пахотные лошади на полях.

- Если в обмен регулярный корабельный секс с тобой, то я готов хоть лошадью быть, хоть каждые сутки тройной прыжок считать, - тут же последовало браво-самонадеянное заявление Сокола. Кораблю, явно, было очень хорошо, и под это настроение он хотел почесать языком со своей любимой капитаном.

- А еще пришлось бы забыть о боях и разведывательных катках. Большие корабли редко вступают в бой и почти никогда сами не обследуют аномалии, - Шейла решила «щелкнуть» своего стального любовника по его любимым занятиям: охотиться, драться и совать свой корабельный нос туда, куда не просят, Сокол Солнца очень любит.

- «Сокол Солнца», готовы? - Сокол ничего не успел ответить своей капитану – в разговор вмешался Братец Хач.

- Почти. Второй уровень слияния. Завершаю проверку систем, - взяла не себя ответ Шейла.

- Поторопитесь: у вас десять минут до выхода. Ждать не буду. Тут и так такая плотность вещества, что отклоняющее поле еле справляется, - недовольно понукнул охотник, и завершил сеанс связи, отключив внутриангарный гелиоглиф.

- Это он специально, чтобы мы ответить не смогли, - сварливо проворчал Сокол, недовольный тем, что Братец Хач испортил ему похотливое настроение к своей капитану.

- Ты Хача не знаешь? - вздохнула Шейла, и потрепала виртуальной рукой по загривку образа своего корабля, - Давай, углубляем соединение.

- Брюзга он. Ничего не понимает в чувствах между кораблем и офицером! - Сокол все еще был недоволен, но слова Шейлы об углублении соединения ему понравились, - Наращиваю слияние.

Шейла мягко погрузилась в разум корабля. И про себя улыбнулась: эмоции Сокола стали проникать в нее, и были те эмоции противоречивы – и удовольствие от слияние со своей самкой, и детская обида на Братца Хача, и предвкушение предстоящего развед-катки. Раптор.

***

Рапторы вот уже два часа как покинули ангар Братца Хача, и теперь приближались к «гнезду бритворогов». Плавание было столь долгим потому, что ни корабли, ни капитаны не отважились прыгать в столь насыщенном веществом пространстве. С другой стороны, простое субэфирное движение открыло перед ними возможность изучить свою цель еще до прибытия на место. И это оказалось полезным: «гнездо бритворогов» являлось чем угодно, но не гнездом бритворогов. Впрочем, и чем угодно оно тоже не было. Между пятеркой крупных астероидов и парой дюжин камней поменьше отчетливо просматривались скрепляющие их металлические конструкции и переходы для фурри, а в двух из них, расположенных по полюсам конструкции, отчетливо виднелись зевы открытых ангаров. Правда, ангаров гигантских, в которые можно небольшой внутрисистемный корабль загнать. Экипажи-рапторы сразу же их приметили, и разделили между собой: Шейле и Соколу достался «северный» полюс, а Ванири и Летящему – «южный». Так что, уже на подходе к конструкции рапторы разделились, направившись каждый к своей цели.

- «У этой хрени, что, нет даже механического затвора?» - подумал к Шейле Сокол, медленно проплывая рядом с открытым ангаром «гнезда».

Ангар, и правда, выглядел странно. На входе в него не было ни замыкающих створок механического затвора, ни эмиттера удерживающего барьера, ни креплений под них. Так что, нельзя было списать странности на демонтаж оборудования, и приходилось признать, что изначально, по задумке архитекторов станции, этот ангар не должен был быть отделен от пустотного вакуума ни одним из привычных фурри способов. Как они удерживали газ? И удерживали ли вообще? По крайне мере, внутри тоже не было видно ничего, что сошло бы за обычную ангарную инфраструктуру: ни подъемников, ни лестниц, ни лесов, ни… Да ничего там не было, что рассчитана на работу в условиях искусственных гравитации и атмосферы. И, нет, это не Шейла что-то просмотрела в скудном свете головного прожектора Сокола Солнца. Там, просто, было хоть шаром покати.

- «Заплывай. Но осторожно,» - распорядилась драконесса, окончательно убедившись, что снаружи ни ей, ни кораблю ничего в этом «ангаре» не понять.

- «Как скажешь, Шейли,» - без малейших сомнений ответил Сокол.

Раптор изменил курс, и медленно вплыл в «ангар». Тот был просто выдолблен в астероиде и, по всей видимости, изначально не был герметичен: сквозь четыре обрамленных металлом «вентиляционные шахты» отчетливо просматривался свет местного светила, что давало понять – они тут продолблены не просто так, а специально сориентированы к звезде. Стены «ангара», кстати, были обработаны очень грубо, без старания: как не для себя делали.

- «Смотри!» - внезапно подумал Сокол, и, наведя луч прожектора на стену «ангара», уточнил, - «Главные сенсоры.»

В стене виднелась дверь шлюза. Необычная: выполненная не по торговому стандарту и, как прикинула Шейла, для существа где-то вполовину ниже нее самой. И, да, внешне дверь высокими технологиями не блистала, но выглядела вполне добротно – на ее фоне особенно становилась заметна халтурность, с которой неизвестные строители обработали стены «ангара»: на “отлюбись!”.

- «Выйдешь в скафандре?» - поинтересовался Сокол. В мыслях корабля отчетливо звучало беспокойство и нежелание отпускать свою капитана одну.

- «Ни в коем случае. Не внушает мне доверие то, как сделан этот ангар. Халтура заячья – еще замкнет проводкой или дверью придавит,» - Шейла добавила своему отрицанию щедрую порцию уверенности, а потом продолжила, - «Выходим обратно в пространство, и поищем еще что-нибудь. Станция, судя по всему, заброшена и без энергии. Так что, я просто так никуда не полезу.»

- «Поддерживаю, капитан,» - с облегчением помыслил Сокол, и направился к сияющей в зеве «ангара» космической тьме.

«Сокол Солнца» выскользнули из странного «ангара», и тут же обнаружили ожидающих их «Летящего». Сокол наладил эфирную связь с Летящим, и тут же получил целую лавину возмущения и жалоб со стороны Ванири: «Летящий» обнаружили в своем «ангаре» ровно то же, что и «Сокол Солнца» – ничего, и были по этому поводу крайне расстроены и разозлены. Наконец, закончив с жалобами и окончательно излив свое разочарование, Ванири запросила у Шейлы дальнейших распоряжений, таким образом сама отдав драконессе главенство в боевой паре. Шейла снова разделила зоны разведки «гнезда бритворогов» между рапторными экипажами. Ванири и Летящий, довольные тем, что переложили ответственность за «скучную, бесполезную трату времени» на кого-то другого, отправились обследовать свою часть заброшенной станции, а «Сокол Солнца» – свою.