— Помощь не нужна? — поинтересовались за спиной.

— Управлюсь… — проворчала не оглядываясь. Но, голос показался знакомым. Оглянулась.

Офигеть! Вот это облом! Да, не зря говорят, что за добрые дела надо нести ответственность по всей строгости.

В двух шагах от меня, картинно подбоченясь, стоял тот самый ухарь-купец, которому я продала драккар.

— А я уж беспокоится начал. Думаю, куда это вы запропастились. Уж полдень скоро. Отчаливать надо. Или передумали плыть в Прид? Кстати, а где Рудольф? И близняшек ваших тоже что-то не видно?

— Внутри они… — я сделала шаг назад, к дому, прикидывая, какие у меня шансы на успех, если прямо сей секунд броситься наутек. Нулевые. В джинсах и кроссовках, может, и управилась бы. В кольчуге и сапогах… и пробовать не стоит. Чтобы в таком снаряжении стометровки бегать, его надо хотя бы месяц носить, не снимая.

— Не возражаете… — здоровяк только говорил учтиво. Взгляд его был далеко не столь добрый, как голос.

Не знаю, что именно купец вообразил, глядя на то, как я укладываю в штабель пьяных в хлам мужиков, но сделал он именно то, на что я даже не надеялась. Бесцеремонно отодвинул меня в сторону, пинком распахнул дверь и ворвался внутрь.

— Спасибо… — пискнула я тихонько ему в спину… благодаря судьбу, небеса и всех, кто сейчас решил помочь. Потом, рывком захлопнула дверь, накинула щеколду и просунула в проушину стилет. Жаль, конечно. Но ничего другого под руками не нашлось.

Купец, конечно, тут же принялся колотить в створку и орать, что я об этом горько пожалею. Но, дверь мастер Вест делал добротную. Засов — то же…

— Одна беда с ними… — посочувствовала мне какая-то пожилая горожанка, глядя на пьяных стражников. — Мы платим налоги, чтобы они защищали нас от разного сброда. А на самом деле, надо искать тех, кто защитит нас от стражи. Ишь, как разоряется, бессовестный… — пригрозила сухеньким кулачком двери, которую пытался высадить купец. Но, поскольку та отворялась внутрь, это ему пока не удавалось.

— И не говорите, сударыня… И не говорите… Я даже больше того вам скажу… — доверительно взяв женщину под локоток, я пошла рядом, втирая старушке какую-то байку из жизни питерских ментов.

Двигались мы при этом с черепашьей скоростью, зато не вызывали не только подозрения, но даже любопытства.

* * *

Голубое небо, изумрудная зелень и серая лента мостовой. Ласковое послеобеденное солнце, легкий летний ветерок и тишина.

Что еще нужно для хорошего настроения и душевного равновесия? Особенно, после такого калейдоскопа приключений… или — злоключений. Хотя, все же, первый вариант. Поскольку сальдо позитивное. Да, пришлось побегать, мечом помахать и понервничать изрядно… особенно, когда покойный аббат, заткнул мне рот кляпом… Но, в целом — и отряд мой увеличился. Причем, не абы кем, а потомственным рыцарем. И денежки за драккар, большей частью удалось сохранить.

Вот только и врагов у меня тоже стало больше. Хотя… Купец ведь в накладе не остался и, если сумеет обуздать уязвленное мужское самолюбие, то вскоре забудет и обо мне, и о имевшем место недоразумении. В конце концов, торговля дело тонкое. Сегодня ты поимел клиента, а завтра — клиент тебя. Одна беда, такие рассуждения мужиков просто бесят. Как красная тряпка быка. И ведут они себя соответственно. Ну, да на каждого рогатого свой тореро найдется.

Вот так мудро рассуждая, я топала к ближайшему дереву у дороги, где, как было уговорено заранее, меня должны дожидаться близняшки и бывший матрос. А потом, мы все вместе — сэра Ламберта с повозкой.

Я была уверенна, что застану новых товарищей сладко дрыхнущих в тени, поскольку делать им все равно было нечем. Не в стрельбе ж упражняться… И ошиблась. Именно этим они и занимались. Девушки… А Рудольф размахивал большим абордажным тесаком… Вернее, отмахивался, от наседающих псов…

В общем, кто бы игровым миром не распоряжался, но в его планы не входили долгие минуты покоя. Хоть какая-нибудь каверза, но обязательно была припасена. В данном случае, как я понимаю, моих попутчиков атаковала бродячая свора псов… или свора бродячих псов… Неважно, хрен редьки не слаще.

Семь или восемь здоровенных зверюг, габаритами с крупного волка, рыча и скаля клыки грамотно наседали на троих людей. Которые, почему-то усердно отмахивались от них или отстреливались, но при этом никому не пришло в голову залезть на дерево. Хотя, казалось бы, чего проще — псы не медведи, вскарабкиваться не умеют. Да и стрелять сверху гораздо удобнее.

Ладно, с этим потом разберемся… Сейчас надо решать, что делать. С одной стороны на мне длинная кольчуга и крепкие сапоги, а с другой — не с моими пятьюдесятью килограммами тягаться с этими «телятами». Собьют с ног и не заметят. Может, оббежать по-тихому и зайти со сзади? В смысле, залезть на дерево или хотя бы присоединиться к своим. Сейчас псы в заметном большинстве, что придает им уверенность, а если баланс сил измениться?

«Ну, ты, мать, даешь! — я мысленно покрутила пальцем у виска. — Вааще уже… О псах, как о людях думаешь. Не, они, конечно, здоровущие… и свирепые, но все же — животные. Причем, не дикие звери, а многие поколения прожившие рядом с человеком. То есть, на генном уровне просто обязаны помнить, что люди сильнее! И чего они должны боятся больше всего? Правильно…»

Я еще даже не додумала до конца эту мысль, а рука уже потянулась к голенищу. Где у меня была засунута плетка.

— Эй, шавки безродные! Вы что себе удумали? А ну, пошли вон, кабыздохи!

Все эти «грозные» вопли я издавала, пощелкивая плетью. Периодически взмахивая над головой, чтобы не только слышно было, но и видно.

Сработало.

При первом же щелчке, псы, как по команде, оглянулись. А когда я взмахнула плетью второй раз — заворчали, оскалились и так, огрызаясь на каждом шаге, бочком-бочком стали отходить.

— Вот я вас! Пошли прочь!

Совершенно случайно этот взмах получился особенно громким, как из пистолета выстрел. И псов проняло… Сперва один, поджав хвост, метнулся прочь. А потом — и остальные.

— Ату! Ату! — помогая мне, завопил Рудольф, постукивая ножнами по дереву.

— Гони! Держи! — дуэтом завопили и близняшки, хлопая в ладошки.

Псы огрызнулись в последний раз, наддали ходу и вскоре пропали с глаз.

— Вовремя вы, госпожа… — поблагодарил моряк. — Без вас бы мы не отбились. Как вы их… — покрутил головой. — Никогда б не подумал…

— Пес не волк… С волками так бы не получилось. А вы чего внизу сгрудились? На дерево не могли залезть? Дитё бы сообразило!

— Слишком неожиданно эти твари напали… — Зита краснеет и отводит взгляд.

— Да… — младшая, наверно, первый раз за все время не поправляет сестру и… тоже краснеет.

Что за ерунда? Откуда такое синхронное смущение? Чем вы тут занимались, в свободное от сражений время? Не зря говорят, что пока Бога нет дома, одному дьяволу ведомо, что творят святые.

— Я говорил им, чтобы лезли или, хоть, на плечи мне встали. А они ни в какую, — пожал огромными плечищами Рудольф.

Да, такой детина мог легко служить подставкой для парочки девочек и даже особенно не напрягаться при этом.

— И вы совершенно правы… повезло, что это только псы. Хоть и здоровущие, но с волками им не тягаться. Тем более, варгами. Я сам не видел ни разу, но приходилось слышать, что в самых дремучих чащах водятся такие твари… Что их даже медведи боятся.

Моряк еще что-то говорил, а до меня дошло. Ага, как до жирафа насморк.

Взять бы тех разработчиков да повозить фейсом по клаве, а потом и по тейблу! С их юношеской озабоченностью и «историческим правдоподобием». О том, что в средневековье нательного белья не носили, умники старательно запомнили, а что в те же времена никто и слыхом не слыхивал ни о каком «мини» и даже «миди» — уверенно проигнорировали. Вот и принарядили близняшек на свой вкус. М-да… В такой юбчонке и в самом деле, надо уж очень иметь всех в виду, чтобы влезть на дерево, да еще по спине малознакомого мужчины. На их фоне болельщицы — скромнее монашек смотрятся. Надо будет им хоть лосины выдать. Когда к обитаемым местам доберемся.