На самом деле реликтовая система двойной звезды Гаруда была не такой чудовищной дырой, как Кабестан. Но, тем не менее, поток желающих устроиться сюда на работу шахтеров был на порядок меньше.

В древности, еще до исторического материализма, две дрейфующие в пространстве звезды были притянуты взаимными узами тяготения и с тех пор так и вращались вместе в этом секторе космоса, намертво связанные невидимыми тросами, не в силах ни столкнуться, ни покинуть друг друга. Всё на их пути давно уже было раздавлено и уничтожено несокрушимым катком из двух раскаленных небесных тел, которые миллионы лет катились в никуда в безвоздушном пространстве.

Этот чудовищный механизм перемалывал всё, что подворачивалось под колеса: малые звезды, планеты, кометы. Гигантские шлейфы астероидов и космической пыли сопровождали неудержимое совместное вращение двух звездных исполинов, закручиваясь вокруг них титаническими невесомыми спиралями.

Когда-то безымянная блуждающая планета, давно ушедшая с орбиты своей погасшей звезды, была захвачена силой тяготения одной из Гаруд и попала точно между двумя раскаленными титанами — словно зернышко между двумя тяжелыми вращающимися плитами жерновов. Чудовищной гравитацией планету разорвало на куски, однако они не упали на поверхность звезды, чтобы быть расплющенными прежде, чем сгореть в океане раскаленной магмы. Находясь на самой границе гравитационных полей двух звезд, оставшийся от планеты астероидный пояс чуть изменил направление движения и вышел на новую орбиту,

Мощное реликтовое поле, которое было порождено суммарным излучением обоих светил, пронизывало всё окружающее пространство, вращающийся астероидный пояс и пылевое облако вокруг звезд. Это придавало полезным ископаемым в их недрах самые невероятные свойства.

Судя по всему, в окрестностях двойной звезды располагалось самое большое из известных в галактике месторождение анобтаниума — минерала с отрицательной гравитацией. Время от времени из метеорной массы удавалось добыть килограмм-другой радиоактивного вещества, которое в результате воздействия реликтового излучения имело совсем другое расположение нейтронов, чем в известных металлах, и оттого — совершенно немыслимые свойства. Геологические признаки указывали на наличие в системе солидных запасов энергала, ботория и ретиария.

В общем, добыча полезных ископаемых на Гаруде могла бы озолотить добывающего. Если бы не одно досадное и важное «но».

То самое жесткое реликтовое излучение, благодаря которому здесь было столько уникальных ископаемых. В астероидном поясе его уровень зашкаливал. Смертельную дозу человеческий организм хватал за несколько минут даже на периферии пояса, что уж говорить о том, чтобы лезть внутрь. Телеметрия в таком агрессивном поле не работала вовсе, сигнал любого вида связи при приближении к поверхности искажался до неузнаваемости, так что использовать дистанционные аппараты не представлялось возможным.

Можно было, в принципе, применять для добычи полезных ископаемых автономных роботов, но этого не позволяло сделать то же самое жесткое излучение. Любые материалы в такой агрессивной среде разрушались буквально на глазах. Чаще всего роботы не успевали завершить одну-единственную миссию, прежде чем от стремительной коррозии распадались на части. А еще чаще они даже не успевали осуществить высадку — автоматический корабль с автономным роботом из-за мощного реликтового излучения просто переставал работать и навсегда терялся в бездне космоса.

Поэтому соваться в астероидный пояс реликтовой двойной звезды дураков не было. Гаруда располагалась на пересечении звездных трасс, так что людей на планетах, которые по сложным орбитам вращались вокруг двойной звезды, хватало — персонал транспортных линий, немногочисленные шахтеры, те, кто обслуживал местные, вполне платежеспособные поселения, вроде проституток и сотрудников многочисленных баров. Некоторые горнодобывающие компании, в том числе «Дорога Звезды», добывали здесь полезные ископаемые — только на самых окраинах системы, где не было ощутимо вредоносное влияние реликтового излучения. Добыча у них, конечно, была мизерная.

Из-за отсутствия излучения они и ископаемые извлекали самые обычные, которых здесь, кстати, было не так уж много.

Привлекала Гаруда большое количество всяких темных личностей, бандитов и хичеров, поскольку тут вращались неплохие деньги, часть которых была в теневой зоне, так что от нее можно было неплохо отщипнуть. Запах дармового бабла приманивал сюда также бомжей, наркоманов и прочих паразитов.

В общем, транспорт, который доставил Горностаев на Гаруду I, был старым, грязным и потертым, потому что постоянно возил людей опустившихся и потерявших всякую надежду. И перевозимый контингент был примерно такой же: старый, грязный, потертый.

Приставать к брату и сестре Ковальски за весь полет желающих не нашлось. Сестра, конечно, казалась издали хрупенькой, как хрустальный бокал, но сразу было понятно, что в случае любых осложнений дело придется иметь с ее насупленным и массивным буйволом-братом. А при более близком рассмотрении девушки становилось понятно, что это не брат рядом с ней выглядит обычного роста, что на самом деле это она сама рядом с братом такая же здоровенная и в случае чего может так врезать, что мало не покажется. Поэтому несмотря на то, что мисс Ковальская была очень хорошенькой, подкатывать к ней никто не решился.

А вот с супругами Гастингсами ситуация вышла совсем другой. Миссис Гастингс была беззащитна и хороша, как майский цветок, поэтому что она нашла в сером и ничем не примечательном мистере Гастингсе, который едва ли был способен ее защитить, знает только воровской бог Мабута, а он ненавидит стукачей, поэтому никогда никому не скажет.

Так что с ними никаких проблем не предвиделось. Когда мистер Гастингс на обеде отправился за колой, на освободившееся место к его жене тут же лениво подсел высокий всклокоченный парень в кожаной куртке.

— Полторы сотни меня устроят, — отстраненно заявил он, пожевывая зубочистку.

— Меня тоже! — обрадовалась девушка.

Оторопевший бычара на несколько секунд даже перестал жевать.

— Ты чего такая дерзкая, а⁈ — возмутился он наконец. — Или у тебя просто с головой проблемы? — тут же нашел он подходящее объяснение происходящему. — Блин, никогда не работал учителем у дебилов, но ладно, постараюсь объяснить на пальцах… Короче, кладете мне полторы сотни и спокойно летите с муженьком до места. И никто не пострадает. — Он даже причмокнул, любуясь своим благородством. — Ни на каких шахтерских трассах не найдете такой дешевизны — всего по семьдесят пять монет с человека!

Миссис Гастингс молча взяла бургер, игнорируя гостя, и неторопливо откусила, по-кошачьи облизнувшись.

— Или можно так, годится, — согласился доставала. — Одна ночь в постели — и можете считать, что рассчитались. С тебя постель, не с мужа, — на всякий случай уточнил он.

В глазах миссис Гастингс зажегся опасный огонек. Многие парни, серьезно пострадавшие от твердой коленки Светланы Рыси в различных стрип-барах Галактики, легко узнали бы его. Впрочем, те, кто не знал об опасности этого огонька, запросто могли принять его за порочное возбуждение.

Она сцепила руки под подбородком и некоторое время с интересом разглядывала бычару. Тот с усмешкой дожидался решения красавицы. Нет, он даже мгновения не сомневался, что оно будет положительным, просто хотел узнать, что демократически предпочла девушка — деньги или постель.

Кажется, она наконец всё же сделала выбор, потому что, сладко улыбаясь, протянула собеседнику надкусанный бургер. Радостно ощерившись — вариант с постелью нравился ему больше, — громила впился зубами в булку…

И безнадежно задохнулся от взрыва дикой боли в солнечном сплетении.

Вернувшийся с двумя картонными стаканами колы мистер Гастингс обнаружил громилу, который без сознания лежал лицом на его столе. Миссис Гастингс уже сидела за соседним столиком и невозмутимо доедала свой бургер. Ту часть, которую успел укусить бандит, она брезгливо отломила и бросила рядом с бесчувственным телом.