За вторым пленным, рейру с ним не пошли и Темо привёл его сам, на этот раз прихватив топор. Отрубив голову, он насадил её на одну из пик, подставив ритуальную чашу к телу для сбора вытекающей крови. Вырезанное сердце заняло последнюю пику из четырех.

— Может и не то, что нужно, но уж извини, Шолло, больше чужаков для тебя у меня нет. Пока нет.

Темо отложил топор и подставил чашу с кровью поближе к медной плите. В неверном свете, ему показалось, что над ней курится дымок. Окровавленными руками он схватил бумаги Саиша и секунду всмотревшись в них, начал говорить нараспев слова, начертанные пером. Голос эхом разносился по храму и в его отзвуках, Темо вдруг послышались чужие скрипучие голоса. Перевернув лист, он продолжил свою молитву, к удивлению, читая буквы почти в полной темноте. Светильники мерцали на стенах, но у плиты было темно. Продолжая чтение, он всё повышал тон, почти перейдя на крик и словно рокот прибоя подхватил его голос и сделал похожим на гром. Темо едва успевал произносить слова, как они раздавались страшным гулом. Даже не думая бояться, он продолжал и продолжал, не замечая дрожащих рейру в глубине зала, которые стали собираться на звуки из своих потайных укрытий.

Оставался последний лист и завершая свою работу, как заведённый, Темо прокричал слова в пустоту. Эхо подхватило их и страшные голоса вторили ему, на которые Темо не обратил ни малейшего внимания. Последнюю фразу он произнёс почти шёпотом, но она прогремела так, что загудели стены. Подняв чашу с кровью прямо перед собой, он молча вылил её в центр, туда, где сходились спирали и уходили в глубину. Не произошло ровным счётом ничего, и Темо, пошатываясь, отошёл от плиты, над которой словно дрожал воздух.

В этот момент распахнулись боковые двери в храм и старый Квалпо вошёл внутрь вместе с Чикоме, несущим целую пачку копий. Они выпали у него из рук, когда он увидел происходящее, собираясь рвануться вперёд, но Квалпо удержал его.

— Поздно, — прохрипел его голос. — Поздно. Он уже сделал всё, что мог. Теперь ничего не изменить. Мы ведь даже не знаем, правда ли то, что думали про эту вещь.

Темо отходил от постамента, не замечая ничего, с головы до ног залитый кровью, но не его вид вызвал шёпот ужаса, пронесшийся среди рейру. Чикоме уставился на плиту, окаменев, как столб. Квалпо приложил руку к сердцу, став бледнее мела.

Возле плиты, в темноте, стояло существо, лишь немного освещённое светом тлеющих светильников. Разобрать его лицо было невозможно, но мелькнувшую на мгновение руку, изумрудно-зеленую, с острыми когтями, Чикоме рассмотреть успел. Боясь пошевелиться, все застыли на месте, как вдруг главные двери распахнулись и ворвались Хранители Веры с факелами в руках. Изандро шёл среди них, по-хозяйски, и совершенно ничего не боясь. Рассыпаясь по залу, они немногим более осветили его, но никто из людей, находящимся в нём, даже не посмотрел в их сторону. Факелы озарили массивную фигуру, стоявшую у плиты. Высокое, но лишь немногим выше рослого человека, существо, было покрыто плотной шкурой, казалось, состоящей из сплошных бугров, шипов, колючек и лезвий. Она сверкала в полумраке храма, отражая свет. Непропорционально большую голову с двух сторон окружали витые рога, усеянные шипами. Золотые холодные глаза, казалось, не замечали людей. Квалпо отвёл взгляд, опасаясь привлечь существо, но тут голос Изандро разорвал тишину:

— Брось этот маскарад, старый дикарь. Он тебе не поможет. Хватит дурить головы здешним тупицам, снимай свой костюм! Я вижу, ты казнил моих людей, так я сниму с тебя этот наряд вместе с кожей. Рамон, тащи сюда этого ублюдка.

Высокий худой человек, в доспехах, зашагал к маячившей фигуре, вынимая меч из ножен. Все рейру молча смотрели на него. Существо, казалось, его не замечало, поворачивая медленно голову из стороны в сторону. Подойдя ближе, он взмахнул мечом и прокричал:

— Не вышло у тебя обмануть нас. Снимай живо свой костюм, а не то разрублю надвое!

Какой-то запах, заставил Рамона насторожиться, но Изандро крикнул ему:

— Брось с ним нянчиться! Убей, а потом снимем костюм, чтобы все увидели его уловки! Наряд хороший, ничего не скажешь.

Рамон осклабился и резко взмахнул мечом. Марриосская сталь пропела в воздухе, обрушившись на ряженого. Раздался страшный треск и словно синие молнии засверкали вокруг ударяющего меча. Рамон отлетел в сторону. Руки его ходили ходором, выписывая непонятные пируэты. Рукоять меча была зажата в них, но обломок лезвия был словно оплавлен там, где коснулся фигуры. Рокот удивления прошёл среди чужаков.

Существо медленно, словно нехотя, шагнуло к Рамону. Тот хотел отшатнуться, но не успел. Правая рука существа с необыкновенной быстротой ухватила его за голову своими когтистыми пальцами. Они раздавили стальной шлем, как скорлупу яйца и Рамон рухнул наземь. Лужа крови растекалась из-под его смятой головы.

Теперь существо обратило свой взор на толпящихся Хранителей Веры, притихших и ошеломлённых. Изандро встретился взглядом с золотыми сверлящими глазами и непреодолимый страх охватил его. «Это не человек! — мысли проносились одна за другой. — Какой же я глупец! Что же делать?!

Темо наконец обернулся и только сейчас заметил колючую фигуру, замершую, как бы в раздумьях. Он попятился в сторону, не отрывая глаз от сверкающей зелени шкуры. Существо словно смерило его взглядом и внезапно оказалось в центре зала.

Никто не успел понять, как оно очутилось там. Метнулось так быстро, что они не уловили движения, либо даже исчезло и появилось вновь. Пока Изандро, косясь на двери, медленно отходил к ним, существо протянуло руку к медному шару, украшавшему центр зала. Шар был изготовлен заодно с медной колонной, представляя единое целое. Тем не менее, он словно притянулся к опущенной на него ладони, оторвавшись от основания без видимых усилий. Синяя яркая дымка окружила его. Рука перевернулась ладонью вверх. Шар принялся вращаться в ней, озаряемый ярчайшим светом зелёного, синего, и красного огня, мерцающего вокруг него. Безгубый рот существа еле зашевелился, обнажая белые клыки, и жуткий голос заговорил на неведомом языке, ритмично и ошеломляюще. Скрипящие и шуршащие слова заполняли храм, и словно холод подземелья коснулся Чикоме, заставив прийти в себя. Шар в руке существа почти скрылся в потоках огней.

Чикоме потянул Квалпо к боковому входу, ближайшему к ним. Квалпо указал головой на Темо, но Чикоме был непреклонен:

— Мы не дойдём к нему. Сейчас что-то произойдёт. Я прямо чувствую это всем телом.

Квалпо нехотя подчинился и Чикоме оттащил его к двери. Тяжёлые створки лязгнули, в этот момент рокочущий голос проговорил непонятное слово, и шар, казалось, превратился в сотни молний. Они взмыли вверх, перед существом и рассыпались кругом, разя всех присутствующих без разбора. Рейру и чужаки, падали наземь, словно сражённые невидимыми стрелами. Люди рухнули почти мгновенно, лишь Рэфо, стоявший недалеко от входа, уцелел, укрытый мраморной статуей. Быстрее ветра он вырвался наружу и с диким криком понёсся по ночным улицам. Один Темо остался невредимым среди этого хаоса молний. Стоя не в силах пошевелиться, он молча глядел на существо. Золотые глаза изучали его, но страха он не испытывал, только усталость и толику любопытства.

Существо появилось рядом с ним и когтистые пальцы подняли подбородок, заглядывая в глаза. Темо усилием воли заставил себя не отвести взгляд. Рука бросила его и массивная рогатая голова повернулась к главному входу. Во дворе храма шумели всадники. Напуганные появлением Рэфо, бежавшего без оглядки, они скрутили его и допросили, но в бессмысленной болтовне уловили только, что все мертвы, и недолго думая, весь отряд двинулся к храму.

Кони фыркали и беспокоились, хоть всадники и успокаивали их, как могли. Сквозь приоткрытую дверь, Темо видел толпящихся людей, одетых в чёрное, не отличимых от мертвецов, заполнявших зал. Как видно, изначально к храму проехал совсем крохотный отряд и лишь теперь явились основные силы. Темо поискал взглядом возможность улизнуть, но тут существо оказалось за дверью, прямо среди толпы.