Посмотрев вокруг, узнал место. Он был на окраине города, на той самой дороге, по которой ехал в пгт. Ворон помнил все. Помнил цирк, помнил маньяка, помнил поцелуи с девушкой-демоном. Но все это, казалось, происходило не с ним, а с кем-то другим. Взглянул на руки. Они были чистыми, на них не было ни капли крови. Провел рукой по лицу - чистое. Ни малейшего намека на то, что он только что пережил кровавую бойню.

Ворон вздохнул и завел машину. Дорога домой показалась ему долгой и монотонной. Город встретил его привычной серостью и суетой. Он ехал по знакомым улицам, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

Припарковал машину возле своего подъезда, посмотрел на знакомое здание. Его охватило какое-то странное чувство. Он не чувствовал, что это его дом - он здесь чужой.

Ворон поднялся на этаж, подошел к двери, вставил ключ в замок и открыл дверь. Его мир рухнул. Он стоял на пороге не своей квартиры. Жилье было чистым, убранным и просторным. Это была трехкомнатная квартира, с современной мебелью, со свежим ремонтом, совсем не походившая на его убогую однокомнатную берлогу.

Книги на полках, цветы в горшках, картины на стенах. Это было не его место. Пройдя в кухню, увидел ее. Тень. Она стояла у плиты и помешивала что-то в кастрюле. Обернувшись, посмотрела на Ворона, ее губы тронула нежная улыбка.

— Ты вернулся, — проговорила Тень ласковым голосом. — Я уже приготовила обед.

Она подошла к Ворону и поцеловала его в губы. Он ответил на поцелуй, но почувствовал, как его сердце сжимается от страха.

— Как ты? — спросила Тень посмотрев в его глаза. — Все хорошо?

— Да, — ответил Ворон дрогнувшим голосом. — Все хорошо.

— Хорошо, — улыбнулась Тень. — Тогда садись за стол. Я все приготовила.

Она обняла его и проводила к столу. Ворон сел за стол, посмотрел на еду. На столе стояли тарелки с супом, салатом и жареным мясом. Он посмотрел на Тень, увидел в ее глазах нежность и заботу.

— Что это все значит? — прошептал Ворон.

— Что значит? — спросила Тень, сев напротив него. — Мы же дома. Кушай. Тебе надо подкрепиться.

Ворон почувствовал, как у него перехватывает дыхание. Он не понимал, что происходит. Не понимал, кто эта женщина, где он находится.

Тьма, которую он думал победить, снова обволакивает его. И на этот раз, кажется, окончательно.

История 3: Осколки Искажений

Глава 1. Обманчивое Спокойствие

Солнце, словно прожектор, бьющий в лицо, заливало гостиную таким неестественным, почти болезненным светом, что хотелось зажмуриться. Этот свет проникал даже сквозь плотные жалюзи, заставляя предметы в комнате казаться нарисованными, лишенными теней и глубины. Мебель из светлого, почти белого дерева, стояла на своих местах как солдаты на плацу, книги на полках были расставлены с хирургической точностью, а цветы в горшках, казалось, только что распустились, как по команде. Все здесь было слишком идеально, слишком правильно, до тошноты.

Ворон сидел в кресле, с чашкой обжигающе горячего кофе в руках и смотрел в окно. За стеклом простирался ухоженный сад. Идеально подстриженный газон, яркие, как пластмассовые, розы и даже птицы, пели какую-то фальшивую мелодию, как запрограммированные роботы. Ворон чувствовал, как внутри него что-то скребется, как крыса, запертая в клетке. Это была тревога. Тревога, которая не имела ни начала, ни конца. Просто была.

Из кухни появилась Тень. Ее темные волосы, рассыпавшиеся по плечам, казались шелком, а зеленые глаза светились нежностью. Она подошла к Ворону, наклонилась и поцеловала его в губы. Поцелуй был теплым, но безжизненным, как прикосновение восковой куклы. Он не вызывал ни страсти, ни желания, только какое-то странное отчуждение.

— Как спалось? — спросила Тень. В ее голосе не было ничего настоящего, только набор правильно расставленных слов.

— Хорошо, — ответил Ворон и почувствовал, как ложь застревает у него в горле комом. Но он не стал спорить. Он привык лгать.

Они завтракали. Ели идеальную еду, приготовленную с идеальной любовью. Свежие фрукты, ароматный кофе и аппетитные тосты. Но Ворон не чувствовал вкуса. Все казалось ему безвкусным, лишенным настоящей жизни. Он смотрел на Тень и видел в ней красивую куклу, с идеальной внешностью и идеальными манерами, но не мог почувствовать в ней ничего настоящего.

После завтрака, они отправились на прогулку. Гуляли по парку, где все вокруг выглядело как декорации к какой-то сказке. Яркие клумбы с цветами, чистые дорожки и люди, которые улыбались и смеялись. Ворон не чувствовал радости. Он смотрел на все это, ощущая, как в нем нарастает раздражение. Все это было фальшивым, как дешевая подделка. Он чувствовал себя посторонним в этом мире, лишним элементом в этой нарисованной идиллии.

Вечером, они смотрели фильм. Мелодраму, с красивой историей любви и печальным концом. Тень смотрела на экран с умилением, ее глаза были полны слез. Ворон же чувствовал, как в нем поднимается волна ненависти. Хотелось выключить телевизор, разбить его вдребезги, хотелось сбежать от этого фальшивого мира, и от этой фальшивой любви.

Но он оставался. Он оставался и наблюдал, как идеальный мир постепенно пожирает его душу. Он чувствовал себя марионеткой, чьи нити дергают невидимые руки. И это пугало его больше всего на свете.

Перед сном, он смотрел на Тень. Она лежала рядом с ним, в постели, такая красивая и безмятежная. Ворон чувствовал, как в нем рождается ненависть. Ненависть к этому миру и ненависть к себе, за то, что он позволил себя обмануть. Он ненавидел ее, за то, что она такая идеальная, такая правильная, такая не настоящая. Он смотрел на ее идеальное тело, чувствуя отвращение.

— Я люблю тебя, — шептала Тень обнимая Ворона.

Он ничего не отвечал. Лишь отворачивался и смотрел в потолок. Видел там трещины. Тонкие, едва заметные трещины в этом идеальном мире. Трещины, как знаки надежды. Надежды на то, что этот кошмар когда-нибудь закончится. Надежды на то, что он когда-нибудь снова почувствует вкус крови. И что он, возможно, еще сможет остаться собой.

Глава 2. Зеркало Прошлого

Идиллия треснула. Как тонкий лед под ногами, она рассыпалась на мелкие, бессмысленные осколки. Случайность, или, может, закономерность – Ворон не знал, да и не особо стремился понять. Просто в одно из этих “идеальных” утр, когда Тень, словно заводная кукла, готовила ему завтрак, он увидел его. На мгновение, всего лишь на долю секунды, но этого хватило, чтобы мир перевернулся с ног на голову.

В отражении начищенной до блеска кастрюли, он увидел себя. Не того, идеального мужчину, что ходил по этому идеальному миру, а того, настоящего Ворона, что был запятнан кровью и безумием. Он увидел свои шрамы, свою тьму и свои глаза, полные ненависти и отчаяния. Образ промелькнул, как искра и исчез, оставив после себя лишь мучительную пустоту.

После этого, мир начал трещать по швам. Ворон видел тени на стенах, которых там не должно было быть, слышал шепот, доносящийся из ниоткуда, чувствовал запах гнили, просачивающийся сквозь цветочные ароматы. Он больше не мог притворяться, не мог терпеть эту фальшивую идиллию.

Ворон молча ушел в кабинет, и, закрыв за собой дверь, начал рыться в ящиках стола. Там, среди идеальных бумаг и идеально заточенных карандашей, он нашел ее. Старую фотографию. На ней был изображен он, в возрасте лет десяти, с грязным лицом и огромными, испуганными глазами. Рядом с ним, стоял высокий, крепкий мальчишка, с мрачным, злобным выражением лица. Петр. Его мучитель.

В этот момент, мир вокруг него поплыл. Стены кабинета закружились, пол начал уходить из-под ног. Ворон почувствовал, как его затягивает в какую-то темную бездну. Он закрыл глаза и провалился в сон.

Он снова был маленьким мальчиком, на грязной улице своего родного города. Чувствовал холод и голод, страх, который сковывал его тело. Он снова видел, как Петр издевается над ним, как бьет его, унижает. Он чувствовал ту боль, которую он испытывал в детстве, ту ненависть, которая росла в его сердце с каждым днем.