Смолин назначил встречу в своем главном офисе. Странный выбор места для такого рода встречи. Но будем смотреть по ситуации.

Прохожу мимо нескольких постов охраны. Все четко и быстро. О моем приходе заранее предупреждены. Смотрят в лицо, сверяют по фото из собственной базы и пропускают. Фарса с показом документов не требуется.

– Не прошло и нескольких дней, а ты мне снова понадобился, – в голосе Смолина отчетливо слышится ирония и легкая озадаченность.

А вот это уже настораживает. Сергей Смолин – по большому счету негласный владелец большей части бизнесов этого города и мало кто может его вывести из равновесия.

– Да, порой необходимость наступает неожиданно, – соглашаюсь я.

Смолин чуть сощуривается и смотрит как бы сквозь меня, словно подбирает нужные слова. Не тороплю.

Кивком показывает мне на стул и сам тоже опускается в большое кожаное кресло. Чуть придвигает к себе пепельницу и тут же морщится, вытаскивая из кармана пиджака маленькую таблетницу.

– Курить мне нельзя. Врачи строго запрещают. Вот вынужден всякий раз, как захочется покурить, рассасывать вот эту мерзость. Вроде б и мятный вкус, приятный. Но сигарету не заменит.

– Спасибо, пока воздержусь, – коротко киваю я.

Смолин усмехается и моментально вцепляется в меня взглядом.

– Вот и этим ты мне нравишься тоже. Чувствуешь, что уместно, а что – нет. Нужен мне такой человек. И именно сейчас.

– Что случилось?

– Ну пока еще не случилось, но рвануть может в любой момент, – зло цедит Смолин, – и хуже всего, что на подозрении – свои.

– Кто именно?

Настроение в миг портится, так как до чертей не хотелось влезать в семейные дрязги власть предержащих. Особенно такого уровня, как Смолин. И кто – эти «свои на подозрении», я кажется уже догадываюсь.

– Аркаша, мой зять. Ты его уже мельком видел, когда Настюшу нам передавал.

Сдерживаю ухмылку, не хочу сейчас выдавать своих эмоций. Но Аркадий этот мне еще тогда не понравился. Крамольная мысль, но я уверен, что он как-то причастен к организации похищения собственной дочери.

И хуже всего, что это – вершина весьма грязненького айсберга.

– Иштван, давай уже начистоту. Ты ведь тоже думаешь, что за похищением Насти стоит Аркаша. Просто озвучь свои подозрения.

– Пока не знаю. Отследить похитителей, вытащить девочку и вернуть ее вам – от меня требовалось только это. Хотите, чтоб я копнул глубже? Уверены, что это связано с Аркадием?

– Тут на самом деле сказать сложно. Аркаша на руку нечист, но играет пока идеально. Понятное дело, что он женился на моей Альбиночке из-за денег. Альбина – она девушка видная, красивая. И сам посуди, завидная невеста, учитывая масштабы приданого. М-да. Но мозги он ей запудрил основательно, вот и поженились.

Смолин замолкает и упирается взглядом в какую-то невидимую точку перед собой. Вздохнув, собирается новыми силами для продолжения разговора.

– Свои похождения по другим женщинам пока скрывает умело. Да ты сам понимаешь, я тебя из-за такой ерунды беспокоить не стал бы. Тут и моих людей вполне хватает. За его интрижками внимательно следят, все фиксируют. До поры до времени пока эту информацию придерживаем. Не хочу, чтоб Альбина узнала про всю эту грязь.

– Значит есть что-то еще? – осторожно спрашиваю я, дождавшись, когда Смолин намеренно сделает паузу.

– Есть. Женщины в данном контексте – это мелочи. Ну даже в крайнем случае, если Альбина узнает. Поскандалят, выговорятся. Альбина уже взрослая и сама сможет разобраться со своими чувствами. Развод – тоже выход в таких случаях.

– Согласен, – уклончиво отвечаю я, пытаясь разобраться, к чему все-таки клонит Смолин.

Если бы все касалось только супружеских измен Аркадия, меня бы не задействовали. Значит – это прелюдия, за которой последует суть.

– Может все-таки – сигарету? – снова предлагает Смолин.

– Спасибо, но позже, – отказываюсь я и выжидаю перехода к основной части беседы.

– М-да, – рассеянно кивает Смолин, – все бы так соблюдали субординацию. Но вот даешь человеку все в этой жизни, а он норовит у тебя отобрать и все остальное. Мало ему. Аркаше нашему хочется играть по-крупному. Есть все основания полагать, что Аркаша причастен к сливу собственного же ювелирного холдинга. Намеренно банкротит вполне крепкий бизнес, отданный ему в качестве свадебного подарка. Напрямую доказать его причастность пока не можем, но косвенно есть причины волноваться.

– Я могу о них узнать?

– Можешь. Вся имеющаяся информация у тебя будет уже к утру. Но я даже не об этом с тобой хотел поговорить. Тут есть кое-что еще. Хорошо тебе знакомое. Конго. Ангола.

Не скрываю удивления, а заодно считываю реакцию Смолина.

– Опять же, Аркаша, – продолжает Смолин, – был неоднократно замечен в последнее время в общении с одним из наших конкурентов по добыче алмазов. Всю информацию дам, сейчас не запоминай. Вот только за прошедшие полгода тот проявляет интерес к вроде бы закрытым урановым шахтам в экваториальной Африке и если свести все воедино, то получается не самая спокойная картинка. А если добавить и тот факт, что с Альбинкой они в последнее время живут, как кошка с собакой, то хочется понять, что за грязную игру против меня затеял этот Аркаша.

– Понял, – на выдохе чеканю я, – сколько у меня времени на сбор всей информации?

– Неделя. Это – максимум. Полная свобода в выборе действий. Не могу допустить, чтоб этот мудак по собственной жадности втянул нас в какую-нибудь международную военную авантюру с этой урановой дрянью.

Несколько мгновений обдумываю задание и киваю.

– Тогда – жду исходные данные.

– Они будут уже утром, к десяти все получишь. Только вот еще что. Имей ввиду, Аркаша – не какой-то холеный выкормыш. Это противник, равный тебе. Будь крайне осторожен.

– В смысле? – напрягаюсь я.

– Отличная подготовка, хитрость и боевой опыт. Так же, по линии внешней разведки… Тоже в свое время побегал по горячим точкам, набрался там разных … навыков.

Последнюю фразу Смолин произносит с показательным презрением, вкладывая в нее все свое отношение к зятю.

– Я могу идти?

– Да, конечно иди. И еще раз, обдумай мое предложение. Сам видишь, что у меня тут творится. Главой службы безопасности нашего холдинга я вижу только тебя. Подумай и дай свой ответ. Я буду ждать.

Коротко киваю и выхожу из кабинета. Спускаюсь на лифте к закрытой автостоянке и на всякий случай просматриваю почти пустую территорию.

И только в машине понимаю, что еще смущает меня во всей этой ситуации. Мысленно снова возвращаюсь к странному хвосту за мной сегодня вечером.

Могли это быть люди Аркадия? Выглядит странно, но почему – нет? В любом случае, бдительность стоит удвоить.

Гляжу на светящиеся цифры часов на приборной панели и понимаю, что у меня есть несколько часов. Чтоб выспаться – вполне хватит.

Включаю случайную радиоволну и тут же вырубаю звук, едва заслышав строки незамысловатого и известного припевчика.

«…Когда уходит любовь, остается блюз»

Ничего не остается, знаю по собственному опыту. Мила вот так и ушла, сбежала перед самой свадьбой десять лет назад. Не выдержала беспокойного ритма моей жизни.

Переключаю на какое-то бодрое радио и чуть приглушаю звук – энергичная танцевалка сейчас то, что надо. Перед поездкой домой, надо заскочить в клуб, сделать этому ублюдку Диме полноценное внушение.

Чтоб к Эле и близко не приближался.

Стоит подумать об Эле, как по крови сладко мчится адреналиновый вихрь. Эля – соблазнительная и нежная, но полностью запретная территория. Еще немного и девчонка влюбится, да мне и самому никак нельзя чувствовать то, что я испытываю при одной мысли о ней.

Нельзя и точка.

Значит – решено. Сейчас в клуб, разъяснить Диме политику партии. Затем чуть поспать и вплотную заняться Аркадием. Чует нутро, что с ним еще придется хлебнуть проблем. День предстоит длинный и напряженный, работы – валом.

Под вечер можно немного расслабиться, но мысль о привычных способах веселья сейчас совершенно не вставляет. Заклинило меня на Эле, надо с ней увидеться. Раз уж не могу выбросить ее из головы.