— Явился… — процедила в ответ секретарша, не поднимая взгляд. — Буду говорить только с адвокатом.

— А тебе есть что сказать?

— Все было хорошо, — ответила Иоланта и еле заметно всхлипнула. — Всё было отлично. Пока ты не припёрся.

И снова всхлипнула, уже погромче. Виктор посмотрел на неё и вдруг понял, как сильно он устал. Совершенно не хотелось заниматься словоблудием, наблюдать за эмоциями собеседника, ловить на лжи, лгать самому, пытаться взять на понт… Иоланта — преступница. Безумно красивая, с длиннющими ногами и умопомрачительным бюстом. Холёная, гордая. И отлично понимает, что в тюрьму ей нельзя. Значит, сейчас начнётся комедия.

— Давай сэкономим время, — предложил Виктор.

— Время? — спросила Иоланта.

Подняла глаза, посмотрела на Виктора и всхлипнула. Потерянное лицо, слегка потёкшая тушь, капельки слёз в уголках глаз…

— Много времени. Сейчас мы с тобой начнем торговаться. И ты будешь очень, очень сговорчивой. Предложишь всё, что угодно, даже несмотря на стеклянную дверь и тех двух оболтусов в форме, которые нас не слышат, но отлично видят.

— Да как ты?.. — вспылила девушка. — Как ты мог такое подумать?

— У тебя оторвана пуговица на блузке, — погрозил ей пальцем Виктор. — В самом интересном месте, видно твои офигенные сиськи и краешек лифчика. И еще свежая прореха на колготках.

Иоланта быстро глянула на свои ноги под столом.

— Да, когда входил заметил, — развел руками Виктор. — И ничего этого не было, когда тебя вели по коридору. «Девушка в беде», плюс чуть-чуть эротики. Могло и сработать. Но…

— Но ты умный выискался, — проворчала Иоланта.

— Не умный, а избалованный, — хмыкнул Виктор. — Привык что девки дают бесплатно.

Подколка вышла кривоватой, но уж очень было интересно посмотреть, что будет.

— Ну и трахай свою костлявую плоскодонку! — выпалила Иоланта.

«Это она про Юми так?» — подумал Виктор. — «Сейчас я начну её защищать, а ты мне тут устроишь сцену ревности, плавно переходящую в показ товара лицом. В идеале — чтобы нас на этом столе и застукали. Классно. Так плохо, что уже хорошо».

Играть в это было бы глупо. Виктор посмотрел на девушку сквозь сплетенные пальцы, выдержал паузу и сказал:

— Ты ведь даже не спросила, зачем я здесь.

На лице Иоланты отразилась тяжелая работа мысли. Самый простой вариант не сработал, теперь она перебирала новые. Самое простое — схватить со стола туфлю и попробовать ударить каблуком. Виктор на всякий случай даже откинулся на спинку стула — чтобы точно не дотянулась. Но потом понял — девушка выберет другой вариант. И это будет какая-нибудь гадость. Количество дерьма в истории, увы, всегда только возрастает.

И он не ошибся.

— Сейчас придёт адвокат, — процедила Иоланта. — Со следователем. И я им всё расскажу.

— Отлично, — кивнул Виктор.

Ничем себя не выдал внешне, но напрягся.

— Расскажу, как ты ворвался в офис к Шульцу и устроил стрельбу! — припечатала Иоланта.

Виктор скрипнул зубами.

— Пистолет твой, — продолжала девушка. — Служебный. Другого оружия не было. Все гильзы от него, все пули от него. Шульца ранили из него! И судья уж точно не будет смотреть на это сквозь пальцы. Сядешь в соседнюю камеру, за стрельбу по безоружным.

— На Шульца был ордер, — ответил Виктор. — При задержании можно и пальнуть в воздух для острастки. А на яхте меня вообще не было.

— А ты докажи! — казалось, девушка хотела показать язык, но сдержалась. — Докажи, что вообще знал про ордер! Докажи, что не был на яхте.

— Есть записи с камер наблюдения…

— Ха! Уверен, что они еще есть? У службы безопасности годовая премия на кону. Всё подчистят, в протоколах будет «правильная» версия… и ты утонешь вместе с нами!

Угроза была более чем серьезной. Вряд ли конечно его посадят, но со службы выпрут точно. И в процессе выпьют море крови. А уж сколько объяснительных написать придется. И переписать. И потом еще раз переписать, чтоб начальству меньше прилетело… Но есть одно «но».

Виктор медленно запустил руку во внутренний карман, достал авторучку и закрутил её в пальцах. А потом спокойно сказал:

— Мне нравится твой парфюм.

— А? — удивилась Иоланта.

— О, этот аромат ни с чем не спутаешь, — он указал авторучкой на девушку. — Понюхай свои пальцы.

Девушка осторожно поднесла к лицу правую руку и шумно втянула носом воздух.

— Чувствуешь? — спросил Виктор. — Гарь, пороховые газы и ружейное масло. А теперь скажи — у тебя при задержании брали отпечатки пальцев?

— Отсканировали ладонь, — медленно ответила Иоланта.

— А перед этим… ну, например, протёрли руки салфеточкой, чтобы сканер лучше работал? По глазам вижу, что да.

Девушка промолчала.

— Так вот, — Виктор резко крутанул авторучку между пальцами. — Эта салфеточка уже плавает в пробирке с нужными реактивами. И всё занесено в протокол. И от этого не отмыться. Более того, успей ты помыть руки, как обычно делала после стрельбы — ты же где-то училась, явно — тест всё равно бы сработал.

— Чего ты хочешь? — скрипнула зубами Иоланта.

— Ничего, — развел руками Виктор. — На самом деле, у меня к тебе предложение. Я бы не стал заморачиваться, но за тебя попросил… один наш общий знакомый. Видать ты ему чем-то приглянулась.

Девушка вздрогнула и медленно подняла глаза на Виктора.

— Я не знаю, какие у вас с Шульцем были отношения. Но, по слухам, ты их самым решительным образом испортила, — Виктор изобразил пальцами выстрел из пистолета. — Так что всё остальное будет легко.

— Остальное?

— Да. Я предлагаю тебе свешать на него всех собак. Скажи, что ты смазливая дурочка, — Виктор легонько стукнул авторучкой по столу. — Ничего не знала. Ни о чем не догадывалась. Просто носила кофе и красивое бельё…

Каждое предложение он сопровождал щелчком авторучки по столу.

— А это прокатит?

— Ты себя в зеркало давно видела? Никто в жизни не поверит, что босс не трахал секретаршу с такой внешностью. Включишь дурочку, дальше дело техники. А что говорить под протокол — я тебе сейчас объясню. Сам тоже привру где надо, в твою пользу.

— И что ты хочешь за это?

— Со мной рассчитается… наш общий знакомый, — ответил Виктор. — От тебя нужно только согласие.

* * *

Иоланта совершенно вынесла Виктору мозг. Почуяла выход, и начала кроить, переспрашивать, уточнять. Интересоваться гарантиями, что в подобных делах как-то не принято. Потом началось… сочинительство. Просидели долго, и в результате возникла абсолютно сюрреалистическая ситуация: пришел долгожданный адвокат, но задержанная в грубой форме попросила его остаться за дверью и сидела общалась со следователем. Виктор не был уверен в своём правовом статусе, но то что они с Иолантой не на одной стороне — это точно.

Наконец разобрались. Теперь уже Иоланте предстояло разбираться с адвокатом. А Виктор побрел по коридорам назад, в сторону девятого дока. И натолкнулся на Юми.

— Козёл! — заорала девушка.

«Началось» — подумал Виктор и попятился в сторону технического коридора.

— Скотина! Придурок! — продолжала Юми. — Думал, можно меня кинуть? Сбежать и не заплатить?..

Виктор скрылся за углом. Юми буквально влетела следом, продолжая что-то кричать, и врезалась в него. Виктор тут же перехватил её руками за талию, а потом сдвинул правую — здоровую — руку пониже и как следует сжал. Девушка резко замолчала — не каждый день в ответ на ругань и оскорбления тебя хватают за попу.

— По-моему, звучало достаточно убедительно, — улыбнулся Виктор.

Юми в ответ поставила ему пощечину. Легонько. Виктор убрал руку, и тут же получил в другую щеку, уже посильнее.

— А второй раз за что? — спросил он.

— За то что руку убрал, — фыркнула Юми и окончательно вывернулась из объятий.

— Ладно, — вздохнул Виктор и прислонился к стене.

Юми оперлась о противоположную — благо технические коридоры не очень широкие. Скрестила руки на груди, хмуро посмотрела на Виктора и спросила: