С детьми всё это время встречалась моя магическая копия, она проводила с ними слишком много времени. Перед глазами промелькнул маленький рыжеволосый мальчишка.

— Когда я вырасту, я буду защищать вас, госпожа! Вас никто и никогда не посмеет обидеть! — сказал он, протянув сорванный с клумбы тюльпан. Это случилось незадолго до моего возвращения.

Я взяла брошь в виде тюльпана, сжала её и почувствовала, как горькие слёзы потекли по щекам. Воздух вокруг был спёртым из-за гари, не успевшей выветриться, и из-за мук ни в чём невинных детей.

— Видишь, к чему приводит жажда власти? Чужие жизни не имеют для них совершенно никакого значения! Лишь бы получить могущество богов! Объединись со мной, отдай мне свою душу, Эстелла, и я отомщу за детей. Я отомщу за свою жизнь… И отомщу за тебя. Уступи мне место, — воззвал ко мне голос Амелии из глубины души.

Она говорила хорошо, но я отчётливо понимала одно — единственная месть, о которой она мечтает: смерть Талиера. Амелии ничуть не было жаль детей… и меня — тоже нет.

Энергия невинных душ сочилась страданиями. Я услышала их крики, плач и мольбу остановить затянувшийся кошмар: они горели заживо. Перед глазами промелькнуло лицо Риана. Я покосилась на брошь в ладони, подняла взгляд к небесам и закричала, пропуская боль умерших через себя. Не зная, что произойдёт дальше, я позволила магии заструиться по телу.

— Не делай этого! Ты пожалеешь, если избавишься от моей поддержки. Это я дала тебе редкий дар! Ты не посмеешь предать меня. Это не ты, а я — невеста голубого дракона! Я!!! — завопила Амелия.

Я не прислушивалась к её голосу. Больше я не доверяла даже Мёртвым сёстрам. Они могли предвидеть это… могли предупредить. Никому не было жаль детей. Они стали разменной монетой. Крик сорвался и стал громче, царапая горло изнутри. Сила вырвалась наружу, и я почувствовала, как из носа потекла тёплая тонкая струйка.

Вокруг меня закружил ветер, поднялся сильнейший порыв, заставивший Наиль отбежать в сторону. Лишь Витьер пытался помешать мне, но все его потуги были напрасными. Глаза застелила ненависть, и сила рвалась наружу, готовая сокрушить всё зло на своём пути. Души невинных развевал мой ветер. Они кричали, рассказывая мне о своей боли, плакали вместе со мной. Небо разразилось громом.

— Эстелла! — донёсся до меня хриплый голос Ричарда.

Я обернулась лишь на мгновение, заметив его слабость, но не могла прервать ритуал. Сила сама воззвала ко мне. Я сомневалась, что смогу повторить всё это сама. Развеивая души детей, чтобы никто не посмел воспользоваться их силой, я крепла сама, а потом произошло что-то странное: каждая клеточка моего тела вспыхнула. Жар распространялся так быстро, что я задыхалась. Кости будто бы ломались изнутри. Я больше не могла кричать, но и держать боль было очень тяжело. Изо рта хлынула кровь. Густая и чёрная. Я исчерпала все силы и теперь умирала? Лишь на мгновение сознание пронзила мысль, что я убивала не только себя — Ричарда тоже, но я больше не могла как-то повлиять на происходящее. Не получалось остановить этот поток. Кости затрещали, и мне стало слишком жарко. Я покачнулась, едва удерживаясь на ногах. Голову разрывало от боли, как и всё тело. Я изнемогала, но никак не могла повлиять на происходящее. Ощутив тяжесть за спиной, я обернулась и попыталась отскочить от самой себя, но только рухнула на колени. За плечами раскрылись обугленные крылья. Они дрожали, едва удерживались. Мне не хватало сил, чтобы оставаться в этом состоянии долго, но и отпустить его я не могла… я же должна обернуться драконицей? Но кроме крыльев с обгорелым оперением ничего не появилось. Так ли проходит обращение в первый раз?.. Или из меня даже драконица бракованная получилась?

— Эстелла! — прошептал Ричард, оказавшись рядом. Губы кронпринца были в крови. Он выглядел ужасно, наверное, не лучше моего. Он разделил эту боль со мной. Если бы не он, наверное, я уже погибла бы? — Ты невеста дракона…

Слабость мгновенно окутала меня. Металлический привкус усилился, а я больше не смогла бороться с болью, закашлялась, выплюнув очередную порцию крови, и потеряла сознание.

Глава 30

Где я? Двигаясь через густой непроглядный туман, я пыталась отыскать выход, но всё тщетно. Влажная одежда липла к телу. Волосы растрепались и спутались. Я шла, сбив ноги в кровь, но не могла остановиться. Казалось, что минута промедления окончательно оставит меня здесь, и липкий кокон покроет, заставляя меня сродниться с туманом. Где-то вдалеке слышались отчаянные крики мольбы о помощи. Это были маленькие дети… и взрослые, терявшие своих близких. Крик, сливающийся с плачем и болью безысходности отзывался в моём сердце. Хотелось бы помочь, но я не всемогуща.

— Зря ты отказалась от меня! — передо мной возник образ Амелии. Слишком смутный, так как видела её я только в чужих воспоминаниях.

— Отказалась?

У меня получилось подавить её частицу? Но ведь мне удалось раскрыть крылья за спиной? Амелия говорила, что лишь из-за неё я способна пробудить голубую кровь. Получается, она обманывала, чтобы задержаться в моём мире?

— Отказалась… Ты пробудила сущность невесты, окончательно разрушив бренные останки моей истерзанной души. И чего ты добилась? Вам всё равно не победить в этой войне! Вы даже не представляете, как близко враг… Вы проиграете, потому что тьма практически освобождена. У вас ничего не получится. Раз я не смогу отомстить Талиеру, то и вы не победите. Я навсегда оставлю тебя здесь.

Амелия вцепилась в мои руки и потянула на дно. Я закричала. Крик боли резал горло. Я падала вниз, понимая, что это конец.

Перед глазами промелькнул облик Ричарда… Кронпринц тянул ко мне руку, пытаясь удержать меня, а следом появились перепуганная Ниэлла… Огненная… Даниэль… Джейкоб.

— Нет уж… я планировала выжить любой ценой, оказавшись в мире книги, и если одна из нас должна погибнуть. Это будешь ты! — прошипела я, призывая магию ветра.

Амелия отцепилась от меня и закричала. Её лицо исказила гримаса ужаса, я направила в неё мощную волну ветра, развевая остатки её души.

— Месть не лучшее средство для выживания. Она погубила тебя, Амелия. Отпусти все обиды и уходи… ты выбрала не тот путь. Ты предала своих сестёр. Стоило ли оно того? Если так любила Талиера, как позволила тьме завладеть собой?

Чёрная сущность, оставшаяся от девушки, взмыла ко мне, но сил ей не хватило, чтобы противостать мощи той магии, которой я обладала теперь.

— Я забрал его тьму на себя… — звенящим эхом разнёсся голос Амелии.

Я открыла глаза и закашлялась, подкатилась к краю кровати и сплюнула кровь.

— Эстелла! — Ричард бросился ко мне и протянул платок. — Ты пришла в себя.

В стороне стояли Джейкоб и Даниэль. Они все собрались в одной комнате? Даже удивительно, учитывая ревность Ричарда. Витьер задумчиво смотрел на меня. Они меня хоронить уже собирались, что ли?

— Тебе удалось избавиться от инородной частицы сознания, — ответил на мой безмолвный вопрос Ричард.

Он выглядел измождённым. Губы потрескались, а кожные покровы дракона были слишком бледными.

— Витьер, разорвите мою связь с Ричардом. Я не хочу пользоваться его жизненной энергией.

Ричард возмущённо выдохнул, обиженно даже как-то. Его задело моё нежелание принимать помощь? Я не знала, сколько раз мне придётся столкнуться с испытаниями, но понимала одно — я должна пройти через это в одиночку.

— Мне удалось пробудить вторую ипостась, хоть она и оказалась не драконицей. Я больше не нуждаюсь в такой жертве.

— Это мне решать, — попытался поспорить Ричард.

— Брат, ты же понимаешь, что этой связью глушишь сущность невесты в Эстелле? Она будет испытывать влечение к тебе, но не поймёт, в ком именно должна пробудить голубую кровь. Договор есть договор. Я согласился терпеть всё это, пока она нуждалась в помощи, но теперь пора прекратить.

Согласился? Он знал, что Ричард выкрадет меня? Или выяснил о нашей связи позднее? Впрочем, больше это не имело никакого значения.